— Украденная собачка миледи.
Елена чувствовала на себе внимательный взгляд, но не поднимала головы. Сыщик обернулся к толпе и крикнул:
— Три шиллинга любому, кто знает что-нибудь о спаниеле короля Чарлза, принадлежащем леди Беллингэм.
Из гомона голосов, приветствовавших это предложение, выделился чей-то громкий голос, который обвинил в краже французов.
— Эти французы крадут собак и продают их за границу, вот что.
Джек Касл развернул стул, сел на него верхом и оказался лицом к Уиллу и Елене. Он положил на стол черную палку с изображением золотой короны. Уилл Джоунз взглянул на палку и отвел глаза.
— Не хотел тебя обидеть, па… — сказал Касл и посмотрел на Елену. Потом замолчал и перевел взгляд на Уилла и обратно. — Из огня да в полымя, девочка. Ты уверена, что тебе ничего не грозите этим вот дьяволом?
Елена кивнула. Рука на ее бедре сжалась. Жар этой руки прожигал ей ногу.
Джек Касл глотнул пиво и неодобрительно нахмурился. Он пил пиво, но Елена была уверена, что Касл, как и Уилл Джоунз, чутко прислушивается к разговорам в трактире.
— Значит, вы теперь ловите похитителей собак, Джек? Подходящая работа для продвижения по службе.
Джек Касл поднял глаза и коротко усмехнулся. У него было длинное худое лицо, увенчанное копной каштановых кудрей, которые едва скрывали уши, похожие на ручки кувшина.
— Ах, но ведь это собачка леди Беллингэм. Надеюсь, что меня как следует вознаградят за старания. А что вас привело в эти края, Джоунз?
— Марч.
— Вы думаете, что он находится в доме на Халф-Мун-стрит?
— Должен же он где-то находиться.
— На континенте, держу пари.
— Этот трактирщик сказал Хардингу, что ребята из непристойного дома Марча крепко держат язык за зубами. Можно подумать, что они охраняют государственные тайны.
Лицо у Джека Касла стало настороженным и замкнутым. Он пристально разглядывал свою кружку и больше не прислушивался к разговорам в трактире.
— А не интересует ли это заведение министерство внутренних дел, а, Джек?
Елена почувствовала, как от ее щек отхлынула кровь. Ей вспомнились некоторые фразы в письме шантажиста, фразы, обвиняющие мать в поставке оружия изменникам. Безумец, который завладел деньгами матери, сделал что-то такое, что заставило правительство заподозрить наличие заговора.
— В данный момент его интересуют только похитители собак. — Касл словно отмахнулся от вопроса, но слова его прозвучали фальшиво.
Голос Уилла Джоунза стал насмешливым.
— Чертовски неудобное время для заговора, верно? Кто-нибудь с Боу-стрит обыскивал этот дом на наличие похитителя?
— Вы же знаете, Джоунз, я не могу вам этого сказать. Вы никого не видели прошлой ночью, а?
Елена почувствовала, как напрягся Уилл Джоунз. Его голос, когда он снова заговорил, был веселый, равнодушный, это был голос человека, который утратил к разговору всякий интерес. На Касла Уилл не смотрел.
— Всего лишь обычный порок, никаких признаков измены. Вот усиленная охрана меня и впрямь удивила. По два человека у каждой двери.
— Меня это тоже поразило, — согласился Касл. — Но Марч как будто испарился.
— Сомневаюсь. Разве только у него есть где-нибудь деньга. Он больше не может получить в банке Эвершота ни фартинга.
— Значит, он все еще выжимает деньги из своих простаков.
— На какие еще средства он мог бы жить?
— Неподъемное это дело — искать доказательства против человека, у которого есть друзья в высоких кругах. — Касл встал и взял свою палку. Уилл Джоунз словно не заметил этого. — Дайте знать, если понадобится моя помощь.
— Непременно, Джек.
Когда дверь за Каслом закрылась, Уилл Джоунз снял руку с бедра Елены.
— Прислужники Марча не станут ошиваться там, где вынюхивает Боу-стрит.
— Откуда вы знаете мистера Касла?
— Часто работал вместе с ним.
— Вы тоже были сыщиком?
— Выпейте. Это вас согреет. Мы должны сменить Хардинга.
Едва они вышли на улицу, их сразу же охватило холодом, нос и щеки защипало. Глаза у Елены начали слезиться. Она смахнула слезы тыльной стороной ладони и ускорила шаг, чтобы не отставать от Уилла Джоунза.
Пост Хардинга находился в пустом каретном сарае на узком повороте на Шеперд-Маркет. Оттуда он видел всех входящих и выходящих через черный ход дома по Халф-Мун-стрит. Уилл Джоунз протянул Елене вилы.
Когда кто-нибудь проходил мимо, они нагибались над своими вилами и втыкали их в клочки сена. В сарае пахло лошадьми и гнилым сеном, и Елена морщила нос, когда ее вилы переворачивали пропитанный водой ком, от которого разило гнильем.
— Полагаю, что в Трое у вас были служанки, которые выполняли всю грязную работу, Елена?
— Да, три служанки всегда были рядом со мной.
Уилл отдал ей должное — она никогда не снимала маску.
— Значит, вы только ткали?
— Вы неверно судите, если думаете, что это легкая работа.
— Зато никакой вони.
— Никакой унизительной работой, например на конюшне, я не занималась. Но вы же видите, что я стараюсь. — Она проговорила это сквозь стучащие зубы.
— Идите сюда, вы замерзли. Прислонитесь ко мне.
— Я мальчик.
Он бросил на нее язвительный взгляд и поставил ее вилы к стене. Потом привлек Елену к себе и вместе с ней опустился на груду сравнительно сухой соломы.
— Не прыгайте выше головы. Вы весьма неубедительны в роли мужчины. Касл это заметил сразу же.
— Это вы виноваты, что мое переодевание оказалось неудачным. Вы же мастер маскировки.
Он рассмеялся:
— Для вас оказаться в Лондоне — это такое падение.
— В Лондоне нет широких дорог и гор, с которых видно все вокруг вплоть до моря. Но Троя в каком-то смысле скучна, а Лондон — нет.
— Троя скучна?
— О да. Бесконечные процессии, неизбежные церемонии. Мужчины в туниках произносят речи. Можно сто лет смотреть на море и ни разу в жизни не побывать на берегу.
— Я должен пожалеть бедняжку Елену?
— Ни в коем случае.
За несколько часов ни один мало-мальски подозрительный человек не вошел в дом и не вышел оттуда, а потом у поворота показался Нейт Уайлд.
Конечно, Уилл Джоунз увидел его первым. Он мгновенно поднялся и отпустил Елену. Как только Уайлд вошел в ворота сада, Уилл Джоунз совершил быстрый бросок и прыгнул к железным перилам у голого платана. В мгновение ока Уилл подтянулся, чтобы рассмотреть что-то сквозь его ветки.
Когда он вернулся в конюшню, его глаза блестели.
— Пожалуй, Елена, вы мой талисман, приносящий счастье.
— Я ваш партнер.
— Мой партнер — Хардинг. А вы… — Он усмехнулся. — Обуза, но, вероятно, полезная. Мы пойдем за Уайлдом, когда он выйдет. Мне хочется поболтать с ним.
