Это пошло на пользу не только Синтии. Джон Арчер, британский психолог, по мнению которого собак следует отнести к самым изощренным социальным паразитам, в 1996 году опубликовал статью в журнале «Эволюция и поведение человека»; в ней он утверждает, что устройство современного западного общества способствует неуклонному укреплению уз, связывающих людей и их питомцев. Мобильность и участившиеся разводы подтачивают семью, приводя к постепенному распаду больших, разветвленных семейств. Очевидно, в наши дни эта тенденция приближается к своему логическому итогу, поскольку люди все чаще предпочитают жить в одиночестве.
«Существует множество доказательств, подтверждающих мнение о том, что при недостатке общения с себе подобными люди склонны к созданию самых тесных отношений со своими домашними животными, — я имею в виду одиноких и разведенных», — отмечает Арчер. Этот факт особенно очевиден при сравнении с семьями, имеющими детей. Женщины без семьи чувствуют себя гораздо менее одинокими, если у них есть собака. Арчеру не удалось найти подтверждение распространенному мнению, что люди, ищущие поддержки у собак, испытывают затруднения в общении с другими людьми; зато он выяснил, что у холостяков и разведенных наблюдается более стойкая привязанность к их подопечным.
Еще в 1962 году такой тип союза, который впоследствии открыли для себя члены Клуба разведенных собачниц, стал предметом научного анализа. В статье, опубликованной в «American Journal of Psychiatry» психиатр А. Сигел объяснял, что наличие собаки помогает добиться хороших результатов такого рода терапии: «Животные не судят нас…, не пытаются нас запугать, не предъявляют требований, не демонстрируют своего превосходства постоянными критическими замечаниями. Они дают своему хозяину возможность ощутить собственную значимость».
В 1995 Пэт Сейбл выступила по тому же вопросу на страницах «Journal of the National Association of Social Workers». По ее данным, наличие животного в доме повышает самооценку, дает ощущение защищенности, помогает преодолеть одиночество и чувство оторванности от мира. Сейбл особо отмечает ситуации, связанные с одиночеством, длительной изоляцией от общества или переходные, например, после бракоразводного процесса.
И в Монтклере, и в других городах собаки успешно с этим справлялись.
— Я буду всем рекомендовать психотерапевта моих соседей, — шутила по этому поводу Синтия.
Как выяснилось, она имела в виду весьма примечательную историю. Если — как интуитивно догадались эти женщины, с которыми согласны многочисленные психологи и психиатры — собаки помогают человеку пережить крушение брака, то, может быть, с их помощью супружеские пары способны избежать судьбы, постигшей членов Клуба разведенных собачниц? Синтия рассказала нам историю своих соседей, Стива и Мелани Кабраль, которые позднее согласились встретиться со мной.
Супруги Кабраль — она честолюбивый новеллист, он редактор крупной кинокомпании — поженились три года назад и, столкнувшись с некоторыми проблемами, с удивлением обнаружили, что сидят в кабинете психотерапевта, специализирующегося на семейных отношениях.
— Нельзя сказать, что мы не любили друг друга, — поспешила уточнить Мелани, — но нам было необходимо разобраться с кое-какими недоразумениями.
— Когда Стив говорил «нет», я говорила «да», — так она описала суть возникших между ними разногласий. У них были совершенно разные интересы. Дома после работы он часами смотрел фильмы или спортивные передачи, а она была фанатиком фитнеса, увлекалась походами, в том числе на лыжах, пробегала по три мили ежедневно.
Общительная Мелани с удовольствием заводила знакомства, а ее муж представлял собой классический тип интроверта.
Все это казалось им не стоящим внимания, потому что они рассчитывали вскоре посвятить себя заботам о большой семье, о которой оба мечтали. Они приобрели дом с тремя спальнями и огороженным участком, достаточно просторным, чтобы установить там качели и песочницу; к тому же дом находился поблизости от школы. После нескольких неудачных попыток завести ребенка выяснилось, что их способность к деторождению под вопросом.
Было не совсем ясно, смогут ли они иметь собственных детей или им придется усыновить ребенка. Чтобы получить окончательный ответ, нужно было проделать серию изнурительных и дорогостоящих исследований, которая займет, как минимум, пару лет. В полном смятении супруги обратились к психотерапевту, который провел с каждым из них индивидуальную беседу, после чего пригласил в свой кабинет обоих. Незадолго до окончания разговора, во время которого они успели затронуть массу серьезных вопросов, психотерапевт задал им вопрос:
— Вам не приходило в голову завести собаку?
