Читаем без скачивания Тихая жена - А. Харрисон

– Ладно, ладно, – говорит он. – Но ты же привлекательна. Рано или поздно это произойдет. Мужчины будут тебя добиваться. Если еще не начали.

Еда у нее на тарелке лежит треугольниками: лосось, горошек, кабачок, а бороздки между ними напоминают пацифик.

– Какие мужчины? – спрашивает она. – Я и не знаю никаких мужчин.

– Ну, ха-ха, в мире их полно.

– В моем профессиональном кругу нет. В психологии одни женщины.

– Адлер, Фрейд, Юнг – мужчины, – он называет самые яркие звезды в созвездии ее профессии.

– Все изменилось. Теперь только женщины.

Тодд понимает, что ему лучше бы заткнуться, но никак не может избавиться от фантазии, что в его ванной стоит голый безымянный и безликий мужик, еще мокрый, член болтается, потом он берет полотенце, зубную пасту, оставленную Тоддом пену для бритья.

– Ты любезничала с молодым Карсоном, который живет в конце коридора, – говорит он.

– С Джоэлем Карсоном? Да ему всего пятнадцать лет.

– Я видел, как он на тебя смотрит.

– Он хороший мальчик. Милый и невинный.

– Подростки не бывают невинными.

– Ну, может, и так. Но я все равно ему в матери гожусь.

– Может, и годишься, но ты ему не мать. Думаю, он сам это прекрасно понимает.

– Тодд, это смешно.

– Я в его возрасте был влюблен в историчку. Ее звали мисс Лараби, она была красивая, утонченная, но в то же время строгая, ей трудно было угодить, она заводила меня всерьез. Если задуматься, ты на нее сильно похожа. Я фантазировал о ней непрестанно. Все воображал, что позвоню ей и приглашу на свидание. Однажды даже предложил ей машину починить. Хотя интересовала меня вовсе не тачка.

– Ну, если Джоэль об этом и думает, то виду не подает. Единственный раз, когда он сюда заходил, он стоял, все время вцепившись в дверную ручку, ему явно не терпелось удрать.

– Когда это он тут был?

– Заходил однажды за журналом. В нем была статья о скрипаче, не помню, как его звали, он солировал в «Ангелах и демонах». Джоэль очень красиво играет на скрипке, – Джоди встает за второй бутылкой вина, приносит, открывает, разливает по опустевшим бокалам. – Хотя это и не твое дело, – продолжает она. – В текущей ситуации.

– А когда ты слышала, как он играет? – спрашивает Тодд.

– На концерте в школе.

– Ты ходила на школьный концерт? Да у вас с этим парнем серьезные отношения.

– Ага. У меня с Джоэлем Карсоном. Ладно, признаюсь, раз уж ты сам догадался. У нас уже какое-то время бурный роман. Началось все в день его пятнадцатилетия. Или ему тогда исполнилось четырнадцать? Или двенадцать? Странно, не могу вспомнить. Может, ему было вообще всего девять или десять, когда мы друг друга полюбили.

– Ладно, я все понял, – говорит Тодд. – Но ты привлекательна, красива, ты же сама знаешь, и любой, у кого есть глаза, это заметит – даже прыщавый мальчишка, играющий на скрипке.

– Джоэль не прыщавый.

– Не важно, – Тодд уже теряет интерес к молодому Карсону. – Суть в том, что ты сногсшибательная и потрясающая, и я влюбился в тебя с первого взгляда, да, ты была мокрая, как мышь, и помяла мою машину, но ты была великолепна. И до сих пор такова.

Он видит, что глаза у Джоди увлажнились, тянется к ней и берет ее за руку, понимая, что он вдруг остался без корней, словно перекати-поле, как будто внезапно проснулся в чужой жизни и не смог найти дорогу домой. Сидя здесь и сейчас, держа ее за руку, он чувствует, словно время идет где-то на расстоянии, как очень далекий поезд, и что в этом сквозном моменте все мысли и чувства, которые он отодвигал в сторонку, начали обретать силу.

– Я по тебе скучал, – говорит Тодд, – по тому, как я возвращался домой, ложился с тобой в одну постель, просыпался рядом с тобой… могу лишь сказать, что я, пожалуй, был не в себе, когда думал, что смогу от тебя отказаться.

Она хватает его за руку, у них обоих начинают течь слезы, увлажняя их иссохшие сердца и поливая увядшую любовь. Теперь они смотрят друг на друга, преодолев все расстояния, и, наконец, вытерев глаза, она встает и подает шоколадный мусс, и они набрасываются на него, как жадные дети, потом вылизывают чашки и смеются сами над собой.

Когда со стола убрано и она начинает споласкивать посуду, закатав рукава до локтей, а локоны свободно спадают на плечи, он подходит сзади, обнимает за талию, кладет подбородок ей на голову.

– Я тебя люблю, – говорит Тодд.

Джоди поворачивается лицом к нему, не размыкая кольца его объятий, сложив на груди руки, словно в молитве.

