Джейн с Майклом тихо шли рядом. Над Парком догорали последние лучи солнца. Земля все еще качалась под ногами ребят. Они были счастливы и необычайно молчаливы.
— Скрип-скрип! — катила коляска по тропинке.
— Чок-чок! — стучали туфли Мэри Поппинс.
Майкл посмотрел вверх, на последние лучи солнца, играющие на желто-зеленых листочках Вишневых деревьев.
— Наверное, — мечтательно сказал он, поворачиваясь к Джейн, — здесь побывала Нелли-Рубина.
— Да, я такая! Сегодня — здесь, завтра — там! — раздался внезапно звонкий голос.
Дети обернулись и увидели Нелли-Рубину, катящуюся на плоском деревянном диске. За ней маячила фигура дядюшки Доджера.
— Ох, ну и набегалась я! — воскликнула Нелли-Рубина. — Где я только вас не искала! Как у вас дела? Надеюсь, все хорошо. Я хотела увидеть вас, дорогая мисс Поппинс, чтобы…
— Да-да, — нетерпеливо перебил дядюшка Доджер, — мы хотели пожелать вам счастливого…
— Дядюшка Доджер! — строго оборвала его Нелли-Рубина.
— Прошу прощения! Пардон, моя дорогая! — смущенно забормотал дядюшка.
— Вот. Небольшой подарок на память, — продолжила Нелли-Рубина. Протянув свою деревянную руку, она дала Мэри Поппинс какой-то маленький белый предмет.
Дети подбежали ближе, чтобы лучше разглядеть подарок.
— Это же конфета-разговорчик! — воскликнул Майкл.
Джейн вгляделась в буквы. «Прощай, Мэри Поппинс!»— прочитала она.
— Значит, вы улетаете, Нелли-Рубина?
— Да! Сегодня ночью! — Нелли-Рубина звонко рассмеялась и посмотрела на Мэри Поппинс.
— Вы можете съесть ее по дороге, мисс Поппинс! — вставил дядюшка.
— Дядюшка Доджер! — повысила голос Нелли-Рубина.
— О, Господи! Снова невпопад! Я слишком стар, вот в чем дело, моя дорогая. Пардон! Еще раз пардон!
— Очень мило с вашей стороны, — ответила Мэри Поппинс. По едва заметной улыбке было видно, что она польщена. Сунув конфетку в карман, она покатила коляску дальше.
— О, подождите минутку, Мэри Поппинс! — донесся откуда-то сбоку задыхающийся голос. Дети обернулись на стук шагов.
— Это же мистер Навыворот с мисс Тартлет! — воскликнул Майкл, увидев прямо перед собой высокого худощавого мужчину и упитанную женщину среднего роста.
— Теперь мы называем себя мистер и миссис Шиворот-Навыворот! Нам кажется, что так звучит намного лучше.
Мистер Навыворот посмотрел на детей сверху вниз сквозь очки, а его жена пожала всем руки.
— Ну, Мэри, — продолжил Мистер Навыворот, — до свидания. — Мы зашли только на минутку — попрощаться.
— Надеемся, что разлука будет недолгой, — добавила миссис Навыворот, счастливо улыбаясь.
— Спасибо, что пришли, кузен Артур! И вам тоже спасибо, миссис Тартлет, — сказала Мэри Поппинс, пожимая обоим руки.
— Что значит «попрощаться»? — спросила Джейн и то ли от того, что вокруг было темно, то ли от чего-то еще, покрепче прижалась к Мэри Поппинс.
— Это значит то, что значит! — раздался пронзительный голосок, и чья-то фигура вынырнула из темноты. — До свидания — значит «до свидания». А недолгая разлука — значит то, что разлука «короткая», чего о вас не скажешь, долговязые жирафы!
На дорожке перед детьми стояла миссис Корри, одетая в плащ, покрытый блестящими монетами. За ней, словно пара мрачных великанов, возвышались ее дочки — Фанни и Анни.
— А вот и мы! — пронзительно завопила миссис Кори и улыбнулась детям. — Гм! А они быстро растут, не так ли, Мэри Поппинс? Кажется, очень скоро вы им уже будете не нужны.
Мэри Поппинс кивнула, но Майкл с криком протеста бросился к ней.
— Она всегда будет нам нужна! Всегда! — кричал он, крепко обнимая Мэри Поппинс за талию.
Взгляд Мэри Поппинс стал похож на взгляд рассерженной пантеры.
— Вы что, собрались переломать мне все кости, Майкл Бэнкс?
— Я только хотела перекинуться с вами словечком, — пропищала миссис Корри. — Всего одним. А если что-то надо сказать, то лучше это сделать скорее, как я в свое время советовала Соломону, когда он устроил такую суету вокруг Царицы Савской.
Миссис Корри взглянула на Мэри Поппинс, а затем мягко добавила:
— До свидания, моя дорогая!
— Как, вы тоже уезжаете? — спросил Майкл, уставившись на миссис Корри.
Она хихикнула.
