– Да, мне их искренне жаль, – как можно более ровным тоном попыталась ответить Вивианна.
– Почему? – удивленно подняла брови мисс Афродита.
– У меня есть на то личные причины.
– Превосходно. – Афродита снова одарила Вивианну вежливой улыбкой. – Но вы должны понимать, что Оливер не станет слушать меня, поскольку больше не пожелал слушать вас. Хотя вы с ним занимаете примерно одинаковое положение в обществе. Я же... впрочем, не будем об этом. – С этими словами она небрежно щелкнула пальцами.
– Но почему? – удивилась Вивианна. – Вы ведь тоже наверняка происходите из благородной, дворянской семьи. Вы ведь родом из Франции?
Афродита улыбнулась.
– Вы очень добры, мисс Гринтри, – отозвалась она, но о своих предках рассказывать не стала.
Однако Вивианна не унималась:
– Ваш привратник мне кое-что рассказал о вас. Это правда? Вы действительно были знаменитой куртизанкой и имели множество богатых и высокопоставленных любовников?
Афродита опустила ресницы и слегка прищурила глаза, явно пытаясь скрыть свои истинные чувства.
– Не буду скрывать, да, я когда-то пользовалась большим успехом, подобно мадам Дюбарри или мадам де Помпадур. – Она снова улыбнулась. – Вы знаете, мисс Гринтри, что такое куртизанка? Это женщина, которая обучена выполнять особую роль в отношениях с мужчинами. Куртизанки могут вращаться в великосветских кругах, и высшее общество иногда признает их, но чаще всего их признают в так называемом полусвете. Многим куртизанкам удавалось удачно выйти замуж и обрести респектабельность. Однако чаще всего, как, например, в моем случае, они предпочитают оставаться свободными от подобных обязательств.
– Неужели? – удивилась Вивианна.
– Куртизанка отдает мужчинам не только свое тело, mon chou. Она также дарит им свое обаяние, свою способность радовать и угождать всем мужским прихотям. Куртизанка – не только любовница, но и надежная спутница жизни. Иногда для любимого мужчины она становится и женой, и матерью, и ребенком водном лице. За успешной куртизанкой охотятся многие мужчины, и она, как правило, не довольствуется только одним покровителем и постоянно ищет новых, более состоятельных. Самое опасное для таких женщин – влюбиться, а после этого совершить роковую ошибку – продолжать и далее оставаться куртизанкой.
– Мне кажется, я вас понимаю.
– Так о чем же, мисс Гринтри, вы намеревались попросить меня?
Зачарованная удивительным рассказом Афродиты, Вивианна поняла, что ее вежливо просят поторопиться.
– Мадам... Афродита, в нашу прошлую встречу вы сказали, что существуют действенные способы убеждения мужчин. Способы покорения их сердец. Я хочу, чтобы вы научили меня этому. Я хочу применить их к Оливеру.
– Вы хотите стать дамой полусвета? – улыбнулась мисс Афродита.
Вивианна мгновенно покраснела.
– Нет, – смущенно ответила она. – Нет, я хочу другого. Мне лишь нужен совет, как привлечь к себе его внимание и как убедить его изменить свое решение.
– Но мне кажется, мисс Гринтри, что вы уже сумели привлечь к себе его внимание.
– Но я не знаю, как воспользоваться этим. Не знаю, как обратить это в свою пользу. Как... как... заставить его остановиться!
Афродита весело рассмеялась:
– Вы хотите удерживать его на расстоянии вытянутой руки, пока окончательно не подчините его себе?
– Да. И когда я полностью подчиню его, я должна буду знать, как сохранять его интерес ко мне. Сохранять до тех пор, пока он не согласится с моими условиями. – Вивианна вздохнула. – Понимаете, я абсолютно невежественна в этих вопросах.
– Это вполне естественно, mon chou. Высшее общество не учит своих дочерей тому, насколько опасным может быть желание. Родители-аристократы предпочитают, чтобы их дочери оставались невинными. Невинными и легко управляемыми. Отсюда и проистекает подобное неведение.
Девушка продолжала внимательно смотреть на свою собеседницу, задумавшись над ее словами. То, что сказала ей Афродита, было удивительно простым, но для Вивианны это прозвучало откровением.
– Вы, должно быть, очень любите своих юных подопечных, детей из вашего приюта, мисс Гринтри, если готовы пойти на такую жертву ради их благополучия. Или для вас это и не столь великая жертва?
Вопрос показался Вивианне излишне прямолинейным, и в первое мгновение ей захотелось вспылить, как и подобает возмущенной девственнице, однако она была слишком честна, чтобы лицемерить в такой ситуации, когда собственное самолюбие должно отодвинуться на второй план. К чему кривить душой? Когда Оливер прикасался к ней, обнимал и целовал ее, она испытывала ни с чем не сравнимое удовольствие. Зачем притворяться?
Когда снова заговорила Афродита, Вивианне показалось, что эта загадочная женщина способна читать чужие мысли.
– Вы понимаете, что если об этом узнают окружающие, то ваша репутация будет погублена? Джентльмены, которые приходят в мой дом в поисках наслаждений, вряд ли одобрят появление в нем незамужней женщины, какими бы благородными ни были причины, заставляющие ее искать моего общества. Если же им станет известно, что вы готовы отдать свое тело для того, чтобы подчинить себе лорда Монтгомери, то для вас навсегда закроются двери всех приличных домов Лондона.
– Я понимаю это. Я сделаю все, чтобы об этом никто не узнал. Кроме того, мне очень хочется узнать, каково это... быть с мужчиной, таким, как Оливер, и не захотеть стать его женой. Я в своей короткой жизни повидала немало брачных союзов, в которых женщины глубоко несчастны. Я твердо решила никогда не выходить замуж.
– Вы считаете брак уютной тюрьмой? Да, конечно, бывает всякое. Но брак может оказаться и счастливым, мисс Гринтри. Вы молоды. Не торопитесь закрывать все те двери, которые, возможно, ведут к счастью, по крайней мере до тех пор, пока окончательно не убедитесь в том, что именно больше всего привлекает вас в жизни. – Афродита на мгновение замолчала, затем улыбнулась и продолжила: – Да, я вам, конечно, помогу, но только если вы окажете мне ответную любезность.
– Какую? – удивилась Вивианна.
– Расскажите мне... почему вы с такой страстью помогаете бездомным детям? Я не верю, что это всего лишь прихоть состоятельной женщины, решившей помочь тем, с кем сурово обошлась жизнь. Благотворительность? Давайте не будем говорить о ней. Сердце мне подсказывает, что для вас помощь обездоленным не пустой звук. У вас есть какая-то особая причина, mon chou, я вижу, это по вашим глазам.
Вивианна вовсе не собиралась настолько сближаться с загадочной куртизанкой, чтобы рассказывать ей интимные подробности своей жизни, однако ей было понятно, что если она откажется ответить на ее вопрос, то не получит от нее помощи. Впрочем, какое дело Афродите до трагической истории ее детства? Она ведь больше никому не станет рассказывать об этом.
