Страшно представить, что мне сейчас начальник выскажет за мой внешний вид.
Когда появилась в фойе, невольно замедлила шаг. Робею и чувствую себя некомфортно в красном платье. Уже несколько раз успела отругать себя, что соблазнилась красивой одеждой.
Гайне стоит ко мне спиной. Мужчина, услышав, что я подхожу, нетерпеливо обернулся. Ледяная маска с застывшим выражением недовольства треснула. Гайне очень удивился, увидев меня, и это заметно.
— Валерия Николаевна? Это вы?
Смущенно кивнула. Все вещи, что были со мной в салоне, я отправила в номер — один из сотрудников салона вызвал специального человека, что должен отнести в целости и сохранности все мои вещи. Так что сейчас у меня с собой даже телефона нет — поскольку сумочку купить под платье я забыла, да и время поджимало.
Гайне очень — очень внимательно меня оглядел, куда более пристально, чем недавно его отец. Чувствую, как молчание затягивается. Наконец, нашла в себе силы робко поинтересоваться:
— Мне переодеться?
— Нет, — Гайне отмер и подошел ко мне.
Мужчина взял мою руку, положил на сгиб своего локтя.
— Вы чудесно выглядите, Валерия… Николаевна.
Видимо, действительно чудесно, раз Гайне не стал меня отчитывать за опоздание. А еще я вдруг осознала, что мне удивительно приятно держать Виктора за руку.
Невольно от комплимента расправились плечи, подбородок я стала держать выше. Я успокоилась. Вернулась уверенность в себе. Начальник ведет меня на вечер, и я уже с радостью предвкушаю, как хорошо проведу время.
Благотворительный вечер. Большой зал с высокими стрельчатыми окнами, открытая веранда и выход прямо на площадку под открытым небом, где установлены красиво сервированные столы с закусками. Иллюминация, что в зале, что на улице, великолепная. Вокруг множество красивых нарядных людей, а ощущение такое, словно я в один момент попала вдруг в сказку.
Гайне ведет меня через толпу. На меня смотрят оценивающе, уже не сквозь, как было днем на деловой встрече. Теперь меня по — настоящему заметили, но для меня это ничего не значит, вряд ли я еще когда‑нибудь увижу всех этих людей.
Виктор усадил меня за столик, где уже сидели знакомые мне бизнесмены — те, что любят похвастаться и посплетничать. Какими глазами посмотрели на меня эти мужчины, не передать. Один шепнул другому, но я услышала:
— Теперь я, кажется, понял, почему Гайне не привел ту модельку. Эта лучше. И… вроде бы его личная помощница? Удобно.
Похоже, не только я услышала слова того бизнесмена, но и сам мой начальник. Гайне предупреждающе кашлянул, и тот мужчина резко замолчал.
Завязался непринужденный разговор. Теперь никто при мне своих любовниц и жен не обсуждал, и даже более того — меня вовлекли в общую беседу.
Меня расспрашивали о том, кто я, откуда. Отвечала кратко и туманно, все время держа на лице профессиональную рабочую улыбку, но сама все больше поглядывала в зал, где начались танцы, причем музыка оказалась действительно танцевальной. Наблюдать очень интересно.
Зазвучали звуки танго.
— Позвольте пригласить вас на танец, прекрасное видение, — неожиданно ко мне подошел один из мужчин, кажется, тот, что решил, что я лучше какой‑то там модели.
Обрадовалась. Потанцевать я хочу. Все‑таки вечер просто волшебный. Вот только не будет ли начальник против?
Посмотрела вопросительно на босса, надеясь, что тот даст мне как‑то знать, можно ли мне потанцевать с его другом.
Гайне кинул на меня задумчивый взгляд и вдруг произнес:
— Я не разрешаю своей помощнице с тобой танцевать, Ричард, — сказал Виктор, после чего, под удивленный хмык своего друга и смешки остальных мужчин, Гайне взял меня за руку и потянул, чтобы я встала, а потом… повел к танцующим парам.
Мой босс танцует танго? Да!
Виктор, не спрашивая на то моего разрешения, крепко обнял за талию и неожиданно очень серьезно посмотрел мне в глаза, будто что‑то хочет сказать, и начал движение. Шаг, второй. Я плавно следую за мужчиной. Близко, очень близко, недопустимо близко.
Мне очень нравится музыка и то, как мой босс уверенно ведет меня в танце. Гайне великолепен. Во всем. Даже в танцах.
Виктор медленно проводит горячей ладонью по моей оголенной руке от плеча к запястью. Пауза. Я начинаю мелко дрожать. Окружающего мира не существует, и тут Виктор берет меня за руку и резко раскручивает, а затем снова прижимает к себе и наклоняет, аккуратно удерживая за спину. Новая пауза. Мир на мгновение действительно замирает. В его глазах вопрос, но ответа я не знаю, поэтому все вновь приходит в движение. Босс резко поднимает меня обратно, крепко и властно прижимая к себе. Мы вновь танцуем. Плавно, медленно, словно флиртуем, и снова быстро и резко. Начальник будто испытывает меня и продолжает что‑то спрашивать, при этом обозначая свое положение главного и ведущего. Мне остается только подчиняться и двигаться в такт движениям своего партнера — он не дает мне шанса импровизировать. Пока не дает. Зато те ощущения, что дарит танец и близость совершенного и, как выяснилось, не холодного, а очень горячего мужчины, кружит голову и заставляет тело гореть, словно в огне.
Как же я люблю танго!
Как по мне, музыка закончилась слишком быстро. Мы с Виктором остановились друг напротив друга опять недопустимо близко. Мужчина практически вжимает меня в себя, сминая ткань платья. Очень горячо. И это мой начальник?! Как? Почему? Хотя я и сама сейчас на себя обычную мало похожу.
Раздались хлопки. Я оглянулась. Вокруг меня и босса пустое пространство и аплодируют, оказывается, нам с Виктором.
Чувствую, как щеки заливает румянец. Гайне отпустил меня и отошел, отчего мне сразу стало холодно.
Из толпы в круг вышла незнакомая мне красивая и статная женщина в возрасте, хотя возраст ее почти и не заметен. Лицо и фигура как у юной девушки, и только руки выдают истину. Улыбаясь, эта женщина приблизилась к моему начальнику. Присмотрелась. Да, теперь понятно, что внешностью босс пошел в маму. Очень похожи — тот же цвет волос, глаз, те же черты лица.
Сынок! — женщина встала на цыпочки и поцеловала Виктора в щеку. — Как хорошо, что ты приехал.
В глазах, как я понимаю, мамы моего начальника, столько теплоты, любви и нежности.
Я начинаю потихоньку отступать. Пусть родственники общаются. А я не люблю смотреть подобные встречи, сразу становится горько от того, что моей мамы рядом нет.
— Здравствуй, мама, — мой босс и по совместительству бывшая ледяная статуя очень бережно обнял хрупкий женский стан.
— Девушка, куда же вы? — вместо того, чтобы насладиться общением с сыном, мама Виктора неожиданно обернулась ко мне. А ведь мне почти удалось сбежать. — Не уходите.
