- Только смотри, Сэм, не испорть свой чудесный костюм, сказала Энн.
- Да пропади он пропадом! Мне нужен факел. Ну, до скорого.
С факелом в руке Сэм протолкался через толпу, бурлившую вокруг него, бегом спустился по длинной лестнице и, задыхаясь, влетел в темницу. Торопясь пробраться в дальний угол, он забыл, какой здесь скользкий пол, шлепнулся на спину и, болтая ногами в воздухе, заскользил куда-то вниз. С ревом налетел ветер. Вокруг были огни, шум, толпы людей. Он с трудом поднялся на ноги в своем родимом мире - лучшем из миров, с позволения сказать. Встать ему помогли две девушки.
- Вот, Эдна, та самая расцветка, о которой я тебе говорила, - сказала одна из них. - Зеленая. Правда, миленькая?
- Где я? - спросил Сэм, - Что здесь происходит?
- Бросьте, кого вы хотите одурачить? Да еще в этом костюме!
- Он, наверно, из павильона консервированного горошка, сказала Эдна. - Такой павильон в виде средневекового замка, помнишь?
- Послушайте, никого я не хочу одурачить. Наверно, когда я упал, у меня отшибло память. Где я и что тут такое? Похоже на "Олимпию"/Выставочный зал в Лондоне./.
- Непременно наберу себе такой материи, - сказала Эдна. - Так вот, если вы действительно все позабыли, это выставка консервированных и свежезамороженных продуктов тысяча девятьсот шестьдесят первого года.
- Большое спасибо, - сказал Сэм, - А теперь мне нужно разыскать одну мою знакомую. Раз я здесь, значит, и она должна быть где-то поблизости. Привет!
К его облегчению, костюм его не привлекал особого внимания, если не считать улыбок нескольких девушек и кривых усмешек мужчин. Он задержался у палатки, где пухлая женщина демонстрировала моментальное приготовление сбитой яичницы по методу миссис Милкин. Как только она, перевернув сковороду, выложила дымящуюся яичницу на тарелку, шестеро зрителей, собравшихся у палатки, начали расходиться. Пухлая женщина неприязненно поглядела им вслед.
- Не знаю, как вам здесь понравилось, - сказала она Сэму, принимая его за одного из своих, - а только, по мне, они хуже дохлых кошек. Все говорили: "Вот погодите, приедем в Лондон". Ну, вот мы и в Лондоне, верно? Нет уж, лучше Манчестер и Бирмингем. Заелись они здесь, вот что. Не хотите ли закусить, дружок?
- С удовольствием, - сказал Сэм. - Я голоден.
- Тогда сделайте одолжение, съешьте вот это. Каждую минуту может подойти наш коммерческий директор, так пусть думает, будто кто-то пробовал яичницу.
Сэм взял вилку, а женщина тем временем круто посолила и поперчила свою стряпню. Когда она протянула ему тарелку, на лице у него, должно быть, отразилось сомнение.
- Берите, яичница не так уж плоха. Правда, жидковата и малость припахивает, но у нас бывало и похуже. Если хотите запить, у меня под прилавком есть бутылка пива, только пейте быстро.
- А кто эта миссис Милкин?
- У нее фабрика яичного порошка в Нью-Джерси, дружок. Да еще вторая такая же строится в Портленде, штат Орегон. Сейчас достану пиво.
- Я ищу свою девушку, - сказал Сэм, расправившись с яичницей и быстро проглотив пиво. - Ее зовут Мелисента, Она блондинка, не крашеная, а настоящая и потрясающе красивая...
- Вот здорово!
- Она должна быть в средневековом костюме, как и я. Вы ее не видели?
- Сегодня за весь вечер я не видела ни одного симпатичного человека, дружок. - И она обратилась к женщине, которая в палатке напротив рекламировала консервированный омлет. - Что это с ними сегодня? Куда они все тащатся? Ах да, на конкурс тортов из полуфабрикатов. - Она повернулась к Сэму. - Вы бы лучше поискали ее на конкурсе тортов, дружок. Она, верно, где-нибудь там.
За павильонами у помоста с занавесом и двумя громкоговорителями по бокам толпился народ. Стоя поодаль, у самых павильонов, Сэм мог лишь смутно разглядеть четырех девушек на помосте, должно быть участниц конкурса; против них сидели в непринужденных позах еще человек пять-шесть, вероятно жюри. Телевизионные камеры поворачивались во все стороны; из громкоговорителей сыпались милые шуточки, вроде сообщения о том, что наступил Судный день; то и дело раздавались дурацкие аплодисменты, без которых не обходится ни одно подобное зрелище. Голос распорядителя показался Сэму знакомым. Нет, это просто невероятно! Но сомневаться не приходилось - это был... Мальгрим.
- А теперь леди Нинет объявит решение жюри, - говорил он. - Леди Нинет, прошу вас.
И, конечно, снова аплодисменты,
Нинет словно всю жизнь только этим и занималась. Она держалась и говорила именно так, как требуется.
- Дорогие друзья, наше авторитетное жюри поручило мне огласить свое решение. Мы все до глубины души восхищены новым небывалым подъемом нашего кондитерского искусства и рады сообщить вам, что первая премия единогласно присуждена Мелисенте Перадор!
Снова аплодисменты.
- Благодарю вас, леди Нинет! - сказал Мальгрим. - Итак, по единогласному решению жюри, Мелисента Перадор объявляется Королевой Ореховых Тортов тысяча девятьсот шестьдесят первого года!
Приветственные крики, аплодисменты, свистки и рев фанфар, который изобразили три гвардейских трубача. Остолбеневший Сэм увидел, как Мелисенту, которая двигалась словно во сне, подтолкнули к микрофону.
- Поздравляем вас, Мелисента. Вы - Королева Ореховых Тортов тысяча девятьсот шестьдесят первого года, А теперь скажите, чего бы вы хотели.
- Вы знаете, что я хочу, - сказала Мелисента. - Я хочу к Сэму.
- Я здесь! - крикнул Сэм и рванулся вперед. Но тут по воле злой судьбы дорогу ему преградил павильон замороженных рыбных филе Ферпосона.
- Эй, куда тебя несет? - крикнул выскочивший из-за прилавка здоровенный грубый субъект, вероятно рыбак с траулера. - Погляди лучше, какие филе.
- Пустите! - Сэм оттолкнул его. И тут они сцепились. Палатка качалась, куски замороженного филе градом сыпались Сэму на голову. Сэм уже подумывал о том, что неплохо бы врезать этому наглецу хороший хук левой, как вдруг сзади его схватили за руки, кто-то огрел его по голове, и он потерял сознание.
- А теперь, когда вам стало лучше, - говорил полицейский инспектор, - попробуем начать сначала. Только, пожалуйста, без глупостей насчет всяких принцесс и драконов. Ваша фамилия?
- Альгрим, - сказал Сэм. На столе перед ним стояла чашка чаю. Видимо, в этот час в полицейском участке разносили чай перед каждым полисменом тоже стояла чашка, - М. Альгрим.
Он отхлебнул от чашки.
- Пожалуйста, полностью. Что означает М.?
- Морис.
- Так. Морис Альгрим. Адрес?
- Северо-Запад, 9, Мелиот-террас, 10, - ответил Сэм без запинки.
- Где работаете?
- Я наладчик электронных вычислительных машин. Это очень ответственная работа. Машины иногда делают грубые ошибки, даже если хорошо налажены, а если не налажены, то они вытворяют бог знает что.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
