двумя пальцами извлекая иглу. – Значит, я могу смело бросить это обратно и тебе ничего не будет?
С теми, кто хотя бы раз пытался его убить, он всегда переходил на «ты». Гадалка завизжала, толкнула Долбушина узким плечом и попыталась прорваться в коридор. Бороться с ней глава форта не стал, лишь поймал ее за ногу изгибом зонта. Ведьма упала, с коротким криком вскочила и метнулась в угол.
– Боль… Ваш зонт… Я поняла, где видела вас… Поняла, кто вы!.. – крикнула она, задыхаясь.
– Тихо! – Долбушин предостерегающе вскинул ладонь. Произнесенное вслух имя тоже можно засечь, если Белдо настроил на него слухачей. – Я – это я. И пришел один. Ты не будешь больше пытаться меня… усыпить? Хотя бы до минуты, пока я объясню, зачем я пришел. Я тебе не враг.
– Правда? Вы же не станете меня обманывать? Такой роскошный мужчина не может лгать беззащитной женщине, не так ли? – запела ведьма, не отрывая от него взгляда. Ее красивое гибкое лицо перебирало маски. То становилось плаксивым, то робко улыбалось, то начинало расплываться и подмигивать. Она прощупывала Долбушина, проверяла на нем действие своей женской привлекательности. Кошка бродила вокруг клетки с канарейкой. Глава форта ощущал себя сейфом, который гладит нервными пальцами опытный взломщик.
Чтобы уничтожить или подчинить себе человека, опытной боевой ведьме нужно или вызвать у него суеверный страх, или заставить на миг увлечься. Долбушин не желал испытывать судьбу. Он взмахнул зонтом, на миг перерезав незримую нить, соединявшую его с ведьмой. Агния отшатнулась. Холод зонта обжег ее и через взгляд.
– Мне нужен нетопырь! – сказал Долбушин.
– У меня его нет! – поспешно ответила Агния.
– Я заплачу! Потом обязательно верну!
Ведьма засопела.
– Вы меня запутали! Говорят же вам, у меня его нет, а вы… Для серьезного разговора надо видеть глаза человека! Поднимите лицо!
На всякий случай приготовив зонт, Долбушин поднял лицо. Агния шагнула к нему так близко, что, казалось, еще немного и их лица соприкоснутся. Пускать ее в сознание Долбушин не стал, лишь слегка его приоткрыл. Сознание человека – вещь сложная. В нем есть парадные залы, где все красиво, надуто и прибрано, где по углам расставлены выгодные темы для разговоров и где принимают гостей, и есть крошечные комнатки со скелетами, куда не только постороннего не пускают, но и сами лишний раз не заглядывают, чтобы не испортить себе настроение. Долбушин был уверен, что Агния не пойдет дальше парадных комнат, но она набралась наглости и скользнула дальше. Ему пришлось замахнуться на нее зонтом, чтобы она отступила. Агния долго пыхтела, играла лицом, сомневалась. Потом махнула рукой:
– Хорошо, допустим, вы меня убедили! Но заплатить придется вперед! Не поймите меня превратно. Обычно я вперед не беру, но тут случай особый. С трупа уже ничего не возьмешь.
Долбушин протянул ей деньги. Ведьма пересчитала и, стянув резинкой, убрала в карман.
– Щедро. Гаданием столько не заработаешь, – признала она.
– Считаешь, нетопырь меня прикончит? – спросил Долбушин.
Ведьма улыбнулась. Зубы у нее были мелкие, белые. Глазные выступали, передние, напротив, вдвинулись внутрь. Долбушин невольно вспомнил зубы нетопыря. Всякий уникум постепенно преображает человека, делая его похожим на себя.
– А то нет! Не удивляйтесь, если вас найдут в желудке у льва, придавленного рухнувшей Пизанской башней.
– …после чего обнаружится, что я умер, подавившись колпачком от зубной пасты! – закончил Долбушин.
Агния удивленно на него уставилась. Она была суеверна и считала, что своей смертью не шутят.
– Я предупредила, – сказала она сдержанно.
Долбушин кивнул.
– Нетопырь у тебя далеко? Скоро сможешь его принести?
Секунду она испытующе смотрела на него, потом махнула рукой.
– Скоро. Он здесь.
Агния шагнула к окну и, взяв за стебель герань, выдернула растение из горшка. Перевернула, несильно ударила ладонью по дну. На подоконник выпал запотевший маленький пакет. Агния осторожно раскрутила стягивающую пакет проволоку, развернула. Внутри раскинуло перепончатые крылья маленькое недоброе существо, отлитое из тусклого серебра. Совсем маленькое, оно легко поместилось бы в ладони.
– Как этот уникум действует? – спросил Долбушин.
Ведьма потрогала кончик смуглого носика.
– Ну… Нетопырь позволяет сознанию облечься в любую плоть путем последовательных перемещений. Понимаете механизм?
Долбушин мотнул головой.
– Вас кусает комар. Тело остается лежать на земле, а вы становитесь комаром. Комар садится на собаку – и вот вы уже собака. Собака пробегает несколько километров и кусает за ногу сторожа. Ваше сознание перетекает в сторожа. В теле сторожа вы злодейски похищаете из магазина две пачки пельменей и прячете их под камнем в глухом лесу. Потом сторож вновь ловит собаку и…
– …кусает ее? – попытался угадать Долбушин.
– Не думала, что у вас такие фантазии! Достаточен любой контакт с кожей объекта. Даже не укус, не слюна – просто прикосновение. Собака хватает кошку, кошка – ласточку, а ласточка вновь прилетает к вашему телу и садится ему на лоб! Тело преспокойно оживает и отправляется в глухой лес за теми самыми пельменями!
Долбушин подумал, что получить пельмени он мог бы и меньшей кровью.
– А в чем тогда риск?
– Рисков множество. Комара могут прихлопнуть. Вы умеете быть комаром? Лично я – представления не имею, как они летают или каких опасностей должны избегать. Опять же, если собака попадет под машину – сознание не перетечет в ее колеса, а просто-напросто погаснет. В секунду смерти ваше первоначальное тело, как нитка за иголкой, стремительно проходит все предыдущие превращения, пока не остановится на последнем. Отсюда и возникают на орбите Земли утопленники с кинжалом в спине. Я смогла объяснить?
Долбушин протянул руку, чтобы взять нетопыря. Агния торопливо замотала головой.
– Нет, не здесь! Ко мне часто приходят! Не хочу неприятностей. После того как нетопырь вас укусит, три-четыре часа вы будете похожи на труп больше, чем настоящий труп похож сам на себя. Решат еще, что я вас прикончила.
– Но ведь если я погибну, тело исчезнет?
– Но для этого надо еще погибнуть! А откуда я знаю, когда это произойдет? Может, мне придется ждать часа два? А за это время наверняка кто-нибудь заявится! Я слабая женщина со слабыми руками! Я вас даже под кровать не смогу затолкать! – раздраженно ответила Агния. – Нет уж, уважаемый! Если вам очень хочется умереть, то не здесь!
Порыскав глазами по комнате, ведьма нашла ключи от машины, накинула пальто и решительно поманила главу форта за собой. Припухшая личность нахохленно дремала на стуле у двери. Когда Агния приблизилась, она открыла глаза.
– Борисыч! Если кто ко мне придет, скажешь: буду завтра. Пусть не ждут! И не вздумай уходить: позвоню – проверю! – велела Агния.
Личность печально закрыла глаза и впала в летаргический сон.
