Читаем без скачивания Француженки не крадут шоколад - Лора Флоранд

Кровь застыла в ее жилах. Неужели она сама предоставила ему возможности для шантажа? Незаконное вторжение. Сколько же сможет заплатить «Шоколад Кори» за сохранение тайны? А сексуальные утехи на столе… У него действительно установлена тут скрытая видеокамера? И вновь Кэйд окинула тревожным взглядом комнату, пытаясь разглядеть место, из какого мог поблескивать глазок одного из тех миниатюрных устройств, что так красиво смотрелись в витринах магазина на центральном рынке.

– И какими же будут требования вымогателя?

Его ресницы опустились, пальцы напряженно сжали чашку.

– Не думаю, что мне следует выдавать их прямо сейчас, но завтра… возможно. Где-нибудь… в более уютной обстановке. Там я опишу их тебе во всех подробностях.

Жаркая волна возбуждения вновь прокатилась по телу Кэйд. О чем они будут говорить? О взятке за молчание или о взятке за секс? Видимо, и о том и о другом. С него станется затребовать за все одним махом! Ведь, в сущности, Кэйд ничего о нем не знала. За исключением того, что прямо сейчас ей ничего так не хотелось, как занять место его чашки с горячим шоколадом, прижаться к его обнаженной груди и с неспешным наслаждением целоваться с ним. Что он подумает, если она подойдет и приложит голову к его груди, прямо к сердцу? Неужели она достойна лишь жалости? И ее красная цена – тридцать три цента в «Уол-марте»?

Кэйд поставила чашку на мрамор, этот тихий стук вдруг прозвучал в лаборатории последним отчужденным и холодным стоном.

– Ладно. Спасибо за шоколад.

По крайней мере этот chocolat chaud подсказал ей прощальные слова перед уходом.

Сильван издал приглушенное скептическое мычание, словно она нокаутировала его.

– Il n’y a vraiment pas de quoi[96]. Не стоит благодарности, уверяю тебя.

Кэйд не поднимала головы, боясь увидеть выражение его лица. И направилась к выходу. По крайней мере это не похоже на бегство после позорного поражения. Никакого унижения. Хотя ощущение весьма неловкое.

Сильван последовал за ней и остановился за дверью, украдкой поглядывая, как Кэйд перешла улицу, и убедившись, что она удалилась в свой безопасный мир.

Под навесом промелькнула чья-то тень. Кто-то стоял там, наблюдая за ней. С участившимся пульсом Кэйд посмотрела в ту сторону, готовая либо бежать, либо дать отпор, но темная фигура отступила во мрак. Она облегченно вздохнула. Кто бы там ни был, сегодня ночью он не представлял для нее опасности. Наверное, увидел, что Сильван провожает ее взглядом.

Глава 14

– Сильван!

Тот прищурился, тряхнул головой и обернулся к Паскалю.

– Мы же хотели решить, какие конфеты готовим сегодня, – напомнил Паскаль, кивая в сторону старой потрепанной школьной папки, в которой хранилась пачка рецептов, собранная за десять лет. Вернее, ингредиенты рецептов. Методика и временные параметры хранились только в голове Сильвана.

Сильван потер лоб.

– Извини. Сегодня мне не удалось выспаться.

Губы Паскаля сложились в выразительную усмешку, свидетельствующую о том, что на ум ему пришла дюжина шуточек относительно бессонных ночей, но он предпочел придержать их до лучших времен.

– Передайте мне дела, а потом идите домой и отоспитесь. Вы и так пашете почти без выходных.

Дверь открылась, и в нее вошла Франсин, управляющая его магазином.

– Сильван, вы можете объяснить мне, что это за глупая серия репортажей о похищениях? Последние пару дней покупатели только об этом и спрашивают, а сейчас одна из живущих поблизости американок заявила, будто утром видела статью на сайте «Нью-Йорк таймс». И еще звонит какой-то репортер из «Ле монд». Правда, что какой-то американский шоколадный барон крадет ваш шоколад? Ко-рий?

Сильван прищурился еще сильнее.

– «Нью-Йорк таймс»? В сегодняшнем номере?

В смущении он попытался вспомнить, какое же время сейчас на противоположном берегу Атлантики. Но так и не смог, поскольку его никогда не волновало, что происходит на том самом противоположном берегу Атлантики.

– Говоришь, упоминали Кэйд Кори?

Франсин развела руками.

– Сама не читала. Но подозреваю, что статья есть в Сети.

Сильван молча бросил папку с рецептами и прошел в кабинет к своему компьютеру.

