Читаем без скачивания Охотники на мутантов - Лев Жаков

Девушка вопросительно посмотрела на Лесника.

– Это вроде аномалии, ее перепрыгнуть надо, – пояснил он. – Весь холм, где мы стоим, то есть трава, которая на нем растет, – и есть аномалия. А здесь как бы точка включения. Видишь, она гуще? Если наступишь – трава в тебя выстрелит, будто иголками вонзится. Так что осторожней прыгай.

Побледневшая Настька оглянулась.

– А ведь мы там сидели… шли потом… – прошептала она, робко шагая вперед.

– Прыгай, – повторил он. – Ничего страшного, только аккуратно.

Полоса густой травы была шириной метра полтора. Девчонка точно перепрыгнет, особенно если с разбегу, а вот он… Обычно-то это не проблема, но сейчас, в таком состоянии… Придется сначала кинуть рюкзак, еще ружье ей передать, что ли. А все опухоль! Сколько он еще протянет? Врач говорил, при обычном течении болезни ему оставалось бы год-полгода, если без операции. Но при таком образе жизни, как в Зоне, больше полугода не давал. «Сами понимаете, – сказал он тогда. – Охота, бег, прыжки, постоянное напряжение… При большой нагрузке метастазы начинаются. Вам нельзя там оставаться. Вот в городе я направил бы вас на операцию, а после химиотерапия – вы бы еще несколько лет могли радоваться жизни. Возможно, де-сять-пятнадцать даже, сейчас появились новые онкологические препараты, каких раньше не было. Но Зона… Она убивает вас». Лесник сжал зубы. Операцию он сделает, но доживать будет в Зоне – и баста! Это его мир. Зона не только снаружи, она внутри него, он – часть Зоны, такой же ее обитатель, как кровососы, псевдогиганты или бюреры. Сто лет ему снился этот город!

– Прыгай! – велел он Настьке.

Девушка поправила лямки, отошла. Прикинула на глаз расстояние. Рванула с места, возле самого пятна разросшейся травы оттолкнулась от земли…

И вскрикнула в полете, увидев что-то впереди.

– Что?! – гаркнул Лесник. Сзади громыхнул выстрел.

Перелетев через «точку включения», девушка с треском приземлилась в кустах. Что-то мелькнуло, рывок – и она пропала из виду. Прозвучал и тут же стих полный ужаса крик.

Он вытянулся на цыпочках. Настьки впереди не было. И никого не было, хотя из глубины зарослей доносилось тихое щелканье.

Глава 5 ЧУЖАКИ

Цыган упал на бок, перевернулся на спину и устремил взгляд в низкое сумрачное небо. Пролежав неподвижно больше минуты, перекатился на живот. Приподнялся на локтях, обозревая окрестности. Затем сел, свернул веревку, обвязал вокруг пояса. Потрогал наискось торчащую из пня винтовку, покрутил головой, разминая шейные позвонки. Вроде ничего не сломано, руки-ноги целы…

Шагах в трех впереди деревья редели, за ними виднелся унылый холмистый пейзаж. Земля – вся в буграх, провалы между холмами заросли темно-зеленым кустарником. Рамир подполз к ближайшей березе, держась за нее обеими руками, поднялся сначала на колени, потом выпрямился во весь рост. Затошнило, но он сдержался. Голова еще немного кружилась – сознание после Мозголома подозревало в окружающем какой-то подвох. Но наконец картинка и ощущения совпали, и ноги перестали подкашиваться. Цыган оглянулся на переплетение ветвей и стволов позади. Черт возьми, вот это мощная штука! Такая утряска мозгов… Наверное, что-то подобное испытывает рождающийся младенец – этакая полная смена среды и ощущений. Только что плавал себе в теплом материнском пузе – а вот уже тебя сжали со всех сторон и потом вытолкнули в холодный мир, где тут же наваливается сила тяжести, да еще приходится дышать этим колючим воздухом.

Рамир ощущал себя заново родившимся. Выжил, подумать только, выжил в Мозголоме! И ведь он не дремучий зверолов, который сам как мутант, дитя Зоны, он цивилизованный человек, пользуется всякой электроникой… Но все равно – выжил! Гигантская аномалия вызвала у него какое-то мистическое уважение. «Воронка», «Трамплин», «Холодец», «Жарка», «Лифт», «Электра» и прочие – с ними все понятно, обходи стороной, и останешься жив, а если попал внутрь – то почти наверняка покойник, пиши пропало. Но эта штука… Она – как испытание на прочность, на силу духа. Не растерялся, проявил смекалку и упорство–и выбрался. А если нет… Сталкер расправил грудь, хотя ребра болели. Он сумел! Справился! Он сильный. Рамир огляделся с чувством превосходства.

И увидел, как спускаются по холму зверолов с девушкой.

