— Грёбаная игра! — я хохотал и лупил по дереву. — Грёбаные зомби. Это колда, понимаете, нет? Мы в грёбаной локации грёбаного шутера! Подсказки? Да нихрена! Это лор сюжета игры! Но мы его никогда не пройдём, потому что у нас нет никаких грёбаных очков!!!
Последнее я буквально проорал и в очередной раз со всей дури врезал по куску бетона, притворяющегося сосной. Просто потому, что дерево себя так не ведёт при ударе, а тут я бил будто в камень, но вдруг боёк словно погрузился в тугое желе, а по стволу прошла волна дрожи. Не знаю почему, но меня это раззадорило, и я ударил ещё раз. И ещё, и снова, заставляя дерево дрожать и извиваться.
— Нам всем надо успокоиться. — Дара, меньше всех пострадавшая от взрывов собак, решила выступить миротворцем. — Тань, Витя в чём-то прав. Под землёй нас сожрут. Тор, да прекрати ты его лупить! Оно…
В этот момент ствол дерева затрясся, словно в припадке, и лопнул, мгновенно рассыпавшись в пыль. Девчонки замерли, открыв рты и даже не замечая, что из щелей вновь полезли мертвяки. А я зло оскалился. Теперь пришла моя очередь играть.
— Ну-ка, бабоньки, займите этих уродов! — я покрепче ухватил оружие. — А я пойду повеселюсь!
В душе поселилась бесшабашная удаль и боевая злость. Хотелось крушить и ломать, и сдерживаться я не собирался. Наоборот, взяв короткий разбег, врезался щитом в ближайшее дерево. Оно пошло волной, гораздо сильнее, чем первое, но устояло.
— А ну ещё раз! — отскочив, я повторил удар, и снова сосна не выдержала, брызнув пылью, и мгновенно разрушилась.
А затем весь мир вздрогнул. Зомби и собаки на миг застыли, словно кино поставили на паузу. Стих ветер, исчезли звуки, и только земля слегка тряслась, словно от страха. Я тоже замер, но не от того, что стало страшно, а просто выбирал новую цель. И стоило мне шагнуть, вскидывая щит, как всё ожило. Но теперь целью нежити был я один.
Зомби с рёвом полезли из всех щелей. Собаки взвыли и, оскалившись, кинулись ко мне. Из пещеры с диким воем выбрался гигант и швырнул в мою сторону кусок какой-то светящейся пакости. Но мне уже было плевать. Набрав разбег, я впечатался в очередную сосну, на этот раз разбив её с первого удара. И тут же, не останавливаясь, кинулся к следующей.
Толпа мертвецов повисла у меня на хвосте. Я бежал, врезаясь во всё, что только можно, и разрушая монолитный до сей поры мирок хозяина. С каждым разом это у меня получалось всё легче и легче, но… положа руку на сердце, я сам не знал, для чего это делаю. Просто вдруг зло взяло, что ждал какой-то сказки или, может, ужасов в стиле Сайлент Хил, а попал в обычную стрелялку. Да ещё с молотом. Можно подумать, я в детстве в них не наигрался. Не скажу, чтобы прям задротом был, но зимними вечерами в деревне особо делать нечего, спать неохота, вот и гамал, благо интернет ещё лет двадцать назад провели.
Однако и остановиться я уже не мог. Мало того что проснулся азарт, так ещё за спиной висела орда зомби, радостно топчущих своих же, что подворачивались под ноги. При этом девушек они игнорировали полностью, чем те и воспользовались по полной. От Дары только и доносились выкрики с названиями звёзд. Почему техники назывались именно так, и как вообще дар древнего азиатского божка соотносился с греческими и римскими словами, я представлял слабо, но оно работало, а раз так, лезть кривыми руками в действующую систему я не собирался. К сожалению, двор оказался маловат для такой толпы, да и деревья довольно быстро кончились. Поддавшись азарту, я пробил насквозь остов самолёта, но что делать дальше, пока не придумал. И в этот момент до меня наконец докричалась Таня.
— Дом! — блондинка махала руками, указывая на стену центрального здания. — Сноси его! Я их задержу!
