переходящую в талию. По красивым светлым волосам проходит ладонь.
— Кхм, привет малыш.
Максим оборачивается. Непроницаемое холодное выражение лица критически осматривает Леру сверху до низу. Внутри все сжимается, конечно же, она узнает его. Но случайна ли эта встреча?
— Какой из меня малыш? — грубый, ни капли не дружелюбный голос. — Предпочитаю по имени и фамилии.
Он обходит диван и садится на него, пока Лера терзается догадками. Высокомерный голос, лед в глазах — все это говорит не в ее пользу.
— Извините. Я обычно так здороваюсь, — пытается мило улыбнуться, но выходит лишь натянуто.
Она подходит к креслу напротив, садится, но тут ее одергивает голос:
— Разве я разрешал?
Теперь точно. Внутри мороз. Она резко поднимается, смотрит испуганно и зло.
— Извините еще раз, но что происходит?!
— Происходит то, что какая-то дрянь обманывает моего друга, и подставляет мою девушку. Буквально сдает ее в руки непонятно кого. Продает за триста штук.
— Девушку?
Лере не верится. Раз он все узнал… Ладно. Может удастся уговорить, не просто так же он ее в отель вызвал, мог и без этого все рассказать. Что он называется Соню своей девушкой — вот что вызывает у нее вопрос. Когда та успела? Неужели все нытье этой глупышки было ложью?
— Давай не будет делать вид, что кто-то здесь чего-то не понимает. Окей?
— Чего вы хотите?
Лера садится. Максим замирает, обдумывает этот жест и усмехается.
— Хотел на тебя посмотреть.
Девушку бросает в жар. "Неужели он и правда позвал меня для секса?". Надежда мелькает в ее глазах и Максим замечает это.
— Посмотрели?
— Да. Можешь идти. Деньги на тумбочке сзади.
Тень сомнения на женском лице. Она встает, не сводя с мужчины глаз. Ее посещает идея — все-таки рискнуть и соблазнить его. Была не была. Терять ведь нечего?
Глава 24. Обнаруженное предательство
— Предлагаю договориться.
Лера бесстыдно снимает с себя платье и белье. Полностью обнаженная, она уверенно смотрит на мужчину сверху вниз, не стесняясь.
Возникает пауза, натягивая нервы даже такой самоуверенной особы. Наконец Максим произносит:
— Пошла вон.
Словно хлесткая пощечина прилетает по лицу. Она стискивает челюсть, опускается и надевает платье обратно, не произнося ни слова. Во взгляде мужчины лишь пренебрежение, он даже не опустил глаз, чтобы рассмотреть то, что ему предлагали.
Лера подходит к тумбе и видит чересчур пленительную сумму. Голос позади произносит:
— Завтра придешь на ужин, а потом я обеспечу твое исчезновение. Если не сделаешь как скажу, — берет угрожающую паузу, — найду.
Девушка уходит, Максим осматривается. Можно сказать, что ничего не вызывает в нем радости, интереса или восхищения. Вокруг лишь пресыщение, от которого уже тошно. Девушка громко хлопает дверью и он лишь презрительно усмехается.
Он выпивает напиток и покидает номер через пять минут после того, как его покинула Лера.
Соня
Утро было прекрасным. День обещал быть таким же, ведь что? Я возвращаюсь в универ! После “каникул”, которые мне устроил Максим, погружение в обычную рутину казалось мне чем-то увлекательным и добрым. Я с нетерпением ждала простого человеческого общения, объятий с подругой, пар с преподом, который вечно гундит.
Навеселе вошла и с предвкушением открыла дверь аудитории. Как всегда входящие лица оборачиваются на вошедшего, и если обычно я не обращаю на них внимания, то тут стало прям радостно.
Сразу увидела Леру. Странно правда, что с ней села Настя. Она же знает, что мы всегда вместе сидим.
Пока поднималась выше, вдруг заметила косые взгляды. Любопытство в глазах однокурсников, сопровождающих каждый мог шаг. Может что-то на лице? Подхожу к Насте с Лерой, согревает теплое чувство.
— Привет!
Даю Лере пять, но в ответ лишь высокомерный взгляд. Меня словно ошпарило кипятком. Да что происходит?
— Теперь точно уверена, это правда была она.
Поворачиваюсь. Чуть дальше сидит Катя, мы с ней мало общались, я толком ее не знаю. Это высокая блондинка, дочь какого-то чиновника и как по мне она чересчур зациклена на деньгах отца. Но о чем она говорит?
— Да, вот так девки и скатываются, — отвечает ей сидящий рядом однокурсник.
Непонимающе перевожу взгляд с одного на другого. Замечаю усмешки на некоторых лицах. Не смешно, мне становится крайне тревожно. Настя и не думает вставать, а Лера ничего ей не говорит. Я встречаюсь с ней взглядом и вижу какую-то злобу, устремленную прямо ко мне.
Что случилось за одну ночь? Вчера же все было прекрасно! Неужели Максим поссорился с Маратом и она злится на меня за это?
— Лер, — я теряюсь, но все-таки решаюсь обратиться к подруге. — Что происходит?
Вдруг дверь аудитории хлопает. Все снова смотрят вниз, там Богдан, как всегда веселый и беззаботный.
— Что это за собрание? — удивляется он, быстро перескакивая с одной ступеньки на другую.
Он подлетает к кругу, образовавшемуся вокруг меня. Смотрит с интересом. А у меня уже страх засел в груди. Может это шутка какая-то, прикол? Лера могла бы такое устроить.
— Привет, родной, — отвечает она. — Да так, обсуждаем новое открытие. Делимся мнениями.
— Оказывется наша Соня работает эскортницей, ты знал? — словно гром поражает меня Катя.
Ни у кого кроме Богдана это не вызывает удивления. Я сжимаю руки на ручке сумки. Смотрю непонимающе то на Катю, то на Леру. На обоих лицах улыбка. И презрение.
— Что за херь?
— А вот не херь, а правда. Я видела ее в Цуме с одним миллиардером, сначала глазам не поверила, даже сфотографировала их. Вот погляди.
Катя демонстрирует всем фотографию. Я отчетливо вижу себя и Максима на ней.
Богдан смотрит недоверчиво, читаю в его взгляде осуждение. Смотрю на Леру. Сердце бьется от страха, маленькое пространство вокруг давит, словно заставляет сжаться.
— Спросила вот у Ларской, Соня ли это. Так она то ее точно опознала, мы даже то платье у нее в шкафу сразу увидели и туфли. Наша бедняжка в эскортницы пошла, видимо, чтобы как-то ВУЗу соответствовать и нам.
— Да я сам это платье помню. Встретил ее как-то в нем, у самой их двери.
Смотрю в глаза подруги в поисках поддержки, но там лишь злость. Все внутри закипает, наворачиваются слезы от такого жестокого предательства. Один вопрос в голове — ЗА ЧТО? Пропасть в груди образовывает бесконечную тягучую пустоту.
Я броюсь к выходу, но за локоть меня хватает Богдан.
— Куда бежишь шлюшка? — смеется он, глядя на меня по-зверски. — Сколько ты стоишь? Прайс. Может я на ночь то приобрету.
Ком в горле. На меня обрушивается снежная лавина, которую я не могу выдержать. Она поглощает меня, не дает
