Читаем без скачивания Перелетная элита - Юрий Поляков

– В чем, на Ваш взгляд, особенность современной литературы?

– Особенность у современной литературы такая же, как и была во все века: талантливого мало, дурного много. А вот если говорить о литературном процессе, то тут – да, есть одно удивительное обстоятельство. Много лет на уровне государства, а точнее на уровне «Роспечати», которой почему-то в какой-то мрачный момент поручили окормлять писателей, идет давний целенаправленный противоестественный отбор: все талантливое, позитивное, опирающееся на традицию, русское, наконец, оттесняется на периферию, а гнилое, вымученное, а то и русофобское выпячивается, пропагандируется, внедряется, олауреачивается. Конечно, в долговременной перспективе это не страшно, пустоцвет не плодоносит, а кастраты женщинам только шербет подают, но мне жаль нынешних читателей – им впиаривают книги, которые читать можно только под дулом пулемета. Мне жаль молодых писателей, которых толкают на ложные, уводящие в пустоту пути, возврата откуда нет. Мне жаль нас, редакторов, которым счастливые узники «Букервальда» приносят свои якобы романы… В этом перекошенном состоянии мы пребываем слишком долго. Последствия очевидны. Но не будем отчаиваться.

– Юрий Михайлович, Вы окончили педагогический институт, работали в школе. Сама знаю, что школа дает хорошую закалку не только организаторским способностям, но и формирует некую непрерывную заботу о молодежи, о будущем страны. И в Вашей жизни эти предположения проявляются предметно – Вы успешный руководитель, а также общественный деятель – Член Президентского Совета по культуре. Что советуете президенту? В каких культурных преобразованиях нуждается наше общество и, возможно, писательская среда?

– «Литературная газета» и ваш покорный слуга выступали не раз и не два с разными предложениями на высшем уровне. Некоторые были услышаны. Например, после моего выступления на Совете возродили издательство «Художественная литература». Вернули в школах сочинение. Скорректировали механизмы ЕГЭ по гуманитарному циклу. Выделили средства на то, чтобы библиотеки могли подписываться на толстые журналы. Но наши многократные просьбы вернуть литературу в Министерство культуры пока остаются тщетными. Тогда хоть выдайте нам сумки почтальонов, раз мы все еще относимся к Министерству связи…

С «чемоданчиком» на «смотрины»

С 1 по 17 ноября пройдет первый международный фестиваль современной пьесы «Смотрины». Одиннадцать театральных коллективов России, ближнего и дальнего зарубежья привезут в Москву спектакли, поставленные по пьесам и прозе Юрия Полякова, и покажут их на сцене театра «Модерн», что на Спартаковской площади. МХАТ имени Горького, театр Сатиры и театр Российской армии, в чьих репертуарах много лет держатся пьесы этого драматурга, сыграют спектакли на собственных сценах. Заочно, а на самом деле, как обычно, при полных залах, покажут пьесы Юрия Полякова в Оренбурге, Владикавказе, Владивостоке, Пензе, Волгограде, Самаре, Нижнем Новгороде, Плевене, Санкт-Петербурге, Туле, Ставрополе, Одинцове и на других далеких и близких к столице площадках. Событие, прямо скажем, нерядовое, даже трудно и припомнить, когда в последний раз проводился фестиваль одного драматурга, к тому же, здравствующего, полного замыслов и готовящего нам очередную премьеру, по слухам, скандальную. Как возникла идея такого фестиваля? Почему называется он «Смотрины»? Что нам покажут? Обо всем этом мы спросили виновника торжества писателя Юрия Полякова.

– Юрий Михайлович, значит, у драматургов тоже бывают бенефисы?

– Редко, но бывают.

– А почему «Смотрины»?

– Вообще-то, «Смотрины» – это моя пьеса, по которой Станислав Говорухин, как режиссер и соавтор (между прочим, это была его первая работа в театре) пятнадцать лет назад поставил спектакль «Контрольный выстрел», успешно идущий в МХАТе имени Горького и по сей день. А взяли это название в работу, потому что фестиваль ориентирован на драматургию, которая интересна не только жюри какого-нибудь тусовочного конкурса, но прежде всего зрителям. Фестиваль обращен к таким пьесам, которые можно смотреть, которые могут собирать залы, а не два десятка любителей лабораторного чтения по ролям или показов для своих. Увы, разрыв между «новой драмой» и нормальной, качественной драматургией, по которой сейчас тоскуют и зрители, и актеры, и режиссеры, принял угрожающие размеры. Пройдите по Москве, поглядите на театральные афиши: в большинстве репертуаров вообще отсутствуют современные авторы. В лучшем случае – Вампилов, Довлатов, Володин, Розов… Недавно я был председателем театрального фестиваля в Питере «Виват, комедия!» Так вот, самая современная отечественная пьеса, там представленная, это «Чужой ребенок» Шкваркина, написанная в 1933 году. И это не смешно…

– Может, обойдемся классикой?

