— Выглядит так, будто хозяин машины напрашивался на то, чтобы его машину украли, — сказал он, словно оправдывался, и, вставив ключ в зажигание, завел двигатель. От радости Ралф сам готов был запеть в унисон двигателю. — Давно не каталась на угнанной машине? — спросил он с озорной улыбкой, глядя на Мейбл.
— С тех пор как перестала быть подростком, — призналась она. — В тот период я не отличалась примерным поведением.
— Я так и думал. С пай-девочкой я бы не сел в чужую машину.
Мейбл засмеялась и потянулась рукой к отделению для перчаток.
— Не возражаешь, если я посмотрю, на кого зарегистрирована машина?
Ралф кивнул, но его сердце на секунду замерло. Опасную игру он затеял. Вдруг машина принадлежит какому-нибудь известному в городе лицу?
— Здесь пусто, — разочарованно сообщила ему Мейбл. — Никаких документов.
Он глубоко задумался и довольно быстро пришел к единственному логическому объяснению:
— Мейбл, должно быть, это моя машина.
Она скептически улыбнулась.
— Я серьезно. Понимаешь, я чувствую эту машину. Я уже сидел в ней и управлял ею. В отсутствии документов есть смысл. Если бы я хотел сохранить свое инкогнито, то не стал бы оставлять в машине свои документы. То, что эту машину никто в гостинице не регистрировал, — косвенное доказательство правомерности моей догадки.
Чем дольше Ралф говорил, тем больше убеждался в своей правоте. Его убежденность подействовала на Мейбл.
— К тому же каким образом ты мог сюда добраться в столь поздний час? Наверняка приехал на машине, — продолжила она ход его рассуждений. — Если только тебя не сбросили с парашютом.
Они уставились друг на друга и расхохотались, вспомнив о его боязни высоты.
— Значит, ты и есть тот самый безмозглый идиот, который не запер машину и оставил ключи за щитком? — с веселой насмешкой спросила Мейбл.
— Возможно, я сделал это специально, на тот случай если обстоятельства потребовали бы моего срочного отъезда.
— Ты по-прежнему веришь в свою легенду?
— Черт возьми, Мейбл, ты меня совсем с ума сведешь! — воскликнул Ралф, заметив насмешливые огоньки в ее русалочьих, зеленых глазах.
Не в силах удержаться, он притянул ее за плечи к себе и горячо поцеловал в губы. Поцелуй был исполнен такой страсти, что после они долго не могли прийти в себя, изнемогая от желания. В состоянии крайнего возбуждения Ралф выжал сцепление и тронул машину с места.
Мейбл не доводилось ездить на спортивных машинах. Скорость была захватывающей, но больше поразило ее, с какой легкостью управлял машиной Ралф. Сомнений у нее больше не оставалось — автомобиль принадлежал ему. Только его владелец мог справиться с управлением на такой скорости.
Она внимательно наблюдала за точными движениями Ралфа. Машину он вел так же искусно, как и занимался любовью. Впереди у них всего одна ночь. Если его память не восстановится, завтра он поедет в больницу. Она использует каждое мгновение этой ночи, чтобы остались воспоминания на всю жизнь.
— Я так сильно хочу тебя! — вырвалось у Мейбл.
Ралф бросил на нее взгляд, который сказал ей без слов, что он думал о том же.
— Ты знаешь, куда мы едем? — спросила она, хотя чувствовала, что ей безразлично куда, лишь бы вместе с ним.
— Понятия не имею. Это важно?
— Ничуть.
Скоростную езду она воспринимала как часть их любовных отношений. Скорость возбуждала, обостряла чувства, готовила к чему-то восхитительному в недалеком будущем. Они только вдвоем и свободны. Не было подозреваемых и привидений, не было гостиницы и секретного ведомства. Они думали, дышали и чувствовали в унисон, их желания совпадали. Эта гонка не имела конечной цели, и Мейбл хотела, чтобы восхитительная пытка быстрой ездой никогда не кончалась. Но сильнее всего она желала, чтобы эта ночь длилась бесконечно.
По ее просьбе Ралф убрал верх машины, и над их головой открылось звездное небо. Напор встречного холодного воздуха вдавил их тела в мягкие кожаные кресла.
— Великолепная ночь! — произнесла Мейбл, изнемогая от страсти, и положила ладонь на колено Ралфа. — Тебе не мешает? Мне захотелось дотронуться до тебя, не могу больше ждать.
— Сейчас мы свернем со скоростного шоссе. — Он был в таком же состоянии, как и она.
Включив сигнал поворота, Ралф съехал на первую попавшуюся проселочную дорогу и остановил машину. Потом он поднял к себе лицо Мейбл и жадно поцеловал ее в губы.
— Пойдем!
Мейбл оглянулась вокруг, когда он вынес ее на руках из машины. Со всех сторон их окружали деревья, между которыми она заметила столики со скамейками, детские площадки. Значит, они в самом начале большого заповедника, куда горожане приезжали летом на пикники. Здесь было холоднее, чем в городе. Ралф поставил ее на землю, снял с себя куртку и закутал в нее Мейбл. Дыхание его было тяжелым от нетерпения. Он подхватил ее снова на руки и донес до ближайшей скамейки…
Их сладострастные стоны и крики восторга возносились к небу под шум ветра в кронах деревьев.
— Я никогда не расстанусь с тобой, — выдохнул он со стоном, когда они вместе достигли пика блаженства.
В ту минуту Мейбл не сомневалась, что так и будет.
…Ралф вскрикнул и проснулся. Какой странный сон, подумал он, вспомнив, как только что пытался спасти от чего-то Мейбл. Она протягивала к нему руки, но стоило ему попытаться схватить ее, как все застилал вязкий туман. Такой сон не к добру, мелькнуло в голове. Глупости, тут же мысленно отмахнулся Ралф. Что может случиться, если им так хорошо вместе!
Весь вечер и часть ночи они провели в заповеднике. Утолив любовный голод, вернулись в машину и долго разговаривали. Мейбл рассказала ему о родителях, о своем детстве. Поскольку про себя он вспомнить ничего не мог, то вместе они сочинили ему историю жизни, даже выстроили родословную, чтобы обосновать выбор профессии секретного агента.
Ралф улыбнулся, вспоминая милый голос Мейбл, ее смех, глаза, в которых вспыхивал зеленый огонь. Они были счастливы тем, что обрели друг друга. Тем более странно, что ему приснился такой дурной сон. Он повернулся на бок, чтобы прикоснуться к Мейбл, убедиться, что она цела и невредима. Но в постели ее не оказалось.
— Мейбл! — позвал он и прислушался, полагая, что она в ванной комнате.
Но услышал только, как тихо закрылась дверь номера. Что за черт, встревожился Ралф и выскочил из постели. В несколько прыжков он достиг двери, распахнул ее, чтобы успеть задержать Мейбл, пока она не спустилась вниз. Ему было необходимо во что бы то ни стало увидеть ее сейчас! Плохое настроение после ночного кошмара улетучилось бы от одной ее милой улыбки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
