Читаем без скачивания Ужас глубин - Карен Трэвисс

— Вход платный, — объявил Бэрд.

Маркус взглянул на обломки:

— Выяснил что-нибудь?

— Кое-что такое, чего мы раньше не замечали. Выстрелы произведены внутри корабля.

— И?..

— Возможно, за этим последовал взрыв, также внутри корпуса. Не будем фантазировать. Они не просто всадили пулю в трубу с горючим. Там было что-то еще.

Треску обошел сарай, сложив за спиной руки, словно проводил инспекцию.

— Я человек рациональный, — сказал он. — Огромный океан, очень мало судов. За несколько месяцев тонут три судна. Совершенно разных. Статистические флуктуации оставим ученым-теоретикам. Поэтому я принимаю как гипотезу общую причину, пока не будет доказано обратное. Так?

— А я думал, ваш фрегат напоролся на подводную скалу, — пробормотал Хоффман.

— Верно, — спокойно произнес Треску. — Но остается вопрос: как эта скала туда попала?

— Куда — туда? Вы не знаете координат места, где погибло судно.

— Именно поэтому, — ответил Треску, — мне не хочется заранее оправдывать наших соседей-garayazka.

— Если бы это сделали они, капитан, они бы хвастались этим направо и налево, — возразил Хоффман. — Это не они. В этом я совершенно уверен. Возможно, другая пиратская группировка. У них вечные драки за территорию.

Никто не произнес слова «черви». В этом не было нужды. Новые ответы порождали только новые вопросы.

— К черту весь этот мусор! — заговорил Бэрд, смущенный тем, что не смог разрешить загадку. Неожиданно для себя он обнаружил, что ищет на лице Маркуса признаки разочарования. Бэрд знал, что люди не любят его, но уважают за ум. — Если там орудуют какие-то сволочи, надо их искать. Я буду добровольцем. Найдется у вас посудина, без которой можно обойтись в случае чего?

Треску пристально уставился на Бэрда, и тот, в свою очередь, внимательно взглянул ему в лицо:

— Вы, солдаты, каждый день выходите в море вместе с рыбаками. Где же ваша новая стратегия?

У Хоффмана, видимо, лопнуло терпение.

— Траулеры будут рыбачить поблизости от берега до тех пор, пока мы не разберемся во всем этом, и на каждом будет по группе солдат для охраны, — заявил он. — В пределах прибрежной запретной зоны. Думаю, с этой задачей наши военно-морские силы справятся. И если вы вдруг вспомните еще какие-нибудь подробности гибели вашего фрегата, вы их тут же нам сообщите, правда, капитан?

Хоффман развернулся и быстро зашагал к дверям. Это была довольно многословно высказанная команда следовать за ним и заняться чем-нибудь полезным. Бэрд свалил обломки корабля обратно на поддон и отправился за своим отрядом. Треску отделился от них и пошел к своей субмарине «Зефир» — возможно, с намерением почистить сапоги.

— Если бы у них была подлодка, мы бы уже об этом знали, — говорил Дом. — То есть ведь это единственное, что могло незаметно потопить «Леванто», верно?

— Не верь всей этой белиберде насчет подлодок. — Бэрду нравилось копаться в механизмах «Милосердного», но у него не было иллюзий насчет судна. — Они не в состоянии обнаружить и половины объектов, которые находятся у них под носом.

— Может быть, — согласился Дом. — Но взрывать эти объекты прекрасно умеют. Не забывай, именно с этого и началась вся заваруха. Если бы «Зефир» не потопил корабль Даррела Жака, мы сейчас заключили бы договор с бандитами. И Жак держал бы бродяг в узде.

Бэрд решил, что Дом слишком много времени провел в лагерях бродяг, занимаясь поисками Марии. Он заразился терпимостью по отношению к ним. Жак такой же, как и остальные, а ведь никто не знал, сколько бродяг на самом деле рассеяно по Сэре.

КОГ превратилась в крошечный городок. И последнее, что ей сейчас было нужно, — так это идти на уступки бандитам.

— Это наша работа, — произнес Бэрд.

Пристань для заправки судов, военно-морская база Вектес, на следующий день

Когда Берни осторожно спустилась по скользким ступеням на пристань и взглянула на траулеры, качавшиеся на волнах, сердце у нее упало.

Она действительно не готова к тому, чтобы ее швыряло из стороны в сторону в гудящей железной коробке, где воняет рыбой и горючим. Ей захотелось куда-нибудь на другое задание. Но просить об этом Хоффмана значило признать свое поражение. Признать, что она стара. В тот момент, когда она перейдет на легкие задания, она начнет свой медленный — а может, и быстрый — путь вниз, к старческой немощи и маразму. Она не хотела болтаться без дела и стареть.

