– Неужели? – Джорджи догадывалась почему.
– Необыкновенно бледный набор дурочек, – продолжила леди Арден, – но, полагаю, именно о таких женах и мечтает большинство мужчин. Симпатичная юная женщина, которая бы согревала им постель, вела хозяйство и слушалась каждого слова.
Джорджи выпятила губу.
– Как скучно.
Леди Арден пристально взглянула на нее:
– Хотите сказать, что он заслуживает лучшего?
Маркуса следует хорошенько встряхивать время от времени, иначе он слишком задается. Женщины, описанные леди Арден, никогда этого не смогут.
Как и Вайолет. Джорджи постаралась отогнать от себя эту мысль.
– Если они глупы, он найдет их смертельно скучными, – подтвердила Джорджи. – Но Вайолет умна и добра. Она идеально подходит.
Джорджи ощутила комок в горле.
Леди Арден подошла и положила руку ей на плечо.
– Что бы ни было между вами, все осталось в прошлом. Я хочу, чтобы вы вели себя как сестра будущей невесты, а не бывшая невеста.
Джорджи встретилась взглядом с леди Арден.
– Так я и собираюсь поступить, миледи.
Возле дома сверкнули огненно-рыжие волосы и тут же скрылись под большим черным зонтиком. Джорджи Блэк прибыла в Уинфорд.
Бэкенхем с джентльменами отправились осмотреть конюшни, не ведая, что ждет их по возвращении.
Боже мой, он должен был догадаться, что великолепная кобыла, прибывшая из дома Блэков, не могла принадлежать ни Вайолет, ни леди Блэк – только Джорджи. Немногие женщины достаточно сильны или умелы, чтобы управлять таким животным.
– Новенькие, да? – Лидгейт указал кнутом на экипаж.
– Действительно, – ответил Бэкенхем, пытаясь усмирить возбуждение, охватившее его.
Следующее восклицание Лидгейта прорвалось сквозь шум начавшегося ливня.
– Какого дьявола она здесь делает?
Не ответив, Бэкенхем прищурился, пытаясь разглядеть Джорджи, но напрасно. Она уже вошла в дом. Он вдруг понял, что даже не обратил внимания на ее спутниц. Одна из них должна быть ее сестрой.
Будь проклята эта женщина! Последние несколько месяцев он пытался ее забыть.
Хотя он до сих пор не нашел возможность удовлетворить некоторое… напряжение… тела и духа и поэтому подвержен… Проклятье, почему она явилась к нему в дом без предупреждения?
Должно быть, он вел беседы с гостями совершенно механически, по привычке, и потом не смог вспомнить ни слова. Граф сидел в гостиной, сколько мог, пока не понял, что Джорджи не присоединится к ним до ужина.
У него не было возможности допросить леди Арден, уговорившую его на весь этот фарс. Тогда общий прием показался ему отличной идеей, эффективной и экономной. Кроме того, так ему не было необходимости перемещаться из одного поместья в другое в поисках невесты.
Наиболее подходящих претенденток привели к нему. Он выберет себе графиню к концу приема или прекратит попытки жениться.
Иногда – особенно когда ему приходилось выслушивать болтовню леди Шарлотты Кросс – ему действительно хотелось исчезнуть.
Конечно, он мог винить только себя. Сам выбрал кандидаток. Они все, кроме Вайолет Блэк, были здесь уже почти неделю. Хотя он знал, что девушка скоро прибудет, но предположить не мог, что с ней явится сестра.
А если он согласился с кандидатурой Вайолет, подсознательно надеясь, что с ней приедет и Джорджи?
Бэкенхему не нравилось думать, что он способен так использовать юную девушку. Он почувствовал отвращение к себе от одной этой мысли.
Он лишь выполнял свой долг. Все соглашались, что брак, воссоединяющий Кловерли с Уинфордом, был бы весьма выгоден, когда наследницей была Джорджи. Почему это должно было измениться, когда Кловерли отошел к Вайолет?
За ужином леди Арден посадила Джорджи максимально далеко от Бэкенхема. Но он чувствовал, как вздымается при дыхании грудь Джорджианы.
Беседуя с мисс Марго Девер о лошадях, Бэкенхем не мог перестать думать о пышном теле Джорджи и ее власти над ним.
Планировала ли Джорджи специально усложнить ему ухаживание за сестрой? Похоже, она весьма привязана к Вайолет. Без сомнения, она предостерегла девушку…
Он сразу увидел, что Ксавье был прав относительно Вайолет Блэк. Она была точно такой, какую он хотел. Спокойная, доброжелательная, с тихим достоинством, делавшим ей честь.
И красивой. Красивой как бутон розы.
Его взгляд снова упал на Джорджи, чья красота больше напоминала тропический цветок. Пышная, живая.
Он не мог не отметить, что она стремится свести общение с ним к минимуму. Джорджи едва ли сказала ему два слова в гостиной, где они собрались перед ужином.
Она была в сером платье – цвет, которого он никогда на ней не видел. Какого черта? Она что, наполовину в трауре?
И та вежливость, с которой она опускала глаза и ограничивалась разговором с соседями слева и справа за столом, вызывала в нем подозрения.
Прежняя Джорджи немедленно приковала бы к себе внимание мужской половины стола и зависть женской. В ней был огонь, привлекавший мужчин как мотыльков.
Прежняя Джорджи смеялась бы, заставив мужчин оборачиваться, прерывая разговоры, и наклоняться к ней, абсолютно забывая об этикете за столом.
Леди Арден, заметил он, одобрительно смотрела на Джорджи. Неужели она прочитала нотацию своей родственнице? И Джорджи слушается ее?
Возможно. Возможно, Джорджи должна привлечь его к Вайолет.
Эта идея совсем не соответствовала ее характеру. Джорджи горда. Наверняка ее унижает необходимость участвовать в охоте на жениха для собственной сестры.
Если только ей не безразлично, на ком он женится…
Джорджи игнорировала Бэкенхема, сколько могла. Ей это удавалось с большим трудом. Контраст между аскетичностью его лица, четкими линиями черного и ослепляющего белого заставляли ее сердце стучать, как полковой барабан.
Нет. У нее есть задача. Она должна наблюдать за кандидатками на руку Бэкенхема, оценивать их слабые и сильные стороны и составить план, как выбить их из гонки. Ради Вайолет, разумеется.
В Уинфорде гостили еще четыре молодые леди, и весьма недурные собой. Мисс Присцилла Трент, леди Харриет Блетчи, леди Шарлотта Кросс и мисс Марго Девер.
За ужином она разглядела Присциллу – холодную блондинку с безупречными манерами. Леди Харриет весьма мила, но не красавица. В глазах у нее светится ум, и кто знает, вдруг эта девушка приглянется Бэкенхему? В конце концов, он же ее пригласил?
Леди Шарлотта Кросс оказалась классической брюнеткой-красавицей. С этой надо быть осторожной, подумала Джорджи. А мисс Девер, несмотря на неудачное происхождение, была весьма привлекательной и живой. Судя по долетавшим до Джорджи обрывкам разговоров, мисс Девер любила охоту и с ума сходила по лошадям, что должно было импонировать Бэкенхему.
