– А почему для фестиваля выбрана площадка «Модерна»?
– Ну, во-первых, с этим театром и со Светланой Враговой меня связывают давние творческие планы. Во-вторых, при советской власти в этом историческом здании Московской хлебной биржи был Первомайский районный дом пионеров, где я, живя поблизости и учась там же, в школе № 348, приобщился мальчишкой к театральному искусству. Бакунинская улица, Спартаковская площадь, Балакиревский переулок, Разгуляй – все это места моего московского детства… Ну вот, чуть слезу не вышибли.
– Не хотела. Но вернемся к «Чемоданчику». О чем Ваша комедия?
– О чемоданчике.
– Не мелковата тема? Обычно вы берете крупней. «ЧП районного масштаба», «Любовь в эпоху перемен», например…
– Ну, не знаю… Если вы считаете, что ядерный чемоданчик, украденный у президента России, это мелко…
– А кто украл? Террористы?
– Нет, у меня все как в жизни. Я же реалист. Кто охранял, тот и украл. А возвращает его народу тот, у кого украли.
– Вы хотите сказать, что на сцене появится президент нашей страны?
– Повторяю: я реалист. А разве в нашей стране что-нибудь без президента происходит? Я еще надеюсь, что он когда-нибудь вернет украденные у народа недра, вклады и веру в справедливость. Да, в моей комедии все как в жизни: гарант лично является в квартиру злоумышленника и выслушивает все, что о нем думают в народе. Но это лишь один из многих поворотов сюжета. Знаете, я показал «Чемоданчик» в журнал, где обычно печатаю мои новые пьесы. Главный редактор долго мялся, а потом сказал: «Ну, нельзя же так… У меня будут проблемы…» А вот Ширвиндт не побоялся. Обещаю: будет весело и достанется всем…
– И автору?
– Не исключено.
– Когда премьера?
– В этом году.
– Но вернемся к фестивалю «Смотрины». Он одноразовый или, так сказать, долгоиграющий?
– Надеемся, долгоиграющий, ведь ничего подобного пока не существует, ниша пуста, театрального фестиваля, ориентированного на традиционную, зрительскую современную пьесу, без которой невозможно существование репертуарного театра, попросту нет. Мы первые. Надеюсь, поддержка со стороны Минкульта и департамента культуры Москвы не иссякнет и в новом году, и тогда время «Смотрин» настанет для других авторов и театров, хороших и разных…
Газета «Культура». Беседовала Виктория ПашковаВ эфире «Радио КП»
С 1 по 17 ноября в Москве и многих других городах России пройдет довольно необычный театральный праздник – Международный фестиваль современной русской драмы, организованный при поддержке Министерства культуры РФ и Департамента культуры Правительства Москвы. Главная изюминка мероприятия в том, что на нем будут представлены постановки пьес всего одного автора – Юрия Полякова. Расспрашивали драматурга о предстоящем событии Любовь МОИСЕЕВА и Александр ГАМОВ.
Ну к чему такому писателю «Смотрины»?
– Юрий Михайлович, фестиваль назвали нетривиально – «Смотрины». Как правило, смотрины устраивают человеку тогда, когда не имеют о нем никакого представления… Казалось бы, тут явный нонсенс, ибо речь-то идет об известном и популярном писателе, книги которого издаются огромными тиражами, которого читают от Камчатки до Калининграда и далеко за пределами России, лауреате литературных премий, ярком публицисте, главном редакторе «Литературной газеты»…
– Вы так хорошо говорите, что даже не хочется перебивать… Но придется. Чтобы объяснить. Действительно, фестиваль называется «Смотрины». И мы назвали его так не случайно. Во-первых, так называется моя пьеса, которая во МХАТе, в постановке замечательного режиссера Станислава Говорухина идет под названием «Контрольный выстрел».
С другой стороны, пьеса, вынесенная на сцену, действительно, как смотрины невесты: вот ее наконец видят во всей красе. Потому что, в самом деле, у драматургии такая особенность – она предназначается в первую очередь для воплощения на подмостках, а потом – для чтения.
– То есть, это не Полякова смотрины, а…
– Минуточку, дойдем и до Полякова. И в-третьих, фестиваль задумывался как демонстрация пьес, которые можно смотреть. Потому что вот эта новая драма, которую нам втюхивают уже 20 лет под видом последнего слова русской драматургии, ее же смотреть невозможно!