«Похитительницей Шоколада могла стать любая лакомка» – гласил заголовок кулинарной рубрики. Он усмехнулся. Прелестно. Всякий раз, как его имя мелькало в кулинарном разделе «Нью-Йорк таймс», в последующие пару месяцев он зарабатывал целое состояние на продажах американским туристам. У него и так уже сложился солидный контингент покупателей из американских знаменитостей и сумасбродных богачей, которым раз в неделю доставляли партии его конфет авиапочтой, и он мог наверняка увидеть расширение этого списка. Сильван испытал удовольствие, когда смотрел фильм Стивена Спилберга, или на персонажа, сыгранного Кейт Бланшет, или когда открывал «Гугл» на своем компьютере и представлял, как эти знаменитые деятели поедали его конфеты, работая над созданием своих шедевров.

«Последние два дня, – как сообщили блогеры, – похититель крадет всемирно известные шоколадные конфеты Сильвана Маркиза».

«Всемирно известный». Сильван усмехнулся. Пусть так, но всегда приятно видеть, как это повторяется теми, кто признан глобальным авторитетным источником новостей.

«Вероятно, в это дело замешана Кэйд Кори, дочь Мака Кори и совладелица компании «Шоколад Кори», в настоящее время живущая в Париже. Согласно нашим сведениям, она предоставила одной женщине на день свою кредитную карту – ссудив ей около тридцати тысяч долларов – в обмен на ее место на мастер-классе Сильвана Маркиза. А прошлым вечером, как было замечено, она проскользнула в закрытую мастерскую Сильвана Маркиза и через несколько часов покинула ее под покровом ночи».

«Правда, там ее поджидал сам Сильван», – подумал он, теряя нить сообщения из-за более ярких, вновь вспыхнувших в нем ощущений во время близкого общения с Кэйд Кори и живо представляя ее гордо вскинутую голову и настороженный взгляд, когда он застал ее на месте преступления в своей лаборатории.

«И сейчас, судя по всему, ее телефон должен постоянно звонить», – подумал он.

Лицо его отразило явные сомнения. Как отреагирует Кэйд на эту статью? Пришлось признать, что в основном его обеспокоило то, что она может перестать тайно красться по ночам в его лабораторию за шоколадом. А если прошедшая ночь станет единственной и их роману не суждено продолжиться? То, чем двое занимались в тайном молчании, может никогда не повториться, они могут даже отказаться признать, что между ними имелась связь. С годами жизнь научила Сильвана многому.

Он предоставил ей больше шансов, чем ему хотелось бы, больше возможностей для отступления, чем подсказывало ему чувство, оставшееся после их встречи в его лаборатории. Вчера ожидание казалось Сильвану невыносимо долгим, пока он проверял, не захочет ли Кэйд отклонить его притязания или передумать. Но она, казалось, не колебалась. Ни секунды. И это означало… сегодня это уже абсолютно ничего не означало. Можно ли удержать в руках легкокрылую бабочку? Так просто обольститься ее красотой и разрушить из-за нее всю свою жизнь. Суровая реальность стерла улыбку с его лица.

«Ça, alors… ça serait vraiment con!»[97] – подумал он.

Он повел себя как идиот. Все знал о тонкостях обработки шоколада; и также отлично знал, что ему следовало потом приласкать ее, успокоить, охладив пыл до нормальной температуры, вернув к обычной жизни. А он не удосужился. Слишком поглощенный собственными переживаниями, просто околдованный случившимся – словно потер одну из своих склянок с ванилью, а оттуда вылетел суккуб[98] со всеми вытекающими из этого последствиями.

Только после того, как Кэйд начала одеваться в том неловком молчании, у него хватило сообразительности попытаться спасти ситуацию, предложив ей горячего шоколада. Сильван приготовил его по лучшему рецепту, пытаясь искупить свою глупую невнимательность. С того момента он уже обдумывал каждое движение, каждое слово, стараясь вновь настроить Кэйд на сердечные отношения, заманить обратно в свои объятия. Специально не надевая рубашку, он даже не замерз, пока готовил горячий напиток. Но если его обнаженный торс и породил в ней вновь безумное вожделение, то она умело скрыла его.

Сильван не знал, помог ли тот шоколад исправить… хоть что-то. С женщинами все сложно, никогда не поймешь, о чем они думают. Похоже, ими движут какие-то странные инстинкты, после секса они почему-то становятся сумасбродными и загадочными. Казалось бы, секс мог вселить в них уверенность в собственных силах, подарив блаженное ощущение того, что мир этот устроен прекрасно, – но ничего подобного. С женщинами постоянно надо быть предельно внимательным и тактичным, а он оплошал.

Его попытки закинуть удочку на будущее, очевидно, не сработали. Ему подумалось, что вымогательская сексуальная игра может раздразнить женщину, которая, наряжаясь в кожаные легинсы, проникает в его лабораторию специально, чтобы ее там поймали, но Кэйд это жутко разозлило. В ушах еще звучал холодный стук пустой чашки о мрамор, точно лязг закрывшегося дверного засова.