е) Полк. батар. сопровождать 3 сот. колесами и поддержать ее атаку на Шепелевичи, в 9-30 сосредоточиться на ю-в. окр. Шепелевичи;
ж) Мином. и пул. сот. — огневая группа, которой быть готовой с 5-45 28.10.41 поддержать 6 сот.;
з) В Мортяновичи, Глубокое, Полесье и Шепелевичи задачи выполнить до 9-00 28.10.41;
5. Резерв — конв. сот. без одного пешего вывода;
6. П.П.Б. до 10–00 28.10.41 зап. окр. Тетерев, с 13–00 — сев. окр. Шепелевичи. Прикрытие — отделение конв. сот.;
7. П.П.М. и П.П.В. до 12–00 28.10.41 вост. окраина Шепелевичи Прикрытие — 2 отд. конв. сот.;
8. К.П. до 8-00 28.10.41 — Тетерев, в дальнейшем по дороге Глубокое-Шепелевичи, с 11–00 — Шепелевичи;
9. Ось связи — ось передвижения К.П.;
10. Мой заместитель — нач. штаба».
После отдачи боевого приказа Кононов, проверив, верно ли командиры сотен поняли его решение и точно ли уяснили поставленные им задачи, дал указания по взаимодействию, боевому обеспечению, связи, эвакуации раненных и больных людей и лошадей уточнив время выступления каждой сотни для выполнения боевой задачи, отпустил командиров сотен.
На следующий день к 5.30 часов утра сотни заняли исходное положение для атаки.
В 6.00 полк атаковал. Атака на рассвете для советского десанта была полной неожиданностью и ошеломляющей. Мортяновичи, Глубокое, Полесье и Шепелевичи к 8.00 были заняты. 1 и 2 сотни после короткого боя выбили «Штабную» группу из укрепленного лагеря и стали теснить ее в направление Полесье.
В 6.45 4 сотня атаковала Полесье. При чем командир командир сотни сотник Тихонов (Тихонов капитан и бывший авиадесантник Красной армии) демонстрируя главный удар с юга, предоставил противнику свободный выход на северо-запад. Это, как он потом объяснял, сделал для того, чтобы Полесская группа противника не пыталась уйти на юг или юго-запад, где она могла-бы соединиться со «Штабной» или «Лесной» группой. Кстати сказать, не многим из советских десантников вообще удалось уйти из Полесье.
В 10.00 «Штабная» группа, окруженная 1,2 и 4 сотнями в 1,5–2 км юго-западнее Полесье, перестала существовать. Комиссар отряда был убит, командира так и не нашли, по-видимому ему удалось скрыться. С «Лессной» группой бой затянулся почти до 13.00 и в него к этому времени были втянуты, исключая конвойную сотню, все наличные силы полка.
К 16.00 все было кончено Полк сосредоточился в Шепелевичи, где и стал на ночевку.
Противник понес большие потери.
Приводим краткий перечень потерь противника.
Убитых — 171, Раненых — 348, Пленных — 257, Станков. пул. — 10, Ручных пул. — 24, Винтовок — 356, Автоматов — 385, Ротных мином. — 21, Полевых телеф. — 5, Радиостанций — 1, Крестьянских телег — 15, Лошадей — 27, Немецкое обмундирование — 107 комплектов.
Освобождено из под ареста 159 лиц гражданского населения, главным образом мужского пола 17–45 лет.
В полку 29 убитых и 63 раненных.
После ночлега в Шепелевичи, утром 29 октября, полк выступил в Могилев.
30 октября хоронили павших в бою — рядовых казаков, урядников и офицеров. Это были первые жертвы полка. В 10.00 полк выстроен для последних проводов своих погибших друзей. Здесь же были и вчерашние «враги» — военнопленные, бывшие бойцы красного отряда «Белорусский патриот». Много пришло и гражданского населения. Гробы украшены венцами и цветами, на каждом гробу казачья папаха. Командир полка майор Кононов обратился с краткой речью:
«Родные казаки! Друзья-соотечественники! Перед нами лежат в гробах 29 героев, наших родных братьев. Они отдали свои молодые жизни в борьбе за светлое будущее нашей Родины. Мы должны, мы обязаны продолжать борьбу, несмотря ни на какие жертвы, до окончательной победы над красным спрутом. Наша борьба не из легких и не мало будет пролито нашей крови, не мало мы еще потеряем на бранном поле наших боевых друзей пока знамя действительной свободы взовьется над просторами нашей Отчизны. Мы глубоко и твердо уверены, что рано иди поздно это будет так!