— А где щеночек, леди Бумер? — Коул стоял опершись на фальшборт «Монтаньона». — Я думал, вы двое теперь неразлучны.

— Воет как сумасшедший на одном бывшем складе горючего в компании половины овечьей туши и ждет, когда я вернусь.

— Ты уверена, что это не Бэрд там надрывается?

— Нет, глисты среди нас только у Мака. — Она заметила Бэрда, который возился с лебедкой на одном из траулеров. — Мамочка все знает.

Бэрд выпрямился и уставился на нее пустым взглядом:

— Кстати, о паразитах. Наш кровожадный Треску сумел выбить из своих бродяг что-нибудь полезное?

— А почему ты меня спрашиваешь?

— Хоффман тебе обо всем рассказывает, Бабуля. Ты знаешь, когда я тут на днях проходил мимо твоей комнаты, то подумал, что это твои суставы скрипят, но потом сообразил, что это кровать…

«Вик мне много чего не рассказывает». Она оставила остроту без ответа.

— Думаю, мы сами об этом догадаемся, когда перестанем находить воронки на дорогах.

Берни спрыгнула на бетонную платформу, у которой плескалась вода. Маркус стоял, поставив ногу на пал, с таким видом, словно он готов отвязывать канаты, которыми была пришвартована «Коралловая звезда». Дом и Сэм должны были плыть на самой маленькой лодке, известной просто как «М70». Берни решила, что ей нужно дать имя.

Маркус быстро взглянул на нее, но не сделал замечания насчет опоздания, подождал, пока она не преодолеет расстояние между пристанью и ходившей ходуном лодкой. Она ухватилась за леер, подтянулась и пролезла под ним, затем зашла прямо в рулевую рубку.

Эйлмер Галли, пожилой капитан, сидел за столом, держа в руке чашку с какой-то дымящейся жидкостью.

— Отлично, сержант Феникс, отдать швартовы! — Раздался глухой удар — это Маркус прыгнул с пристани на борт. Галли завел мотор. — Вы действительно думаете, что с вами нам будет безопаснее?

— Может быть, и нет, — ответил Маркус. — Но по крайней мере, если вас взорвут, мы узнаем больше, чем если бы наблюдали за кораблем с расстояния в два километра.

— Вы оптимист, — подмигнул Галли. — Не волнуйтесь, мы будем держаться у берега.

«У берега» на Вектесе означало двадцатикилометровую зону — шельф. Три траулера, пыхтя, отошли от пристани и набрали максимальную скорость, то есть восемнадцать узлов. Берни было нечего делать, кроме как слоняться по тесному судну и глядеть на море. Четверо матросов были заняты чем-то в трюме. Она уселась на баке, около выкрашенного в яркий цвет трала, из-за которого казалось, что судно вот-вот перевернется, и с сожалением подумала, что у нее появилось слишком много времени для размышлений.

«Какого черта там случилось, почему Вик до сих пор не хочет рассказать мне о Кузнецких Вратах?»

Хуже всего было то, что она уже начала придумывать, что бы такого он мог сделать, чтобы заслужить ее презрение. Она сама жестоко убила двоих безоружных людей, убила совершенно хладнокровно. Мало было вещей, которые она не могла бы извинить другу.

«Значит, это не насилие. Что-то мелкое. Например, трусость. Нет, Вик не таков. У него дурной характер, иногда он не думает, что говорит. Но трусость? Нет».

Подошел Маркус и ухватился за одну из опор трала. Он молча простоял так целых пятнадцать минут, глядя на волны.

В конце концов пробормотал: «Черт!» Но это было обращено не к Берни — и он явно не хотел, чтобы она спрашивала его, в чем дело. Бывали минуты, когда ей хотелось узнать у него, как он сумел забыть то, что сделал с ним Хоффман, — что было совершенно не в его характере, жестоко и бессердечно, — но она знала Маркуса слишком хорошо и не надеялась получить ответ.

Он стоял рядом с ней еще пятнадцать минут, все так же молча, затем развернулся и направился на корму.

«О чем они с Аней разговаривают, черт побери?»

Берни заставила себя думать о другом. Прошло два часа, и она услышала у себя за спиной радостные возгласы — один из рыбаков смотрел в полевой бинокль на стаю морских птиц, которые ныряли в воду.

— Там наверняка рыба-масло, — окликнул он ее. — Смотри за борт, жди, когда покажутся пузыри.

Поиски косяка рыбы отвлекли ее. Десять минут спустя «Монтаньон» снизил скорость и опустил в воду сеть. Началась ловля. Экипаж «Коралловой звезды» вышел на палубу, и Берни вынуждена была вернуться в рубку.

Коул вызвал ее по рации. Он был подвержен морской болезни.