Теперь уже пришла очередь Дженнифер усомниться в реальности происходящего. Что за бесчувственность? Что за мгновенная метаморфоза? О какой работе может идти речь? Он что, думает, будто она в состоянии сидеть с ним сейчас в офисе и работать над кипой компьютерных распечаток, делая вид, что ничего не произошло?
– Я вам не верю, – сказала она в отчаянии, упираясь взглядом в склоненную над распечаткой голову.
– Чему не верите? – Роберт оторвал взгляд от бумаг и приподнял голову. Взгляд был сугубо деловой и вполне невинный.
– Я не верю в то, что вам столь легко переключаться с одного на другое. Как будто ничего не произошло. Теперь я склонна думать, что… – Она вдруг прервала свою зажигательную речь, осознав, что сама провоцирует его. – Ничего. Не обращайте внимания на мои случайные реплики. Давайте займемся делом.
Однако ее слова снова взбудоражили его сознание. Мозг никак не желал переключаться и сотрудничать со здравым смыслом. Как оценить сложившуюся ситуацию и что делать дальше? Ведь действительно существуют определенные правила ведения бизнеса, и он нарушил их. Серьезно нарушил, а не просто слегка скорректировал. Он снял очки и посмотрел на нее.
– Похоже, я вновь должен принести вам свои извинения. Я вел себя более чем неправильно. Не знаю, что заставило меня так поступить.
Конечно, он прекрасно знал, в чем дело, но вышедшее из-под контроля мужское «эго» не могло служить извинением того, что он сказал ей в запале. Бизнесмен должен уметь контролировать свои эмоции и свои слова, тем более когда имеет дело с потенциальным клиентом. Естественно, он не жалел о сказанном. Дженнифер получила то, что заслуживает, ибо сама спровоцировала его на подобное поведение. Но ведь от финансиста как раз и требуется умение не поддаваться на провокации, даже со стороны красивой и сексуальной женщины. Жалел он только о том, что неправильно выбрал время и место, чтобы сообщить ей о своих истинных намерениях. Надо было держать свои желания до поры до времени в загашнике и извлечь их на поверхность только после завершения деловой части.
– Извините, если причинил вам неудобства или каким-то образом напугал вас.
– Вы меня не напугали, – слегка оскорбленным тоном произнесла Дженнифер. – Меня трудно напугать.
– Тем лучше. Тогда примите мои извинения за психологический дискомфорт. Я искренне сожалею. – В глубине души он, однако, почувствовал легкое удовлетворение. – Я заверяю вас, что это больше не повторится.
– Не за что просить прощения, – заверила его Дженнифер, почувствовав укор совести. Во всем случившемся есть немалая доля и ее вины. Именно это она и произнесла покаянным тоном вслух: – Мы оба в одинаковой мере виноваты. Может быть, – лицемерно добавила она, – я виновата даже в большей степени. – Она склонила лицо вниз, спрятав глаза за ресницами, и начала крутить кольца на пальцах, изображая смущение и раскаяние. – Не надо было мне просить вас поцеловать меня. Но я не предполагала, что это будет так серьезно. Это было глупо и непрофессионально с моей стороны.
– Да, вы правы.
Дженнифер вновь вскинула голову, удивленная таким ответом. Как-то не по-мужски он прозвучал. Настоящий джентльмен не стал бы настаивать на признании дамой своей вины и всю ответственность за случившееся принял бы на себя.
– Но с моей стороны еще более глупым было согласиться с вашей просьбой. Это мой офис, мое учреждение, и я знаю правила, – добавил он, словно подслушав ее мысли.
– Правила? – В ее голосе прозвучало неподдельное удивление. – У вас есть правила насчет того, как целовать женщин в вашем офисе?
– Это зависит от женщины и от того, почему она находится в моем офисе. Вы прибыли ко мне сегодня, чтобы заручиться моей санкцией на получение вами займа, – помпезно начал излагать официальную суть дела Роберт. – В этой ситуации я должен относиться к вам с уважением и принять все меры, которые бы исключали предоставление или вымогательство сексуальных услуг в качестве средства влияния на принимаемое решение или вознаграждения за оное. Всякие иные действия являются не только аморальными, но и незаконными.
– Но вы не предлагали мне ничего подобного, – запротестовала Дженнифер, как будто кто-то другой уже обвинял его в этом правонарушении.
– Да, не предлагал, – заверил ее собеседник. – Случившееся здесь можно квалифицировать как простое недоразумение. Неправильная трактовка ситуации обеими сторонами. Особенно с моей стороны, – великодушно добавил он и наклонился к ней, выражая полную искренность и честность на лице, как бойскаут перед принесением клятвы. – Хочу вас заверить, что получение или неполучение вами займа никак не будет связано с вашим личным обаянием и со случившимся недоразумением.
Дженнифер согласно кивнула.
– Да, я это поняла. Мне такая мысль даже в голову не приходила. Ни на секунду. И чтобы не было неясностей… – Она заколебалась на секунду, но потом решительно продолжила: – Со своей стороны я тоже хочу заверить вас, что не пыталась повлиять на ваше решение в свою пользу своим э… опрометчивым предложением.
Роберт понимающе кивнул.
– Всем нам случается иногда делать ошибки. Главное – вовремя остановиться, чтобы не случилось худшего, и извлечь из своих ошибок уроки. Итак, мы пришли к взаимопониманию. Наши сексуальные отношения никак не должны быть связаны с бизнесом.
У Дженнифер удивленно расширились глаза.
– Но у нас не было никаких сексуальных отношений.
Он внимательно, не спеша осмотрел ее еще раз поверх своих очков. Его глаза вдруг опять начали наливаться огнем. Лицо снова начало меняться, как у оборотня, теряя деловые очертания и все явственнее приобретая черты волка.
– Но будут, – твердо заверил он.
8
– Разве ты не можешь побыть рядом хотя бы немного? – беззастенчиво давила на подругу Дженнифер, передвигаясь вслед за Франческой по холлу, разделяющему их жилье. – Всего полчаса, ну хотя бы двадцать минут. Неужели так трудно выделить двадцать минут своего времени, чтобы помочь своей лучшей и давней подруге?
– Нет. Извини. Не могу, даже и пять минут не могу, – весело отбивалась Франческа, которую нисколько не трогали грубые попытки манипулировать ею. – У меня занят весь сегодняшний день. Расписан буквально по минутам. Максимум через две минуты мне надо выходить. Я и так уже опаздываю. И придется носиться весь день. – Она взяла свою сумку с массажными принадлежностями и усмехнулась. – Раз уж ты так боишься остаться с ним наедине, почему бы тебе не попросить мамашу Фракатто посидеть с тобой, пока он будет здесь. Ей очень понравится роль дуэньи и телохранительницы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
