Древняя сторожка?
На потолке маленькой мансарды сторожки сохранился бронзовый флерон в форме французской лилии как дань норманнскому происхождению первых лордов Толботов.
Неужели «Роза Индры» до сих пор спрятана где-то в сторожке?
План, конечно, сомнительный, но другой надежды у нее нет. И если все получится, Бекки поможет не только себе, но и всем в Бакли-он-Хит. Придется попробовать.
«Сегодня вечером».
Чтобы выбраться незаметно из дома, девушке пришлось снова воспользоваться потайным ходом. Она лишь дождалась вечерних сумерек. Теперь все ее мысли сосредоточились на поиске «Розы Индры». «Среди лилий…»
Вот и заросли. Бекки собралась с духом и вошла в лес. Пришлось пробираться сквозь плети вьющихся растений и колючую ежевику.
Наконец Бекки оказалась у каменной стены сторожки, отыскала дверь и с бьющимся сердцем вошла.
Внутри было абсолютно темно. Бекки зажгла свечу и огляделась.
Передняя комната была почти пуста, девушка увидела лишь камин и крутой пролет лестницы с прогнившими ступенями, которые вели на чердак. Бекки продолжала рассматривать помещение. Ее уверенность росла: фриз, которым был украшен интерьер сторожки, состоял из белых гипсовых лилий на алом фоне. Конечно, рубин мог быть спрятан где-то здесь.
Ее взгляд остановился на скромном медальоне в форме французской лилии, который располагался между двумя окнами, откуда сочился слабый лунный свет. На нем был изображен фамильный герб Толботов. Бекки потянуло туда как магнитом.
Она подошла к большому старому сундуку у стены, забралась на него и поставила рядом свечу. Встала на цыпочки, вытянула вверх обе руки и попыталась снять медальон со стены.
Дело оказалось совсем не простым. Гипсовые крошки летели Бекки в глаза, она смахивала пыль и продолжала тянуть. Наконец медальон отделился от стены.
Девушка ощупала его руками, но не нашла никакого тайника, никакой выемки, где могла бы скрываться драгоценность. Дьявол побери! Не отступаясь от поисков, она спустилась с сундука, но задела ногой медальон, и он покатился, как диск, и упал лицевой стороной вверх.
Нахмурившись, девушка подобрала его с пола, осторожно перевернула. И вскрикнула от неожиданности. К тыльной стороне медальона был прикреплен маленький кожаный мешочек. Он держался на вбитом в дерево крошечном крючке, привязанный двумя замшевыми тесемками.
Сердце стучало с неимоверной скоростью. Дрожащими пальцами Бекки развязала тесемки, открыла мешочек и вытряхнула его содержимое себе на ладонь. Оттуда выскользнул огромный рубин кроваво-красного цвета.
Девушка стояла, раскрыв рот, и смотрела на камень. Настоящая «Роза Индры»! И она нашла ее! Нашла, хотя сама в это почти не верила. Вскрикнув от радости, она закружилась по комнате, но тут услышала шум.
Шум, похожий на низкий звериный рык.
Бекки замерла, задержала дыхание и прислушалась. Звук шел из соседней комнаты. Она поняла, что кто-то… или что-то может находиться в этом уединенном месте. Мурашки побежали у нее по спине.
Собравшись с духом, девушка подошла к двери между двумя комнатами и подняла свечу.
— Кто здесь? — тихонько спросила она и, открыв дверь, сразу же ощутила запах мочи и крови. В углу что-то зашевелилось. — К-кто здесь? — дрожащим голосом повторила Бекки.
— Помогите! — послышался хриплый шепот на французском.
В темном углу возник силуэт человека, который неловко поднялся и подошел к свету. У Бекки от страха подкосились ноги. Она разглядела босого человека в разорванных панталонах и заляпанной кровью белой рубашке с закатанными рукавами.
Рубашке джентльмена.
— О Господи! — Бекки прикрыла рукой рот и смотрела на мужчину широко распахнутыми глазами.
У него были темные, спутанные волосы. Высокий, могучего телосложения, он теперь явно страдал от голода. Об этом говорили впалые щеки под высокими скулами. Лицо заросло густой бородой.
Темные глаза мужчины были наполнены ужасом, он бросил испуганный взгляд на окно, потом жалобно повторил:
— Пожалуйста, мадемуазель, помогите мне!
Бекки попятилась к двери.
— Вы француз?
— Non! Ро-о-ссиа. Je suis de Ро-о-ссия.
— Россиа? — как эхо, повторила Бекки. — А, так вы русский?
— Oui. Je suis Russe! — И еще что-то забормотал. Бекки непонимающе замотала головой.
— Что вы делаете в сторожке?
Мужчина быстро заговорил по-французски, гладко, благозвучно. Бекки убедилась, что он явно не из простых людей, но по-прежнему не понимала ни слова.
И тут Бекки наконец заметила, что руки несчастного скованы цепью.
Ока вскрикнула от удивления. В голове у нее прояснилось. Так вот что скрывает ее кузен Михаил.
Двигаясь с решительной быстротой, девушка осмотрела комнату, нашла ключи от наручников и осторожно приблизилась к несчастному.
Показав ключи пленнику, Бекки бросила на него настороженный взгляд. С выражением полной покорности мужчина прикрыл глаза, повернулся и протянул ей руки.
У Бекки дрожали пальцы, пока она пыталась освободить пленника. Как только руки его оказались свободны, он тут же взял у девушки свечку и задул пламя. И тут она услышала отдаленные мужские голоса. Кто-то идет! Казаки! Решили проверить своего пленника. Бекки бросила взгляд на окно и побледнела как смерть. На угловатом лице русского появилось грозное выражение. Бекки не понимала слов, но вопросительные интонации ясно говорили: «Куда нам бежать?»
Нужно было спасаться.
Бекки схватила незнакомца за рукав и потянула к двери. Они выскочили из сторожки и оказались в зеленой чащобе. Незнакомец был слишком слаб и к тому же бос, а потому все время спотыкался. Будь он здоров, он выглядел бы настоящим богатырем.
Беглецы углубились в лес и побежали быстрее. Мешали колючие растения и острые камни. Вот они оказались у края пустоши, но гортанные крики раздавались все ближе и ближе.
— Быстрее! Вы можете. Я знаю эти пустоши и болота, как свою ладонь.
Казалось, он ее понял.
Деревья кончились. Впереди лежала голая холмистая равнина с низким кустарником. Преследователи наконец их увидели. Над головами беглецов засвистели пули. Бекки вскрикнула, но русский сохранял хладнокровие. Он подтолкнул девушку вперед, прикрывая ее сзади.
Он, без сомнения, дворянин, джентльмен.
Должно быть, казаки вызвали самого Михаила. Далеко за спиной Бекки слышала, как он отдает своим людям приказы по-русски. Вдруг до нее донесся ясно слышимый в ночи зов, эхом покатившийся по равнине:
— Ребе-е-е-е-е-ка-а-а-а! Ребекка, вернитесь! — кричал Михаил.
В воздухе с новой силой засвистели пули, рикошетом отскакивая от невысоких холмов. Пленник отчаянно вскрикнул и упал лицом в дерн. На спине человека, которого она только что освободила, зияла рана.
