не доехал. Сам же Генерал Лю в уезде своей временной властью отменил большую часть налогов, прекратил телесные наказания за мелкие провинности и насколько я помню — временно назначил судей на должности. Такого права у него не было, однако со всеми прежними судьями в уезде что-то да приключилось.
— Дай-ка я угадаю — кто вина напился, да в драку полез, а у кого паланкин опрокинулся? — кивает понятливая Сяо Тай.
— Именно. Поистине тигру легко идти по следу другого тигра. — подтверждает ее догадки Гуань Се: — Генерал Лю воспользовался неожиданно высокой смертностью среди судейского корпуса и назначил своих судей. Конечно же временно.
— Ну, конечно. — пожимает плечами Сяо Тай: — как иначе. Конечно временно.
— Удивительным образом после этого в этот уезд начали прибывать люди из других уездов. Не знаю, что именно этому способствовало, то ли отсутствие многочисленных налогов и побором, то ли справедливый суд, или же то, что с территории уезда перестали выдавать беглых преступников, а также преследовать их. Нет, тем, кто совершает преступления в уезде — скорый суд и быстрая расправа, но тем, кто просто убежал от долгов или в поисках лучшей жизни — боятся нечего. — заканчивает Гуань Се: — удивительный человек этот Генерал Лю Байгу, его отец продавал плетеные корзинки, а он стал Генералом Сокрушающим Замыслы Врага.
— Да он у нас прямо кондотьер. Франческо Сфорца, Герцог Миланский. — говорит Сяо Тай: — практически правитель соседнего уезда, на словах номинально подчиняется Запретному Городу и Императору, а фактически что хочет то и творит тут. Да еще и на соседний уезд зарится. Вот кому оружие нужно, много оружия. Нам оно бесполезно, а ему в самый раз. Ему армию вооружать.
— Боюсь у меня дурные вести, Братство и Генерал Лю не в самых хороших отношениях, — говорит Гуань Се и качает головой: — Генерал Лю на Братство зуб точит.
— Да? А что случилось? — задает вопрос Сяо Тай.
— Боюсь, что эта вражда неизбывна, — отвечает Гуань Се: — разбойники и армия — это естественные враги. Как тигр и дракон, как Инь и Ян, как свет и тьма.
— Да просто Первый Брат перехватил их караван в свое время, а они дрались за свои телеги как дьяволы, много наших положили, — встревает в разговор Чжан Хэй, незаметно подошедший к ним с каким-то ящиком в руках: — ну Первый разозлился и велел с них шкуру спустить, прямо с живых, а потом Генералу Лю в одной телеге отправить. А там среди прочих оказался его брат двоюродный, ну вот Генерал Лю и разозлился.
— Умеете вы друзей заводить, нечего сказать. — хватается за голову Сяо Тай: — просто очаровательные и добрые люди, чего уж тут. Правильно, зачем вообще союзники нужны, давайте со всеми вокруг поссоримся. Чтобы вот прямо в огненном кольце врагов.
— Не, ну не всегда же так… — Чжан Хэй ставит ящик на землю и чешет свою бороду: — вот, например когда представители Торговой Гильдии прибыли о беспрепятственном пропуске через тракт договариваться — никто с них шкуру не сдирал.
— И то слава богу, — говорит Сяо Тай: — договорились хоть?
— Их на колья посадили. — доверительно сообщает Чжан Хэй: — один целых пять дней потом еще жил, забавно так дергался.
— Дикие люди. — говорит Сяо Тай: — народ гор. Ладно, хватит прохлаждаться. Ситуация мне ясна, нужно действовать. Второй Брат, телеги и людей оставим тут, пусть в крепости ждут. Снаружи сделать вид что так и было, ничего не поменялось. Жалко, что башня сломалась, но тут уж ничего не поделать. Сделать вид что само сломалось и будто гарнизон ее чинит. Или еще чего. Задача — подождать пока я не вернусь. С собой я возьму Лу Су и его людей и Третьего Брата.
— О! В дорогу! Может там засада будет! — радуется Чжан Хэй: — а я тут ящик с такой отличной рисовой водкой нашел! Красный сургуч, императорская печать, глаз змеи на печати! Ляоучжуское! Тройной перегонки! Чистая как слеза младенца! В смысле — спас от разграбления, вот. Был на кухне, спас там копченного мяса. Будет чем в дороге заняться.
— С другой стороны, может Третьему Брату здесь остаться? — говорит Сяо Тай: — отпразднуешь и выспишься. Зачем мне в дороге пьяный и веселый Яростный Кабан Чжан Хэй. Бед не оберешься.
— Не, я с тобой, Седьмая. С тобой весело. А с водки с этой я и не пьянею совсем. Я в одного могу ящик выпить и не опьянеть. Спорим? — Чжан Хэй упирает кулаки в бока и Сяо Тай отчетливо понимает что спорить с ним об этом крайне неосмотрительно. Начать с того, что наверное может.
— Я не собираюсь заключать такие деструктивные пари, — говорит она: — если поедешь со мной, то ради Пресвятой Гуаньинь — веди себя прилично. А то мне стыдно перед людьми будет.
— О! Человека, приличней меня во всей Поднебесной еще поискать надо! — ухмыляется Чжан Хэй: — а куда мы едем?
— Домой, — говорит Сяо Тай: — куда еще…
Глава 13
— Поистине таланты ваши выше неба и глубже моря, уважаемый глава семьи Вон Ми! — кланяется Чжу Тун и складывает руки перед собой в жесте уважения к хозяину. На самом деле никакого уважения этот Чжу Тун к старому интригану Баошу не испытывал и испытывать не собирался, но правила есть правила. Все же сегодня, здесь и сейчас он не просто Чжу Тун, один из старших адептов клана Лазурных Фениксов, культиватор четвертого уровня, боевой заклинатель особого отряда «Семнадцать Сильных» и обладатель военного гуань «Истинный Мечник». В первую очередь он тут как представитель клана «Лазурных Фениксов». У него есть задание от Совета Клана, от самого Главы Шао и он твердо намерен выполнить то, что ему поручено.
— Для всего дома Вон Ми и меня лично — большая честь принимать уважаемого Чжу Туна, одного из Семнадцати Сильных, легендарного мечника, который владеет своим цзянь словно художник кистью, чьи слова точны и разумны, а суждения мудры и чисты словно родниковая вода в горном ручье в теплый день, — в ответ склоняется Глава Баошу. Обычные слова, обычная вежливость. Что скрывается за этими словами? Первый слой — простое приветствие, что-то вроде «я
