– Что-то же заставило тебя… – настойчиво начал он.
Наташа стянула с шеи мокрый шарф.
– Вот это, – тихо сказала она, трогая подвеску. – Как ты мог так меня подставить?!
И она снова всхлипнула. Гера сильно покраснел и опустил глаза.
– Я же думала, что это просто красивая бижутерия, – продолжила Наташа. – А это оказалось… У Аделины взгляд наметанный, а Глеб еще и по каталогу определил стоимость этой вещи. Как ты мог?!
– Прости меня, прости! – быстро заговорил Гера и сжал ее руки. – Я так хотел, чтобы у тебя осталось на память что-то ценное, а не просто дешевая подделка. Я вообще не понимаю смысла ношения бижутерии.
– И не поймешь! – сухо проговорила она и отодвинулась. – И нельзя так отрываться от реальности! Ты словно с другой планеты! Ты меня тупо подставил, неужели не понимаешь? Аделина меня обозвала… девушкой легкого поведения. Она решила, что я получила такой дорогой подарок за оказание вполне определенных услуг.
Наташа больше не могла выдерживать напряжения. Она снова вспомнила брезгливое выражение лица руководительницы и, уткнувшись в ладони, разрыдалась.
– Может, завернем в аптеку? – раздался голос Степана Юрьевича. – Девушке однозначно нужно купить успокоительное.
– Помнишь, в паре кварталов от квартиры есть супермаркет, – быстро ответил Гера. – Давай там остановимся. Еду купим, а то дома пусто. И аптека там есть.
– Мне ничего не нужно, – нервно проговорила Наташа. – Я в полном порядке! Только одежда мокрая.
Гера промолчал, его лицо приняло грустное выражение. Он сжался в углу сиденья и отвернулся к окну.
Они остановились возле какого-то магазина.
– Мы быстро, – сказал Гера. – Никуда не выходи!
Степан Юрьевич открыл дверцу. Гера покинул салон. И они удалились в сторону магазина.
Наташа уже начала успокаиваться. Она с любопытством смотрела в окно, но улица выглядела обычно: освещенные окна домов, паркующиеся на стоянке возле магазина машины, спешащие куда-то люди.
«Наверное, мы уже в Ноттинг-Хилл, – размышляла она. – Гера же говорил, что у него здесь квартира. Видно, решил отвезти меня сюда, а не в дом мачехи. И слава богу! Еще одних разборок я бы не вынесла. А его мачехе навряд ли бы понравилось вторжение в их дом мокрой растрепанной незнакомки».
Наташа спохватилась и раскрыла сумочку. Она достала зеркальце и внимательно осмотрела свое лицо. Глаза все еще были припухшими, как и нос, волосы взлохмаченными. Она попыталась, как смогла, привести себя в порядок.
«Придется звонить Аделине, – думала она, расчесывая спутанные пряди, – она там наверняка уже всех на уши поставила. Главное, чтобы отцу не позвонила. Хотя, думаю, горячку она пороть не будет. Она хитрая и расчетливая и думает прежде всего о своей репутации».
Наташа окончательно успокоилась. Она сняла цепочку с подвеской и положила ее на сиденье. На черной коже, которой оно было обтянуто, белое золото матово поблескивало, бриллианты мягко переливались. «Ключик» был очень красив, Наташа даже вздохнула, так хотелось оставить его себе, но она понимала, что это невозможно. Семьсот тысяч! На такие деньги в их городке волне можно было купить приличную однокомнатную квартиру. Как бы она объяснила отцу наличие у нее подобного украшения? Да и разве можно в принципе принимать такие ценные подарки от молодых людей? Это не укладывалось у нее в голове, хотя в голливудских фильмах и не такое дарили своим возлюбленным. Но это было кино, в реальной Наташиной жизни такого быть не могло ни при каких условиях.
Она погладила подвеску, вздохнула и достала телефон, решив позвонить Аделине и сообщить, что с ней все в порядке. Набрав ее номер, сосредоточилась.
– Наташа! – мгновенно ответила та. – Где ты?
Ее голос явно дрожал.
– Со мной все в порядке, – начиная снова волноваться, сказала Наташа.
Но обида на Аделину Петровну помогла ей быстро взять себя в руки. Что-то холодное и жесткое остудило душу.
– Когда ты вернешься? – настороженно спросила та. – Я пока никому ничего не рассказывала ни о твоем поведении, ни об исчезновении. Глеб тоже молчит. Скандалы нам не нужны, как ты понимаешь! Поэтому будет лучше, если ты сейчас же приедешь в пансионат. Хорошо, дорогая моя? – притворно ласковым голосом добавила она.
Наташе стало противно от ее неискренности, но она удержалась от колкого замечания.
– С кем ты? – раздался встревоженный голос, и Гера открыл дверцу и забрался внутрь.
Наташа быстро взяла подвеску и зажала ее в кулачке.
– Это наша руководительница, – ответила она. – Хочет, чтобы я сейчас же вернулась.
– Кто это говорит? – раздраженно поинтересовалась Аделина Петровна.
– Включи громкую связь, – предложил Гера.
Наташа глянула на него растерянно, но послушалась.
– Алло! – сказал он. – С кем имею честь?
– Добрый вечер, – осторожно ответила она и представилась.
Но Гера в ответ и не подумал назвать свое имя.
– Наташа со мной, она вернется завтра вечером, – уверенно проговорил он. – Так что можете не беспокоиться.
– Это почему завтра вечером? – раздраженно поинтересовалась Аделина Петровна. – Немедленно привозите ее обратно!
– Девушка пребывает в стрессе, – сухо отчеканил Гера. – И виной этому ваше поведение. Вы оскорбили ее, а заодно и меня. Не разобравшись в ситуации, вы позволили себе всячески унижать Наташу. Да вы себе хотя бы на минуту представляете, чем мог закончиться ее побег? Она могла погибнуть. Вы хотите, чтобы мой отец разбирался с вами? А мне очень хочется сообщить ему обо всем случившимся!
– Нет, он еще и угрожает! – глухо раздался голос Глеба. И Наташа поняла, что он присутствует при разговоре.
– Погоди ты! – тихо в сторону сказала Аделина Петровна и лебезящим тоном спросила у Геры: – А кто ваш отец?
Гера назвал фамилию, но Наташе она ни о чем не сказала. Зато Аделина Петровна явно знала, о ком идет речь.
– Простите нас! – нервно ответила она. – Я понятия не имела, кто мог сделать такой дорогой подарок. Но сейчас мне все ясно! Вы уж и нас поймите! Девушка носит на шее украшение за немыслимые, по нашим представлениям, деньги…
– Не такие уж и немыслимые! – встрял Глеб. – И кончай ты стелиться перед ним! Подумаешь, сын известного олигарха. И что теперь?
– Замолчи! – зашипела она. – Мне проблемы не нужны!
– Так что? – перебил их перепалку Гера. – Наташа остается со мной?
– Да-да, конечно, – торопливо ответила она. – Привозите ее завтра. Лично я буду счастлива познакомиться с сыном самого…
– Прекрати ты! – злобно сказал Глеб.
В трубке раздались короткие гудки.
– Вежливые господа, ничего не скажешь! – заметил Гера.
– Злые, – прошептала Наташа.
