заместителя моего, господина Ван Лиана — все двенадцать! Мал мала меньше! И жены наши не переживут, если вы нас изволите казнить, и…
— Да никто не собирается вас казнить! — не выдерживает Сяо Тай: — вставай, хватит в ногах валятся. Ключи от складов давай сюда.
— Что правда никого казнить не будем? — расстраивается Чжан Хэй: — а я уж было думал, что моя алебарда наконец кровушки попробует… Седьмая, ты обещала!
— Когда это я тебе обещала? — удивляется она: — и самое главное — что?
— Ну так, когда я говорю — а давай их всех убьем, а ты так вот рукой, дескать, потом, отстань. Значится, вот оно потом и настало… — довольный Чжан Хэй оглаживает свою бороду.
— Седьмая Сестра в мудрости своей разрушила заклинанием угловую башню, дабы показать защитникам крепости всю тщетность сопротивления, во избежание кровопролития. — вставляет Второй Брат и качает головой неодобрительно.
— Восемь детей! Син Лу, Син Чжао, Син Май, Син Тиу, Син Фэнгданг…
— Фэнданг⁈ — Сяо Тай поднимает бровь. Назвать ребенка «Младший Разврат» — это прямо фантазия у родителей должна быть…
— Это детское имя. — поясняет Второй Брат: — у них тут принято детские имена такие, чтобы злые духи не позарились и ребенок не заболел. Если назвать девочку «Болезнь» или там «Уродство», а мальчика «Калека», то они не будут болеть и вырастут здоровыми.
— Что, серьезно? И как — помогает? — спрашивает Сяо Тай, ей становится интересно.
— Син Фэнгданг в прошлом году очень сильно болела. — грустит комендант крепости: — лекарства дорогие, лекари-шарлатаны, талисманы от порчи покупали и в храмах палочки с благовониями зажигали, а в этом году и того хуже — папу ее казнят!
— Никто тебя казнить не будет. — говорит Сяо Тай, прижимая пальцы к виску: — крепость сдал? Вот и молодец. Сейчас вас всех свяжут и в сторонку посадят, пока мы тут грузить будем. Стой… так Син Фэнгданг — девочка? Ты таким именем девочку назвал⁈
— Даос-лекарь сказал, что только благодаря такому имени и выжила. — кивает комендант крепости: — а иначе бы и три года не прожила.
— Пресвятая Гуанинь. — говорит Сяо Тай: — где у нас Лу Су? Лу Су! Вот ты где. Свяжи этих вот и посади куда-нибудь в тенечек, чтобы им голову не напекло. Кроме коменданта. Он с нами пойдет, будет показывать, где что лежит. Если все в порядке будет, то никто тебя не казнит, слышишь?
— Ээ… как скажете госпожа! Прошу вас, следуйте за мной… — и Сяо Тай идет вслед за комендантом, чувствуя слабость во всем теле и больше всего желая упасть прямо вот тут, в теньке от полуразрушенной угловой башни и полежать. Минут шестьсот, не меньше.
— Седьмая? — поддерживает ее под локоть Гуань Се: — что с тобой?
— Все в порядке. — она отталкивает его руку и решительно шагает вперед. Не хватало еще пищу для ума давать в духе «Седьмая совсем слабенькая», сожрут. Тут у них чисто дарвинизм, съедят и не подавятся. Потому она нашаривает в сумочке на поясе завернутую в пергаментную бумагу «конфетку» — перемолотую курагу с грецким орехом, которую вываляли в шоколадном порошке от какао-бобов. Получилась такая вот энергетическая бомба, как раз для дальних походов и быстрых перекусов на ходу. Завернуть в бумагу и взять с собой — такая штука хранится долго, мгновенно восполняет энергию и дает чувство сытости. Она разворачивает бумагу и кладет «конфету» в рот. Жует ее, чувствуя, как ей становится немного легче. Если она правильно все понимает, то это ей не поможет. Это все равно как в голодные годы пить кипяток вместо того, чтобы поесть — вроде и живот полный и тепло становится, но потребности организма не удовлетворены. Сейчас ей не хватает этой самой Ци, в изобилии которой она привыкла купаться. Очень уж энергозатратное заклинание вышло, думает она, может потому местные им и не пользуются, что вот только что у меня этой Ци было завались, а после одного выстрела — дефицит сразу же. Учитывая как местные относятся к накоплению Ци, это все равно что золотыми ядрами из пушек стрелять — золото было бы получше свинца и чугуна, если смотреть с точки зрения технологической, да и эстетичнее, однако оно такую уйму денег стоит, что уж лучше обойтись чугуном. Впрочем, она этого не понимает и не чувствует, вон Второй Брат когда с мечом танцует — тоже Ци использует, но буквально крупицы. Ли Ли, когда матушке Чо помогала — тоже как будто пинцетом орудовала, а Сяо Тай — сразу с кувалдой как будто. Даже не с кувалдой, а с экскаватором и промышленными взрывными работами, такая вот разница в масштабах. А вот и четвертый вывод нашего полевого эксперимента, думает она, такое вот заклинание обладает крайне низким коэффициентом полезного действия.
Так думает Сяо Тай, шагая за комендантом в глубь крепости и отмечая валяющиеся по всему двору обломки от угловой башни, опаленные и оплавленные энергией взрыва. То тут, то там тлеет трава, неподалеку — лежит лошадь, которую убило отлетевшим камнем. Лошадь жалко. Она старается контролировать свой шаг, держать спину прямо и не шататься из стороны в сторону. Сладость кураги во рту помогает ей справится с желанием лечь и заснуть прямо тут.
И главное — куда энергия-то ушла? Раньше она с легкостью управляла скоростью предмета и не чувствовала провала Ци. И переключатели, Кольцу-Ускорители ей легко давались. Качественный скачок произошел на высокой скорости, скорей всего Кольца-Ускорители начали пожирать энергию в геометрической прогрессии на финальных этапах ускорения. Ускорители работали просто — брали текущую скорость объекта и умножали ее в соответствии с коэффициентом, выбранным для данного Кольца. Обычно — в два раза. То есть скорость камня при прохождении через первое кольцо была невысокой — примерно пять километров в час, скорость пешехода. Второе кольцо — десять километров в час. Третье — двадцать. Четвертое — сорок. Пятое — восемьдесят. Шестое — сто шестьдесят. Седьмое — триста десять, Восьмое — шестьсот двадцать. Девятое — тысяча двести сорок, выход на сверхзвук, тут и раздался соник бум, грохот от превышения объектом скорости звука. Десятое — две тысячи четыреста восемьдесят. Одиннадцатое кольцо — четыре тысячи девятьсот шестьдесят. Двенадцатое — девять тысяч девятьсот двадцать, объект приобретает скорость гиперзвука. Дальше тринадцатое кольцо ускорения — девятнадцать тысяч восемьсот сорок километров