Больше он не заговаривал об этом, и через минуту они расстались. Однако, вернувшись домой, супруги продолжили обсуждение этой идеи.
— У нас как будто открылись глаза, — сказала мне Мелани. — Собака сможет объединить нас, а мы пока выясним, будут ли у нас дети. Она станет тем существом, которое полюбим мы оба, тем, кто полюбит нас, соединит воедино…
Три недели спустя они отправились в приют на Лонг Айленд, поднявшись еще до рассвета, чтобы к моменту открытия быть первыми в очереди. Там они взяли двухлетнего золотистого ретривера по кличке Лола — ее фотография была помещена на сайте Petfinder.com.
— Вот вам любовь с первого взгляда, — обернулся ко мне Стив, когда Лола ткнулась ему в руку, а потом вскочила на диван, где сидели супруги. — Мы понравились ей с самого начала.
Возможно, психотерапевт имел в виду то о чем писала Дороти Берлингхэм в своих «Близнецах»: глубоко укоренившуюся всеобщую потребность в любви и преданности, стремление найти понимающее существо, которое не станет вас судить. Невозможно вспомнить все случаи, когда мне приходилось слышать от людей о всепоглощающей и верной любви, которую дарит им их собака. Может быть, такое утверждение не вполне соответствует действительности, но для человека это обстоятельство зачастую является решающим.
Когда Лола прибыла домой, вскрылись серьезные проблемы — собака была необученной и страдала ожирением. Она рвалась с поводка, не слушала команд, прыгала на мебель и людей, подбирала и съедала все, что не было прибито гвоздями.
По словам Стива, психиатр оказался настоящим гением. Лола была именно тем, в чем они нуждались в этот сложный период. Они оба от души полюбили собаку, и их брак получил объект концентрации, в котором нуждался.
Теперь все споры о том, как провести свободное время, остались позади. Стив забросил свои домашние развлечения и вместе с Мелани водил Лолу на прогулки. Они стали посещать двухнедельный начальный курс дрессировки в центре на Мэдисон, а затем записались на следующий, выбрав самого опытного инструктора.
Теперь их дом и двор были усеяны мячами и игрушками. По выходным все вместе отправлялись на побережье, чтобы Лола могла побегать по пляжу. Посчитав, что энергичной и общительной собаке необходима компания, они присоединились к группе других собаководов, живших по соседству.
— Как будто нам ее послали свыше, — заметила Мелани. — Понимаю, что это звучит странно, но оказалось, что она — именно то, что нам было нужно. Мы оба обожаем ее. Она так радуется, когда мы возвращаемся домой. Поверьте, мы не сумасшедшие, но Лола стала связующим звеном, в котором мы так нуждались в тот момент.
Стив поспешил добавить, что собака не решает всех проблем.
Они по-прежнему мечтают иметь детей, и если повезет — не одного, это для них принципиальный вопрос (в случае неудачи они собирались усыновить ребенка). Но теперь их брак вне опасности, и советы врачей им больше не нужны.
Есть вероятность, что подобное участие собаки в сохранении брака является проявлением общей тенденции.
В майском номере журнала «American Demographics» за 2002 год приводится сообщение о резком взлете зооиндустрии, что связано с затрагивающими владельцев животных изменениями в демографической ситуации. Только треть этих людей состоит в браке и имеет детей. Все чаще домашних животных заводят молодые пары — в качестве «теста на совместимость» перед тем, как обзавестись детьми.
Замужние «наседки», занимающие противоположный конец демографической шкалы, заводят собак, чтобы заполнить опустевшие гнезда. Так же поступают одинокие люди, особенно после развода, смерти супруга или родителей.
«Эти изменения, — заключает автор статьи, — способствовали возникновению фактора, который, по мнению экспертов, является решающим в развитии зооиндустрии: речь идет о возрастающей склонности человека к антропоморфизму и очеловечиванию своего домашнего любимца».
Однако у стремления использовать собаку в качестве суррогата для эмоционального общения есть и негативная сторона, ярко проявляющаяся, когда потребность в таком общении отпадает или снижается; это видно на примере Рашмора, хозяин которого умер, а вдова собралась снова выйти замуж.
