программирование, встроенное прямо в организм, действующее с рождения и не подлежащее изменению. Например, детёныш змеи может постоять за себя с момента своего рождения или вылупления. Он пьёт, ловит и поедает мелких животных и спасается бегством, когда его преследуют, — точно так же, как это делает взрослая особь его вида. В случае таких существ, которые живут простой, неизменной жизнью, инстинкт работает прекрасно, и чрезвычайно сложная нервная система не требуется.
Следующий шаг — это «умственные способности 1-го типа», или способность формировать условные рефлексы. Это может, например, позволить корове научиться избегать электрического ограждения после нескольких ударов током, даже если до недавнего времени коровы ни разу не сталкивались с электрическими ограждениями, и потому не имеют встроенных инстинктов, позволяющих взаимодействовать с ними. Люди склонны считать это «примитивной» форме разума, характерной для более «низших» животных, чем они сами, однако тоже её используют. Обучение вождению машины или игре на пианино — это в значительной степени вопрос условных рефлексов. Новичку приходится думать над каждым движением, и он совершает его неуклюже, тогда как старый профессионал совершает их автоматически и гораздо плавнее.
Однако «умственные способности 2-го типа», или абстрактное мышление, — это то, что мы считаем наиболее характерным и несомненно присущим человеку. (До недавнего времени многие из нас довольно высокомерно, если не наивно, утверждали, что это свойство совершенно уникально для людей, но стало трудно отрицать, что оно также присуще, как минимум, нескольким другим видам вроде шимпанзе и дельфинов.) Умственные способности такого рода наделяют способностью к адаптации, позволяя обладающим ими существам находить решения проблем, с которыми ни они, ни их предки никогда раньше не сталкивались. Таким образом, у разумного существа больше шансов пережить изменение климата или расширить свой ареал до регионов, к которым оно не приспособлено физически. Наши собственные предки продемонстрировали обе эти способности.
У организмов находится мало эволюционных стимулов для развития способностей, особенно таких, которые требуют сложного физического оснащения, если только эти способности не повышают в значительной степени их возможности выживания. Очевидно, что разум в большей степени пригодится животному, которое передвигается в среде, создающей множество разнообразных трудностей. Де Камп считал, что вероятность его появления на суше гораздо выше, чем в океанах; он считал океаны слишком однообразной средой, чтобы обеспечить достаточный стимул. (Если китообразные [киты и дельфины] так сообразительны, как мы видим, это можно объяснить теми успехами, которых они добились, когда их предки жили на суше, что, по-видимому, имело место на протяжении довольно долгого времени. Разумеется, это не объясняет осьминога, который также демонстрирует значительную сообразительность...) В случае с нашими собственными отдалёнными предками, вероятно, помог опыт жизни на деревьях.
Поскольку эволюция происходит путём развития уже имеющихся особенностей, либо путём их модификации, либо путём добавления новых, обладатели абстрактного разума могут также нести в себе остатки более ранних типов программирования вроде инстинктов. (См. «Драконы Эдема» Карла Сагана) Одной из значительных и возникающих вновь и вновь проблем для них может быть научение тому, когда позволять срабатывать инстинкту, и когда позволять разуму брать над ним верх. (Вам не хотелось бы останавливаться и задумываться о том, стоит ли отдёргивать руку от горячей плиты; но вы также не хотели бы доверять инстинкту во время посадки самолёта, поскольку многие инстинкты совершенно неверно подсказывают людям, как вести себя в некоторых ситуациях.)
Разум делает возможной новую способность, которую Альфред Коржибски назвал «времясвязыванием»: способность передавать усвоенную информацию из поколения в поколение. Это ключевой момент для развития цивилизации, поскольку позволяет каждому поколению опираться на достижения своих предшественников. Без неё каждому поколению пришлось бы всему учиться самостоятельно, повторяя многие ошибки своих предков, и никому не хватало бы времени продвигаться дальше. У людей времясвязывание достигается за счёт того, что большую часть того, что мы знаем, нам преподали наши предки в тот длительный период относительной беспомощности и зависимого состояния, пока мы росли. Естественно, это имеет далеко идущие последствия для того, каким образом происходит развитие человеческих обществ. Но будет ли это единственно возможным способом?
Возможно, что и нет. Несколько лет назад сообщалось об экспериментах, которые будто бы демонстрировали химическую передачу усвоенной формы поведения — то есть, плоских червей, которые научились проходить простой лабиринт, можно было измельчить и скормить «необученным» плоским червям, которые после этого демонстрировали ту же самую «выученную» способность, не проходя процесс обучения. Попытки повторить эти эксперименты в других лабораториях оказались безуспешными, и в целом их стали расценивать как ложную тревогу. У нас по-прежнему нет однозначных свидетельств «химического обучения» у земных организмов, но не исключено, что оно возникло где-то вне Земли. Марк Стиглер превосходно использовал эту возможность в своей новелле «Лепестки розы» (“Petals of Rose”).
ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ: КАТАЛОГ ВАРИАНТОВ
В данный момент мы уже готовы рассматривать те проблемы, с которыми приходится сталкиваться жизни, и некоторые из возможных решений, которые были придуманы эволюцией жизни на Земле и/или писателями-фантастами. Я перечислю некоторые из них, как если бы это были отдельные явления, но всякий раз вы будете видеть, как они взаимодействуют друг с друтом — то есть, способ, выбранный для решения одной из проблем, влияет на доступные способы решения остальных.
Одноклеточные или многоклеточные?
Вероятно, в каждом из миров будет существовать множество одноклеточных организмов, как отдельных особей, так и видов. (Если только некая цивилизация не предприняла весьма решительных действий, чтобы избавиться от них и найти другой способ выполнять их функции — например, на Земле сине-зелёные водоросли играют большую роль в поддержании уровня содержания кислорода в атмосфере.) Однако, как мы видели, одиночные клетки весьма ограничены в том, какого размера они могут достигать, и что они могут делать. Таким образом, миры, в которых существует только одноклеточная жизнь (которые могут быть обычным делом), вероятно, будут не слишком интересны людям — исследователям (за исключением, возможно, перспектив терраформирования) или читателям. В мирах, представляющих наибольший интерес, все формы жизни, кроме простейших, и, в частности, те, которые мы назвали бы разумными, наверняка будут многоклеточными.
Размер
Я уже довольно много говорил на эту тему в ходе обсуждения закона квадрата-куба, но есть ещё кое-какие аспекты, которые заслуживают особого упоминания — например, каковы максимальные и минимальные размеры, возможные для A) организмов в целом и B) разумных организмов?
Некоторые бактерии рода Mycoplasma меньше 0,2 микрометра (или, если вам угодно, одной миллионной доли дюйма, что сравнимо с длинами волн видимого света). Вирусы ещё мельче, но не все единодушно считают их по-настоящему живыми, поскольку в выполнении