– Классика – это как раз некогда современная пьеса, пережившая свою эпоху и благодаря художественности оставшаяся интересной публике. Обычно правящее эстетическое меньшинство всякой культурной эпохи такие произведения недооценивает. Например, для 20-х годов комедии Булгакова и Эрдмана были неконъюнктурно остры, к тому же «старомодны», точнее, внятны по форме, за что их обожала публика, но не любили Латунские и Семплеяровы из акустической комиссии, которые переквалифицировались ныне в экспертов «Латунной маски».

– Золотой?

– А я что сказал?

– Латунной.

– Я оговорился. Слегка. Так вот, чтобы иметь в будущем классиков, надо сегодня иметь просто интересных нынешним людям театральных писателей. Гоголи, Островские, Чеховы рождаются не в музеях и не в докторских диссертациях, а на премьерах. Кто-то из актуальных авторов быстро забудется, кто-то продержится десятилетие, а кто-то, пройдя сквозь сито забвения, станет классиком. Так было всегда.

– А Вас, значит, на «Смотринах» и будут показывать в качестве такого кандидата в классики?

– Это вы приятно сказали! Идти в искусство, не мечтая стать классиком, властителем дум, то же самое, что ложиться под нож пластического хирурга ради того, чтобы переставить местами веснушки на носу. Главный аргумент сторонников «подвального» и «пробирочного» театра таков: современная пьеса, прочно обосновавшаяся в репертуарах, авторы, собирающие полные залы, – все это в принципе невозможно. Так как театр переживает упадок, он утратил влияние на общество. Время такое: постмодерн. Все соотносительно. Чушь! Певцу без голоса всегда кажется, что в зале плохая акустика. Мои пьесы годами, даже десятилетиями держатся в репертуарах, идут на аншлагах от Владикавказа до Владивостока. Для примера «Козленка в молоке» сыграли 560 раз. Жаль, что спектакль погиб, когда произошло поглощение театра имени Симонова «вахтанговцами». Но, надеюсь, еще один раз «Козленка» сыграют специально на «Смотринах». Идем дальше: «Хомо эректус» сыгран в театре Сатиры более 300! А ведь у них зал на 1200 мест. Это уже не лаборатория, это цех по сбору аэробусов! Наверное, поэтому и решили начать фестиваль с «нормальной» драматургии вашего покорного слуги – автора, который, простите за прямоту, сегодня интересен и зрителям, и режиссерам, и директорам театров, отвечающим за кассу…

– Не интересен только «Золотой маске»…

– Ну, это скорее мне месть как главному редактору, ибо сегодня только ЛГ и газета «Культура» открыто пишут о том, что эта премия стала препятствием для нормального развития отечественного театра. Впрочем, я уверен, если этот проект возглавят люди, широкие, умные, не покорные диктату тусовки и подавляющего меньшинства, а главное не такие корыстные, у «Маски» есть будущее.

– Давайте еще поговорим о фестивале поподробнее! Что, где, когда?

– Давайте. Откроется он 1 ноября в МХАТе имени Горького, на сцене которого увидели свет четыре мои пьесы. Ну, торжественные слова и так далее. Потом покажут спектакль «Как боги» в постановке Татьяны Дорониной. Завершатся «Смотрины» в театре Сатиры, с которым меня связывает давняя творческая дружба. Сыграют «Хомо эректус». Была, конечно, мысль закрыть фестиваль премьерой новой вещи – «апокалиптической» комедией «Чемоданчик», которую репетирует сейчас Александр Ширвиндт и где заняты Наталья Селезнева и Федор Добронравов. Но не сложилось, не успели… Создание спектакля, если только это не греза воспаленного самовыражения, – процесс сложный, непредсказуемый. Вспомните Анатолия Эфроса! Сейчас читаю стенограммы его репетиций Чехова. Бездна! Зато в рамках фестиваля состоятся другие премьеры, так сказать, на местах – в Хабаровске, Астрахани, Добриче (Болгария), Иркутске, Оренбурге… Из Крыма, из Симферополя в Москву привезут премьеру «Жить как боги». Готовит сюрприз и худрук «Модерна» Светлана Врагова. Это фантасмагория «Они» – новая версия моей комедии «Женщины без границ», которую, кстати, на своей сцене в рамках «Смотрин» сыграет театр Балтийского флота. Видимо, трагикомическая история дамы, запутавшейся в гендерной самоидентификации, интересна и боевым морякам…