– Кстати, редкое явление, когда фестиваль посвящен одному автору.
– Когда стали разбираться и думать о том, есть ли у нас современный автор, которого ставят так много и в таких серьезных театрах, тогда и появилась кандидатура вашего покорного слуги. Только в одной Москве идет шесть спектаклей по моим пьесам. А по стране вообще очень много. Более того – фестиваль получился международным. В столицу приезжают творческие коллективы из СНГ – Казахстан, Армения. И даже венгерский театр.
– А на каком языке они играют, интересно?
– На венгерском, конечно. Спектакль будет сопровождаться субтитрами.
– Вы и по-венгерски пишете?
– Пока нет, перевели. И очень хорошо перевели. Чему вы удивляетесь?
– Да у вас в пьесах что ни реплика – то афоризм. Это можно перевести? А субтитры не будут мешать восприятию?
– Мою пьесу и на китайском играли в Тинзине. А еще я был на спектакле в Китае, который играли на русском. И вот бегут на субтитрах иероглифы – и китайцы смеются! Потом ко мне подошел один местный житель, владеющий русским, и сказал – какой вы счастливый человек. Я говорю: «А что такое?». «У вас в России, – объясняет, – можно со сцены обличать коррупцию – а показывали мою инсценировку «Грибного царя»». Я говорю: «Минуточку, у вас же расстреливают за коррупцию». Он говорит: «Да, у нас расстреливают, но обличать со сцены – нельзя». Я говорю: «А у нас нельзя расстреливать за коррупцию. А обличать публично – можно!».
– Юрий Михайлович, на каких площадках столицы будут играть ваши пьесы в рамках фестиваля?
– Московские театры, естественно, будут играть каждый на своей сцене. Откроет показы 1 ноября спектаклем «Как боги» МХАТ им. Горького под руководством Татьяны Дорониной, где у меня было поставлено четыре пьесы. Закроется парад спектаклем Театра Сатиры под руководством Александра Ширвиндта «Хомо эректус», где, кстати, на выпуске третья моя пьеса, называется «Чемоданчик». 6-го будут играть «Одноклассницу» в театре Российской армии, а все приезжие театры…
– «Одноклассников»?
– Моя пьеса называется «Одноклассница», а спектакль называется «Одноклассники». А приезжие коллективы будут играть на сцене театра «Модерн» – это на Спартаковской площади. Все спрашивают – почему театр «Модерн»? Ну, во-первых, мы давно дружим со Светланой Враговой, руководящей театром, и, кстати, она тоже сейчас выпускает спектакль «Они», мистическую комедию по моей пьесе «Женщины без границ».
Но лично для меня очень важно и то, что в этом здании хлебной биржи когда-то при советской власти был Первомайский дом пионеров, куда я школьником ходил во все кружки, начиная с духового и заканчивая театральным. И именно там начался мой интерес к театру.
– Тут получается некий парадокс. Вы только что говорили, что этот ваш фестиваль, ваши пьесы как бы противовес модерну, а показываете их в театре «Модерн»?
– Не путайте, я говорил о новой драме, а не о модерне вообще. Это разные субстанции. Модерн, кстати говоря, дал блестящих драматургов и во всем мире, и в нашем Отечестве, чего нельзя сказать о новой драме.
Но еще очень важную вещь я хочу сказать. Мы хотели показать вот этим идеологам театральной премии «Золотая маска», которые говорят, что сегодня вообще невозможна социально значимая пьеса, сейчас не получится собрать большой зал на современную русскую пьесу, в репертуарах их быть не может…
– Юрий Михайлович, получается какой-то вызов у вас?
– Вызов «Золотой маске», которая все время пытается доказать, что в России нет по-настоящему актуальной национальной драматургии. А мы хотим сказать, что есть. Человеку, у которого слабый голос, всегда кажется, что в зале, где он поет, плохая акустика.
– А как вы представляете себе вашего зрителя? Кого ждете на этих спектаклях?
– Я своего зрителя неплохо знаю. Потому что я все-таки езжу по возможности на все премьеры. После премьер, как правило, бывают обсуждения… Мой зритель – это человек, который идет в театр не для того, чтобы просто развлечься, забыться, потом выйти и через пять минут, пока до метро дошел, забыть, о чем ему там говорили…