— Гм… Вроде того. Когда кто-то уезжает, то для него уезжают все… Ну-ка, Фанни, Анни! — она огляделась. — Куда вы, бестолковые жирафы, дели подарки?
— Вот они, мама! — поспешно ответили сестры. И огромные руки уронили в ладонь Мэри Поппинс два крошечных имбирных пряника. Один был в форме сердца, а другой — в форме звезды.
Мэри Поппинс восхищенно ахнула.
— Ой, миссис Корри! Какой сюрприз! Благодарю вас.
— Не за что. Просто маленький сувенир.
Миссис Корри помахала рукой, и ее ноги, обутые в старомодные туфли, засеменили рядом с коляской.
— Похоже, все ваши друзья собрались здесь сегодня! — заметил Майкл, поворачиваясь к Мэри Поппинс.
— Полагаю, я могу видеть своих друзей, когда мне этого захочется!
— Но я только спросил… — начал было Майкл, но его оборвал радостный вопль.
— Альберт! Неужели это ты? — кричала, смеясь, миссис Корри.
Навстречу им двигалась кругленькая, упитанная фигура. Дети вскрикнули от радости, узнав мистера Паррика.
— Вот это да! Это же Клара Корри! — воскликнул мистер Паррик, с нежностью пожимая ей руку.
— А я и не знала, что вы знакомы! — удивилась Джейн.
— Из того, что вы не знаете, можно составить огромный словарь, — фыркнула Мэри Поппинс.
— Мы не знакомы, — пожала плечами миссис Корри. — Мы выросли вместе, правда Альберт?
Мистер Паррик захихикал.
— Ах, добрые старые времена! Мэри, а как ты поживаешь?
— Прекрасно, дядя Альберт. Не жалуюсь. Спасибо, что спросили.
— А я думаю, дай заскочу пожелать счастливого пути.
— Да, хороший вечер для… — внезапно он запнулся и замолчал.
Мистер Паррик поднял голову, вглядываясь в сиреневые сумерки, опускающиеся на Парк.
— Хороший вечер для чего? — подозрительно спросил Майкл. Он искренне надеялся, что Мэри Поппинс будет не очень сильно тосковать после того, как все ее друзья уедут. «В конце концов, с ней остаюсь я, — думал он. — Чего ей еще желать?»
— Хороший вечер для того, чтобы отправиться в плавание! — донесся до них раскатистый бас Адмирала Бума, который размашистой походкой шел по дорожке, напевая себе под нос:
— И будут реветь моря-океаны,И волны качаться, и ветры свистеть,Пока мы домой не придем…
Эй, салаги! Поднять паруса! Выбрать якорь! Отдать концы! И отправлюсь я в путь по далекой Миссури!
Он громко высморкался и посмотрел на Мэри Поппинс.
— Все на борту? — хрипло спросил он, положив руку ей на плечо.
— Так точно, сэр! — отрапортовала Мэри Поппинс и с любопытством покосилась на Адмирала.
— А-р-р-р-хч! Прекрасно!
Я буду верен тебе, дорогая,Но только и ты будь верна!
— пропел он почти нежным голосом. — Эй! — оборвал он себя. — Раки-креветки и пять бочек пива! У старого моряка сегодня грустный день!
— Шарик шарику рознь! — раздался пронзительный голос, и низенькая старушка с жужжанием пролетела мимо, сбив шляпу с Адмирала. Руками она держалась за веревочку от небольшого шарика, который уносил ее все дальше и дальше, пока маленькая фигурка не скрылась за деревьями.
— До свидания, мой дорогой Утеночек! — донесло эхо ее последние слова.
— Как быстро она пролетела! — воскликнула Джейн, изумленно глядя ей вслед. — Я даже поздороваться не успела.
— Да уж, не плетется, как Улитка! Не то что некоторые! Будьте добры, шагайте живее! Я не собираюсь даром тратить время!
— Еще бы! — усмехнулась миссис Корри.
Они двинулись дальше. На этот раз дети старались делать все, что им говорила Мэри Поппинс, и послушно взялись за ручку коляски. Сумерки неумолимо сгущались, пока оживленно болтающая компания спешила вперед. Скоро они были у ворот Парка. Впереди темнела улица, а из нее доносилась музыка. Джейн с Майклом переглянулись.
«Что это может быть?» — безмолвно спрашивали их приподнятые брови. Затем любопытство взяло верх. Им хотелось остаться с Мэри Поппинс, но им также хотелось выяснить, откуда идет музыка. Они покосились на свою няню и бросились вперед.
— Ой, смотри! — закричала Джейн, добежав до ворот. — Это мистер Твигли играет на шарманке!
Мистер Твигли, а это действительно был он, деловито крутил ручку, и из ящика лилась замечательная музыка. Рядом с ним стояла маленькая фигурка, показавшаяся ребятам странно знакомой.
— Из самого лучшего сахара! — услышали дети, когда пересекали дорогу.—
Сахар и мята, Сладкая вата,Конфеты, варенье,Коврижки, печенье!Девчонки, мальчишки,Смело ко мне!Все продаетсяПо сходной цене!
— весело распевала мисс Калико, приветственно махая детям рукой.