Многие государства и народы, не зная коммунизма, протянули сейчас ему, в лице Сталина, руку помощи, но настанет час и им придется узнать, что предстанет из себя этот изверг человечества. Не дай Бог, чтобы это было слишком поздно! Коммунистические заправилы и их подпевалы орут на весь мир, что мы — казаки, изменники Родины, наемники Германии. Вот здесь стоят рядом с вами вчерашние красноармейцы и командиры Красной армии, еще вчера их заставляли защищать кровавый сталинский строй, а сегодня, как только предоставилась возможность, они с нами. Пусть у них спросят симпатии коммунистической системы, что такое коммунизм? Казаки никогда не продавались, не продаются и не будут продаваться, чтобы служить против интересов своей Родины, а тот, кто попытается купить казаков с этой целью — несчастен будет. Мы друзья всем тем, кто только поможет нашим народам освободиться от коммунизма. Правда, у некоторых «гастрономов» появился большой аппетит покорить эти народы, превратить дорогую нам Родину в свою колонию. Таким «гастрономам» мы скажем: господа, смотрите как бы не подавиться. Помните, что Россия — не Польша и не Чехословакия. Мы организуемся для кровавой борьбы не для того, чтобы из одного ярма влезть в другое.
Мои друзья! Наш путь один — жизнь или смерть.
Так лучше погибнуть в открытом бою против палача Сталина, чем в подвалах или лагерях НКВД. Наша победа безусловно будет зависеть от поведения немцев в отношении нашего измученного народа, а пока есть время и помощь Германии, как союзника все на борьбу с коммунистической диктатурой Сталина!
Вечная память нашим павшим, боевым друзьям! Их подвиг — это показатель решимости всего нашего народа и, прежде всего, казаков, авангарда, наших народов в борьбе с коммунизмом до полной победы над ним!
Слава светлому будущему нашей необъятной Отчизны!»
Похоронная процессия тронулась. Неслись над Могилевом траурные звуки похоронных мелодий. Под артиллерийские и винтовочные залпы гробы с первыми павшими героями опустились в землю…
Слушая речь Кононова многие присутствующие из мирного населения плакали.
В этот день был издан приказ: 28 октября — день первой боевой победы 102 полка — считать полковым праздником. Этот день и стал полковым праздником 102 Донского казачьего полка.
* * *
Кононов был прав, сказав 2 сентября 1941 г. в обращении к военнопленным: «Я не последний, таких как я будет много, формирования скоро начнутся по всему фронту».
Из вышеописанные мною событий, происходивших на Дону, Кубани, Тереке и Сев. Кавказе (южный фронт) читатель может найти подтверждение этим словам.
На среднем — центральном фронте творилась та же картина, т. е. стихийно стали образовываться добровольческие отряды из населения этих областей. А главным образом, из солдат и офицеров Красной Армии, сдавшихся или перешедших к немцам. Если другим командирам Красной армии не удалось, как Кононову, перевести свою часть в организованном порядке (о чем безусловно, многие из них мечтали, но в силу заведенной в Красной армии системы шпионажа это было совершенно невозможно. Случай с Кононовым единственный в истории 2-й Мировой войны) на сторону немцев, то они просто, не оказывая сопротивления немцам, сдавались со своими подразделениями в плен и как правило, многие из них тут же просили разрешение у немцев бороться против Сталина. Многие немецкие военноначальники, подобно ген. Шенкендорфу, охотно удовлетворяли просьбу советских командиров, в результате чего и появились добровольческие части, количество которых вскоре стало достигать 200 отдельных батальонов и полков, разбросанных по всему Восточному фронту. Немецкие командиры, увидев воочию с какой, яростью люди из СССР борются против Сталина, стали сами организовывать части добровольцев при своих полках, дивизиях, корпусах. Дошло даже до того, что многие немецкие офицеры, даже не ставя в известность свое старшее командование, обзаводились столь выгодной, а подчас и совершенно необходимой для них ротой или батальоном добровольцев. Тем более, что это достигалось совершенно легко и просто.
Если какому-нибудь немецкому командиру нужно было сформировать подразделение добровольцев при своей части, то он просто ехал в лагерь военнопленных и спрашивал кто желает идти бороться против Сталина. В то время картина была одна и та же во всех лагерях военнопленных: тысячные очереди стояли поджидая, когда подойдет очередь записаться в добровольческую часть.
(Все добровольческие формирования в начале войны — до смещения Гитлером главнокомандующего сухопутными силами фельдмаршала Браухича и начальника штаба генерал-полковника Гальдера, которые в значительной степени способствовали организации антисоветских вооруженных сил из народов СССР — не только широко допускались, но и поощрялись немецким командованием на Восточном фронте. После смещения их все ранее допущенные возможности организовывать эти силы, были ликвидированы Гитлером и его «маститым» министром по восточным дедам Розенбергом).