Усмехнувшись, я направился, куда сказали, стараясь посильней разогнаться, чтобы уж наверняка пробить стену. Хотят девчонки массовых разрушений — их есть у меня. Усталости я пока не чувствовал, от пары попаданий ядовитой гадости меня укрыл щит Мико, так что вполне был готов снести не только эти руины, но и какой-нибудь небоскрёб Москва-сити, подвернись он под горячую руку. Однако не только я собирался повеселиться. Остальные девчонки тоже кинулись бежать, оставив Таню одну, и едва я проскочил мимо, как блондинка изо всех сил ударила посохом в землю. А в следующую секунду я понял, почему наставник называл её последним доводом.
От удара обычной с виду палки по округе разошлась волна холода, замораживая в лёд всё, чего касалась. Орда зомби, ещё мгновенье назад наступавшая мне на хвост, разом обратилась в забавную скульптурную композицию «Дед Мороз и зайцы», где в роли старика выступал ядовитый гигант, а ушастых играли мертвяки в форме нацистов. Такая себе инсталляция, надо сказать, но я мало того, что в искусстве ничего не понимал, так ещё был занят спасением своей задницы. Ибо ничего так не стимулирует, как вид большого пушного писца, приближающегося к твоим булкам. В том или ином смысле.
Поэтому первую стену я даже не заметил. Нет, ощутил небольшое сопротивление, словно какая мембрана прогнулась, но тут же исчезла, и я побежал дальше, по пути пробив ещё две и выскочив туда, откуда мы начинали. И уж не знаю, то ли это, то ли уничтожение орды оказалось критической точкой, но именно сейчас весь мир затрясся, заходил ходуном, а затем схлопнулся, и мы оказались всё в той же комнате со следами пожара на стенах. Только вот теперь тут явно чувствовалось присутствие чего-то потустороннего. Стучали уцелевшие двери и окна, весь дом стонал и скрипел, а в коридоре слышались тяжёлые шаги кого-то грузного, направляющегося в нашу сторону.
— Слома-а-а-ли!!! — низкий инфернальный рёв, казалось, заставлял трястись каждую клетку тела. — Не-е-е прощу-у-у-у!!!
— Сбыня, а ну осади! — тут же раздался голос Скуратова, и потусторонние явления мигом прекратились. — Совсем распоясался. Месяц сливок не увидишь!
— Сломали же, — на этот раз голос духа звучал тонко и так жалобно, что мне даже немного стыдно стало. — Столько сил ушло…
— Заново создашь, — отмахнулся входящий в комнату Владимир Алексеевич. — Тем более давно пора испытание поменять.
— Ваху? — в голоске было столько ожидания и надежды, что отказать ему смог бы только человек без сердца. Наш экзаменатор оказался как раз таким.
— Я тебе дам Ваху! — грозно рыкнул он, но потом смягчился. — Насчёт «Резидент ивел» подумаю. А теперь вы.
Скуратов повернулся к нам. Наша компания являла собой весьма любопытное зрелище. Я так и сжимал щит, измазанный в пыли и останках зомби. Девчонки замерли в разных позах, кто стоял, кто сидел на пятой точке, хлопая глазами, а Таня так вообще валялась без чувств в обнимку со своим посохом. Но все, кто остался в строю, внимательно следили за мужчиной, с трепетом ожидая его вердикта.
— Вам я могу сказать только одно, — Владимир Алексеевич выдержал мхатовскую паузу и вдруг рассмеялся, — ну, вы, блин, даёте! Олег был прав, ты что-то с чем-то. Я из-за тебя бутылку армянского коньяка проспорил. Впервые вижу, что кто-то личное пространство хозяина на голой силе вынести смог. Уважаю!
— Это значит, мы прошли? — я покраснел, сконфуженный похвалой, но этот вопрос интересовал меня больше всего. — Мы сдали аттестацию?
— Сдали, — Скуратов улыбнулся, — молодцы. Добро пожаловать в ряды богоборцев. Давайте приходите в себя, и устроим торжественную часть. А Татьяну я заберу.
Владимир Алексеевич подхватил бесчувственную блондинку на руки и вышел. А мы ещё пару секунд глупо переглядывались между собой, прежде чем кинуться обниматься. Наши счастливые крики звонким эхом разнеслись по пустым комнатам заброшенного здания.
Официальное объявление нас командой прошло до безобразия прозаично. Скуратов пожал каждому руку и вручил новые документы. Подошли Юлия и наставник, а через несколько минут девчонки разбежались по углам, схватив телефоны и кому-то названивая. Я тоже отошёл, крутя в руках смартфон, и сел на новую лавочку, чужеродно смотревшуюся на фоне трёхэтажки с выбитыми окнами.