– Я все не привыкну, как ты изменился, – говорит она. – Дело не только в прическе и одежде. Ты кажешься моложе. Что, похудел?

Его руки исследуют точеные кости ее спины и плеч, вспоминая ее нежные контуры и подростковые пропорции. Ведь он уже привык к Наташе, к ее крепкой фигуре и широким бедрам, резкому изгибу талии.

– Так только кажется, – говорит Тодд.

Она бормочет, уткнувшись ему в грудь, согревая дыханием кожу через хлопковую рубашку.

– Если бы мы столкнулись на улице, я бы тебя не узнала. Прошла бы и не оглянулась.

– Я бы тебя остановил и представился.

Джоди улыбается и поднимает взгляд.

– Я с незнакомыми мужчинами не разговариваю, – Тодд чувствует, как она сдается, наваливаясь на него, словно некая бесформенная масса.

– Ну, хватит уже об этом, – говорит он.

Тодд практически без труда поднимает ее и берет на руки, как если бы она потеряла сознание или умерла. Она весит ничтожно мало, как кукла. Неся ее в спальню, он вспоминает, что ей вообще это свойственно, что Джоди, когда возбудится, становится совсем вялой.

15. Она

Джоди неторопливо завтракает, когда ей вдруг звонят от Гарри Ле Грута. Это его помощница, ответственная девушка Дафни, с которой она встречалась до этого раз-другой.

– Мистер Ле Грут попросил меня вам позвонить, – говорит Дафни. – Он хотел бы пообщаться с вашим адвокатом, будьте добры, предоставьте нам его координаты. Мистер Ле Грут хотел бы начать процесс.

Джоди слышит, что ей что-то говорят, но слова проносятся мимо ушей, как порывы ветра. Если она понадобилась Тодду для решения каких-то юридических вопросов, то лучше бы ему самому с ней об этом поговорить.

– Миссис Джилберт? Вы здесь?

– Да, – отвечает она, – повторите еще раз. Что я должна сделать?

– Делать ничего не надо, миссис Джилберт, – Дафни дружелюбна, но в то же время серьезна. – Суть в том, что мистер Ле Грут хочет начать процесс как можно скорее, поэтому нам нужно имя и телефон вашего адвоката.

Джоди думает о Тодде, его мотивах, намерениях и местонахождении с того самого вечера, когда он приходил к ней на ужин, когда они начали все сначала. Она и не мечтала о более идеальном воссоединении, более приятном скреплении их связи, чем то, как получилось в реальности. Джоди не ошиблась, пригласив его, сделав первый шаг. Ей не понравилось, что потом Тодд встал и ушел, но она смогла это понять, поскольку, по ее мнению, за одну ночь ничего не решишь, что всему свое время и место. Возможно, они сколько-то повстречаются, прежде чем он вернется домой, и она готова этому покориться. Но почему он ей не звонит, Джоди не понимает.

Она переходит в гостиную, мебель там блестит на солнце, а ковер сияет всеми красками.

– Дафни, извини, я не совсем тебя поняла, – продолжает она. – Почему бы Гарри не позвонить моему мужу, и пусть сами все решают. Думаю, так будет лучше всего.

Дафни вдруг вскрикивает, словно ее ударили.

– Миссис Джилберт! Простите. Я думала, вы знали.

Видно, она совершила какую-то ужасную ошибку, но вместо того, чтобы распрощаться, подумать или, может, переговорить с начальником, Дафни все не сдается, сбивчиво объясняет нечто такое, что Джоди отказывается слышать, и дает советы, которые ей не нужны.

– На вашем месте, миссис Джилберт, – заключает девушка, – я поискала бы надежного адвоката по бракоразводным процессам.

Это вынуждает Джоди сбросить звонок.

Убрав за собой после завтрака, она достает папки двух клиентов, которые должны прийти в пятницу, читает записи. Первая – Золушка, простая девушка, которой недостает уважения к себе. Она работает корректором ночной смены в одном из местных ежедневников и все время жалуется на то, что жизнь проходит мимо. Джоди активно предлагала клиентке всякие варианты, побуждая ее делать небольшие шаги, от которых можно было бы ждать результата по нарастающей. Например, пойти на какие-нибудь курсы, в спортзал, еще как-то заняться своей внешностью, скажем, начать носить контактные линзы или сделать другую стрижку. Если хочешь начать мыслить по-новому, зачастую проще всего для начала изменить что-то вовне, а вслед за внешними переменами произойдут и внутренние. Если делаешь что-нибудь для себя сам, обстоятельства довольно часто тоже начинают складываться в твою пользу. Джоди в это верит. Она такое видела. Главным образом именно благодаря этому она и пригласила Тодда на ужин.

Второй клиент, Блудный Сын, – это молодой человек с открытым кредитным счетом, который оплачивают родители. Поскольку он еще молод и не встал на ноги, поскольку еще не оценил своего потенциала или ограничений, поскольку родители подрывают его уверенность в себе, Джоди дает ему безусловную поддержку. Ему нужно разобраться в чем-то самому. Если она начнет действовать так же, как и родители, то у юноши попросту ничего не получится.