их на ночь, кванты. Последние всё равно перенимают образ мыслей своих биологических прототипов. И если те никогда не нуждались в критическом мышлении, то и их квантовые двойники не будут им обладать.
— Итак, — продолжаю я, — чтобы войти в Историю, нам нужно две вещи. Первая — бочки с порохом, а второе — то, в чём их можно везти. Кто знает, где их можно взять, желательно даром?
— В Тортуге! — Хором ответили несколько первых активистов с активной жизненной позицией.
— Но даром там не дают, — добавил местный атаман.
— И может возникнуть проблема, — продолжил самый, если судить по нику «Необходимая Лоботомия», мозговитый из братвы. — Тортуга пиратский рынок, так что…
— С этим никаких проблем, — быстро внёс ясность я, — во-первых они пираты, а значит легко продадут и верёвку для собственной виселицы, а во-вторых, конкретно этот порох будет использован против их спонсоров. Вы же не думаете, что без разрешения властей, пиратам разрешили бы плавать около городского порта? Тут одно из двух, или власти в доле, или торговцы сами нанимают пиратов, чтобы те топили конкурентов, но власть всё равно их терпит, а значит своё получает. Короче, не парьтесь. Как попасть в эту Тортугу?
…
Всё оказалось проще простого. Тортуга оказалась обычным форумом, несколько незаконным, чёрным пиратским рынком. Да, само словосочетание незаконный чёрный рынок напоминает тавтологию, но соответствует действительности. В Квантуме чёрные рынки были реализованы как часть игровой механики, но были и те, что её обходили. Там все договорённости достигались вне Квантового мира, в реальности, если конечно можно назвать реальностью квантовый Интернет.
Зачем это кому-то было нужно? Ну, на данном уровне нового мира, чтобы торговать в каком-то городе, нужно сначала в него приехать, потом зайти на рынок или в здание Аукциона… А можно просто разместить пост на нужном форуме, модератор связывался с нужным купцом в ближайшей локации, ты платил реалом сразу или золотом, при доставке товара.
Администрация закрывала на это глаза, поскольку препятствовать общению игроков в реале невозможно, да и пользовались этим только пираты и контрабандисты. А может это была специально оставленная опция, чтобы антисоциальные элементы проявляли свою антисоциальность такими безобидными способами. Кроме того, как только члены совета магов пройдут вторую эволюцию, то первым делом забабахают единую банковскую систему и тогда эти ухищрения станут не нужны.
Кстати, когда эти маги возьмут третью эволюцию, то смогут подключить банки и биржи планеты к общегалактической системе. Именно потому, что маги управляли потоками информации через свои порталы, все высшие банкиры происходили из пространственных магов. Или из высших вампиров. Хотя вампиризм не давал никаких бонусов в банковском деле, но это была давняя, говорят, ещё до-квантовая традиция.
Я выбрал оплату золотом и через пару часов около главных восточных ворот нас — меня и Лоботомию (которого я сразу начал называть Лобо), ждал бэушный фургончик (наверняка в угоне), запряжённый двумя овцебыками, с 40 маленькими бочонками чёрного пороха. За всё про всё, я заплатил 90 золотых. 9000 кредитов — моя двухнедельная зарплата.
И вот, мы въезжаем на мост. Впереди и сзади повозки торговцев — симуляция, симуляцией, а торговая система вполне реальна — всё, что могут использовать игроки производится самими игроками и только из ресурсов, добытых игроками. И самая реальная часть экономики — налоги, собираются с торговцев прямо на воротах, стражами. Поэтому очередь двигается так неспешно, и потому на всех мостах с утра всегда пробки.
Лобо, оказавшийся ниндзей, заканчивает наклеивать бумажные печати огня на бочонки с порохом. Печати, в этом смысле, удобнее бикфордова шнура, поскольку позволяли взорвать все бочонки одновременно, а не так, что один подрывает все остальные. Разница может и минимальна, но у нас самый низкопробный порох из всех возможных. Он даёт больше дыма, чем ударной волны, так что одновременный подрыв, как я надеюсь, создаст необходимую для хорошего взрыва синергию.
— Готово, — Лобо протягивает мне печать детонатор — за каждую я заплатил ему по серебряному. Сначала я пытался растолковать ему, что благородное дело не может быть оценено в презренном металле, но он оказался циником и заявил, что террора без финансирования не бывает. Ну прав, конечно.
Дальше, как мы и договаривались, он уходит в стелс, спрыгивает и отходит на позицию с хорошим обзором для съёмки нашего заявления. А я продолжаю свой медленный путь. Может, после сегодняшнего события, они что-то придумают, чтобы убрать пробки? Если так, то мне будут благодарны все торговцы Гондорстана. Наконец, подъезжаю к воротам. Вынимаю из ножен полутораручный меч Хрома и кладу рядом.
Ко мне подходит стражник — можно назвать его и рыцарем, за полный, усиленный магией комплект доспехов, оставлявший открытым одно лицо, от бровей до подбородка, но не хочется. Рыцари это кодекс чести, дамы с платочками и турниры, а стража, это взятки, коррупция и наезды. Им платили так мало, да ещё и заставляли оплачивать служебную броню и оружие, что других причин, почему так много людей хотели стать городскими стражниками, не было.
На форумах говорили, что один пост у ворот столицы для рядового стражника стоит 1.000 золотых (это то, что он должен заплатить, а не ему) и в придачу, он должен каждый день отдавать своему командиру ещё сотню. С другой стороны, если бы они оставались в минусе, то очередь на этот пост не была бы такой длинной. Опять-таки по форумным слухам, одно место в первой десятке этой очереди стоит порядка 10.000 золотых. И это, только касательно рядовых стражей. Все офицерские должности распределялись между самыми могущественными городскими кланами. Постороннему с улицы в эту тусовку не попасть.
— Кто такой, что везёшь, запрещённые товары есть, а если найду? — на одном дыхании спрашивает страж.
До ворот ещё пять метров, ещё три, и я войду в зону действия хрустальной сферы. Мой ник скрыт, но это пока не вызывает сильного подозрения. Мало ли какие враги у торговца, а сфера всё равно выявит и статус, и репутацию, и полный ник.
— Я Гай Фокс и привёз вам свою поэзию! — Бодро отвечая, смотря на него с высоты повозки, сидя на козлах которой, я гораздо выше его. — Вот послушайте:
Помню не зря пятый день ноября
