Сказав это, Вивианна почему-то подумала о тете Хелен и ее муже.
– Вы весьма практичны, – ответил на ее слова Оливер. Немного помолчав, он добавил: – Скажите, мисс Гринтри, а вам не хотелось бы помочь мне обзавестись наследником рода Монтгомери? Вы только подумайте, вы получите тогда возможность обратить все мое имущество на нужды приюта для бедных сирот.
Нет никаких сомнений в том, что он говорит это в шутку. Он хочет подразнить ее, ведь он сейчас находится под действием винных паров. Однако если это и злая шутка, то не следует забывать о том, что в любой шутке всегда есть доля истины. Мысль о том, что она когда-нибудь могла бы стать женой Оливера Монтгомери, привела ее в крайнее возбуждение. Чтобы скрыть свое смущение, Вивианна отвела взгляд и посмотрела на свои руки, а затем на носки своих башмачков, простых и практичных.
Помечтать о том, что когда-нибудь перешагнет с Оливером границы общественных приличий, она еще может, но стать его женой... Оказаться во власти такого мужчины... Она слишком дорожила своей свободой. И все же... После встречи с Оливером Монтгомери она впервые задумалась о том, может ли свобода мысли и духа подразумевать и свободу телесных потребностей и любовной страсти. Если мужчины всегда стремятся к физической близости с женщиной, то почему бы и ей не желать близости с мужчиной?
– Семейство Гринтри не может похвастать предками благородного происхождения. Мы не относимся к древним аристократическим родам Англии, так что леди Марш ни за что не одобрила бы меня в качестве претендентки на роль вашей жены. Но если бы я все-таки согласилась стать вашей женой, то поставила бы одно условие, – заявила Вивианна и одарила Оливера натянутой улыбкой.
– Условие? Какое? – удивился Оливер.
– Я бы заставила вас пообещать мне, что вы не станете сносить Кендлвуд и будете платить за его содержание до конца вашей жизни.
– Теперь мне все понятно. К сожалению, мисс Гринтри, с таким условием я никогда не соглашусь.
Вивианна встала, стараясь скрыть свое разочарование. Она постаралась, чтобы ее голос прозвучал ровно и бесстрастно.
– Может быть, когда вы выберете себе невесту, вы назовете мне ее имя? Надеюсь, что она окажется более сговорчивой, чем вы.
Лорд Монтгомери усмехнулся и встал с кресла.
– Даже не знаю, Вивианна, почему я так хочу вас, – произнес он ясным, совершенно трезвым голосом, в котором слышалось лишь нескрываемое раздражение.
Вивианна жарко покраснела и прерывающимся голосом проговорила:
– Я вижу, что вам нравится смущать и унижать меня.
– Неужели?
– Мне пора идти.
– Вивианна!
Ему не следовало называть ее по имени – ведь они были еще мало знакомы, – и все же ей понравилось то, как это прозвучало в его устах. Она немного опустила голову и увидела, как он протягивает ей перчатку. Она уронила ее, вставая с дивана. Вивианна испуганно посмотрела на его руку.
– Если она вам не нужна, то могу оставить ее у себя, – предложил он. – В качестве памятного подарка.
Вивианна забрала у него перчатку, правда, сделав это не так быстро, как следовало бы. Она почувствовала, как его прохладные пальцы сжали ее ладонь. Как будто зная, что произойдет с ней дальше, она приблизилась к нему, машинально сделав шаг вперед.
– Оливер, пожалуйста...
– Я не сделаю вам ничего плохого, – прошептал он. – У вас такие нежные губы, Вивианна, что я должен... – В следующее мгновение его губы прикоснулись к ее губам. В этот миг ей показалось, что это она, а не он, сегодня выпила слишком много бренди и теперь не понимает, что делает.
Одна рука Оливера неожиданно легла Вивианне на талию, а вторая нежно приподняла ей подбородок. Их лица оказались на одном уровне. Он властно заглянул в ее глаза. Она ответила ему взглядом, и ей показалось, будто она тонет в его бездонных глазах.
– О да, в вас, несомненно, кипит страсть, – прошептал он. – Она выплескивается из вашей души, заставляет сверкать ваши глаза и окрашивает румянцем ваши щеки. Я чувствую ее... – он стал целовать Вивианну, – прикасаясь к вашим губам. Я страстно желаю вас, мисс Гринтри.
Вивианна уперлась руками ему в грудь, однако не смогла отодвинуть его от себя ни на дюйм. В ее голове мелькнула безумная мысль, что он сейчас возьмет ее силой, здесь же, в библиотеке, и что она даже не сможет оказать ему сопротивления. Потому что, как бы она ни боялась признаться в этом, ей хотелось отдаться ему.
Он снова поцеловал ее в губы. Вивианна почувствовала вкус его губ и ощутила вспыхнувший в ней огонь желания. Ее руки непроизвольно легли ему на плечи и остались там. Глаза ее закрылись, и это позволило ей по-новому ощутить его прикосновения, запах и вкус его губ. Оливер крепко прижался всем телом к ее бедрам, сминая ее юбки, и она испытала невообразимое блаженство от этого интимного прикосновения. Ей показалось, что ее тело охвачено огнем.
– Вы закутаны, как подарок в оберточную бумагу, – произнес он. – Бесчисленные крючки, пуговицы и ленты.
Вивианна почувствовала, что не может дышать.
– В крючках, пуговицах и лентах есть смысл, – проговорила она дрожащим голосом. – На то, чтобы справиться с ними, уйдет время, и этого времени будет достаточно, чтобы воздержаться от необдуманных поступков.
Его рука легла ей на грудь.
– Сейчас я чувствую, что на вас надет корсет, – произнес он. – Но при этом я чувствую также и ваше тело. И я хотел бы прикоснуться губами к вашей груди.
– Нет! – едва ли не выкрикнула Вивианна, представив себе, как он целует ее грудь. При одной только мысли об этом у нее пошла кругом голова. Оливер тоже склонил голову, как будто тоже попытался стряхнуть с себя наваждение и обрести ясность мысли. Затем, неожиданно издав похожий на стон звук, впился поцелуем ей в губы. Вивианна, совершенно не задумываясь о том, зачем это делает, ответила на его поцелуй. О Господи, как же это прекрасно... ведь она... хочет его ...
Еще одно мгновение – и она полностью потеряет контроль над собой.
И тогда огромным усилием воли она отодвинулась от Оливера на безопасное расстояние.
– Может быть, мне стоит извиниться перед вами? – с легкой усмешкой спросил ее Оливер. – Впрочем, я ведь предупреждал вас.
Вивианна провела рукой по волосам, чувствуя, что от ее аккуратной прически не осталось и следа и они свободной волной рассыпались по ее плечам.
– Да. Вы меня предупреждали, – согласилась она. Голос ее окреп и прозвучал спокойно и ровно. Она взяла с дивана шляпку и, заправив под нее волосы, надела ее, крепко завязав лентами под подбородком. Потянувшись к сонетке звонка, она резко дернула ее.