Цыган пошарил по плечу – ремешка автомата не было на месте. Обернулся, скользя взглядом вокруг, – «G-36» валялся метрах в двух слева, а с другой стороны лежал детектор аномалий. Тогда Рамир расстегнул кобуру, вытащил пистолет. Шагнул вперед, чтобы дерево не загораживало обзор, навел ствол на девушку, прицелился ей в затылок. Палец придавил спусковой крючок…

Руки дрожали. Рамир взял пистолет обеими руками, поднял, глядя поверх мушки, ведя стволом вслед за ней.

И опустил оружие.

Надо разобраться.

Знаки были, но правильно ли он расшифровал их? Действительно ли ему нужно убить ее? Что, если небеса хотят от него чего-то другого?

Но чего?

Рамир напряженно обдумывал эту мысль. Что за знаки посылают ему небеса? Что он должен сделать?

Сталкер следил за двумя людьми – они остановились, о чем-то заговорили, девушка шагнула к спутнику, подняв сжатые в кулаки руки, потом отступила… Неужели ему нужно оборвать эту хрупкую жизнь?

Не о том думаешь, сказал он себе. Это дело – испытание на прочность, на стойкость моего желания уйти из Зоны. Чем я готов пожертвовать, чтобы покинуть эти места? Кем. Да хоть всей Зоной! Она достала меня! Чтоб она пропала со всеми ее обитателями, аномалиями и мутантами, особенно контролерами! Чтоб сдохли все контролеры, медленно и мучительно! Чтоб кто-нибудь поймал их, посадил в клетку и сдирал с них живьем кожу, по квадратику…

Он распалил себя, ненависть к контролерам сделала свое дело – гнев поднялся в груди, кровь ударила в лицо, заволокла глаза. Цыган вскинул пистолет, прицелился. Убить! Только сначала пристрелить зверолова… Нет, сначала ее, а потом уж зверолова… Он переводил пистолет с одного на другую, закипая все сильнее. Лучше обоих, жаль, автомат далеко. Рамир скосил глаза. Поднять, что ли? Нет, уйдут, вот уже прыгать куда-то собрались. Какого черта, там же ничего нет, лишь кусты впереди? Рамир тщательно прицелился. Девчонка разбегается, через мгновение окажется точно на линии…

Он выстрелил, а девушка исчезла из виду.

Выругавшись, Цыган опустил пистолет. Бросился в сторону, подхватил «G-36» и побежал с холма. На ходу перекинул ремень через плечо, оглянулся – верный винторез торчал из пня. После такого удара его надо не просто заново пристреливать – придется разбирать, чистить, проверить механику… А сейчас от винтовки будет мало толку, значит, он вернется за ней позже.

– Видел, мать твою?! – заорал он на Лесника и сильным ударом оттолкнул того с дороги. Сталкер со стоном повалился на землю, схватившись за грудь. – На нее уроды какие-то напали! Охранник, твою мать!

По густой пышной траве Цыган вбежал в кусты, ломая ветви.

Аномалия сработала. Лесник закричал: тысячи острых иголок-стеблей вонзились в тело. Но Рамиру было не до зверолова. Не оглядываясь, он бросился по тропе в ту сторону, куда уволокли девушку странные черные тени.

Рамир пробежал еще немного и остановился, озираясь. Да где же они? Эти, которые схватили девчонку. Ведь только что были здесь!

Он стоял в неширокой ложбине между двумя холмами. Склоны были довольно крутые, покрыты скользкой на вид травой – серой, влажной. Тропинка уходила вперед, а похитившие девушку твари скрылись в кустах справа. Но ни одна ветка там не поломана, вот что непонятно. Может, похитители обошли холм с другой стороны? Рамир прислушался, уловил отдаленный хруст веток и, повернув направо, вломился в заросли.

Кусты напоминали вереск-переросток, гибкие ветви были покрыты болотно-зелеными пупырышками. Рамир рвал их руками, топтал, потом в сердцах вытащил нож и Принялся что есть сил кромсать лезвием – но за минуту отчаянных усилий не продвинулся и на полметра. А ведь этим ножом можно было резать проволоку! Но кусты то ли Не повреждались, то регенерировали почти мгновенно…

Наконец, красный и мокрый от пота, сталкер вылез из зарослей, налитыми кровью глазами озирая оставленные им следы. Или, если точнее, отсутствие таковых…

– Дьявольское наваждение! – хриплым шепотом воскликнул Рамир. – Как же эти сволочи пробились?

Быстро и неловко перекрестившись, чего он не делал уже лет пять, Цыган побежал дальше по тропе, огибая холм. В следующей ложбине были такие же кусты, но там они росли не так плотно. Рамир боком втиснулся в заросли и шагов через двадцать очутился в низине, окруженной холмами. Выйдя на середину, он выругался. Все ложбины между почти отвесными возвышенностями густо поросли теми же непроходимыми кустами!