— Виктор Эдуардович, но вы не предупреждали об этой поездке.
— Если бы вы заглянули в мой график, который вам я выдал вчера, то были бы в курсе, — сухо ответил мне начальник, явно намекая на то, что его задание я не выполнила — я это как раз на ночь себе оставила.
— Боюсь, я могу не успеть…
— Значит, успеет кто‑то другой, — вновь сделал мне непрозрачный намек шеф. Понятно. Увольнение, в случае чего, не за горами.
Стоило мне выйти из кабинета, и я помчалась сначала к себе, чтобы собрать сумку со всем необходимым, на прощание чмокнув котенка в нос. Я лечу в Германию! Кто бы мог подумать.
Вот только Гайне огорошил меня новостями, и я забыла узнать, кто же все‑таки меня спать уложил, и почему было просто не разбудить.
Надо позвонить Андрею и папе обязательно, но пока нет времени.
И тут новый звонок от Радова, как раз тогда, когда я спешно натягивала удобные балетки, чтобы идти в магазин. Надо взять трубку, а то ведь замучает звонками.
— Алло.
— Лера! Ты почему мне не отвечаешь?!
— Не поверишь. Спала.
— Где ты?
— Собираюсь. У моего начальника намечена на сегодня длительная деловая поездка, он берет меня с собой. На работе сегодня не появлюсь, но это тебя волновать не должно.
— Так. Не говори со мной в таком тоне, — отчеканил Андрей. — Когда ты вернешься?
— Поздно.
— Завтра на работе появишься?
— Да.
— Отлично.
Радов повесил трубку. Мне стало как‑то очень неуютно. Боюсь представить, что ждет меня завтра на работе.
Но делать нечего, побежала выбирать себе «достойное платье».
Не знаю уж, насколько достойное я выбрала себе платье… Спустя час, проведенный в примерочных, продавщицы мне дружно порекомендовали из всей перемеренной мной одежды взять платье вызывающего красного цвета, обтягивающее фигуру, как перчатка, с силуэтом — рыбкой.
Платье действительно очень красивое и мне идет невероятно, но, на всякий случай, купила еще одно, попроще и менее приметное, с куда более спокойным серым цветом. Благо, выделенных начальником денег хватило. Надену сначала красное. Если босс будет сильно против, то переоденусь.
Плохо, что из украшений у меня одни мамины сережки, которые я ношу, не снимая, с тех пор, как проколола уши, и золотая цепочка с небольшим кулоном — подарок папы на день рождения. Но ничего, надеюсь, сойдет. У меня нет столько денег на карточке, чтобы бежать в ювелирный магазин.
Сумела уложиться в положенное время и в назначенный час села вместе с Гайне в его автомобиль.
— Все документы взяли? — уточнил меня у меня мужчина.
— Да, — в нашей компании в обязательном порядке загранпаспорта заставляют оформлять с отметками обо всех доступных визах. Так что чудовище в курсе, что у меня есть все необходимые документы. Совсем недавно папе предложили сделать выставку работ его и еще нескольких современных российских художников в Европе, мы собиралась брать отпуск и лететь вместе с ним, чтобы помочь, но в итоге все расстроилось. Папе в последний момент отказали, взяв вместо него другого молодого амбициозного художника, быстро ставшего очень популярным. Это сильно подкосило отца, и с тех пор он все больше закрывается у себя в мастерской, но вот картин что‑то стало наоборот меньше.
Тронулись в путь. Я на самом деле в полном восторге и предвкушении. Такие неожиданные поездки мне по вкусу.
В аэропорту оформили все очень быстро, но оказалось, что лететь нам не на общем самолете в бизнес — классе, а… на частном. Я была в шоке, когда увидела небольшой новенький красивый самолет.
— Это самолет моего отца, — пояснил Виктор, когда мы сели в кресла. Обстановка внутри этого чуда техники оказалась очень дорогой, но вместе с тем почти домашней. — Иногда он одалживает свой транспорт мне.
Весь путь мы с Гайне просидели молча. Вообще, удивительно неразговорчивый у меня начальник. Опять работал все время, а я не могла. Нет, пыталась, конечно, что‑то делать полезное, но меня просто распирало от восторга. Я то и дело смотрела в иллюминатор или подрывалась «в дамскую комнату», на самом деле просто найдя повод прогуляться и обследовать самолет, тихонечко фотографируя все на телефон, чтобы потом показать подругам. Виктор ничего не говорил, но я то и дело ловила на себе его изучающий взгляд. При этом я старалась вернуть себе деловой серьезный вид, но счастливую улыбку никак не удавалось убрать.
По прилету, правда, много увидеть не удалось: пройдя регистрацию, из аэропорта мы сразу погрузились в тонированную машину, и Виктор выдал мне задание поискать в сети аналитические статьи по нескольким интересующим его темам. Так что и на пейзажи за окном мне особо некогда было любоваться. Только краем глаза иногда поглядывала на проносящиеся за окном дома и людей.
Приехали в большой и явно элитный курортный комплекс.
Гайне персонал встретил словно короля. Моему начальнику выдали ключи от номера, в который мы вскоре поднялись. Номер оказался многокомнатным и очень красивым, а из окон, как я успела заметить, выйдя на небольшой балкончик, открывается красивый вид на парк с аккуратными вымощенными галькой дорожками, поле для гольфа и озеро с лодочной станцией. Красота.
— Пока можете немного отдохнуть и привести себя в порядок, — сказал мне босс, стоило мне вернуться в номер. — Через сорок минут состоится деловая встреча. Комнату себе выбирайте любую.
Чудесно.
Время до назначенной встречи провела более чем хорошо, а вот сама встреча меня немало напрягла. Какая там встреча. Целый съезд предпринимателей из разных уголков Германии. Причем я буквально кожей чувствую, что в большом ресторане с открытой верандой собрались только очень крупные акулы бизнеса, и если к родным российским воротилам я уже как‑то успела привыкнуть за неделю, то к иностранным еще нет. Все так вежливо — вежливо улыбаются, но смотрят словно сквозь тебя. Во всяком случае, так со мной, я словно тень. А вот на Гайне многие предприниматели смотрят более чем заинтересованно. Хищно.
Куда я попала? Это же совсем не мой уровень. Виктор это понимает, я это понимаю. Босс хочет, чтобы я уволилась, и я рада бы, но не могу.
Инстинктивно держусь очень близко к начальнику и тихо радуюсь тому, что мы сейчас не в Китае, и немецкий я знаю, а то чувствовала бы себя вообще полной дурой.
В итоге, поздоровавшись и перекинувшись парой слов с большинством присутствующих на этом съезде мужчин, Гайне сел за один из столов, где уже сидело несколько мужчин и пара женщин. Все строго в деловых костюмах. Стол завален бумагами, но обстановка такая… свободная.
Виктор довольно тепло поздоровался с одним из пожилых мужчин, а во время рукопожатия даже обнял этого мужчину и назвал… отец.
