Внезапно его внимание привлекло мерцавшая над журнальным столиком сфера. Стоило ему обратить на нее внимание, как воздух внутри нее задвигался и в сфере показалась голограмма Милли.
— Я буду краткой, братишка. Кто-то в нашей семейке должен же работать? Так что наслаждайся тишиной — а все рабочие проблемки я беру на себя.
— Сдрейфила? — он ухмыльнулся.
Милли только вздернула свой аккуратный носик и продолжила:
— Сандро со своей новой игрушкой уже укатил восвояси, а я тоже уехала.
— Одна? — сарказм так и лился из него.
Милли снова проигнорировала его.
— Там, в пакетике, — ее пальчик показал вниз, и Аркх действительно увидел большой бумажный пакет, — мой подарочек Тассе. Будь человеком, не заглядывай и передай ей.
Вжик, и сфера потухла.
Почесав макушку, Аркх с недоверием смотрел на пакет. Ага, будь человеком. Щаззз… И он открыл пакет. Бутылочка сока. И в красивой прозрачной коробочке пироженка. С вишенкой. И в чем подвох? И кратенькая записка: «Тассе от Милли».
Ну, ладно. Пирожное, так пирожное.
Пункт три решился сам собой. Теперь главное, чтобы новые родичи не пожаловали.
— Барьер, что ли поставить? — размышлял Аркх, а сам отправился организовывать романтик. Сейчас нужно в любой момент быть готовым к встрече с Тассей, а с садовниками он разберется чуть попозже.
Тассю разбудили доносившиеся с улицы звуки. Повернувшись к окну, она с удивлением заметила, что ночевала в незнакомой ей комнате. Потихоньку встала и на носочках подошла к окну. Двор тот же, но комната другая… На подъездной дороге к дому творилось нечто необычное. Из небольшого грузовичка люди в ярких комбинезонах несли украшенные зеленью и цветами арки, вазы с огромными букетами. Не успели цветочники отъехать, как во двор вьехал фургон с надписью «Булочная «Пани Безе». И пара девушек в кокетливых юбочках и белых фартуках куда-то понесли оромные блюда с выпечкой.
Пустой желудок голодно заурчал и Тасся, все так же на цыпочках, отправилась к выходу. Выглянув в коридор и никого не обнаружив, она пошла смелее. Столкнувшись возле своей комнаты с горничной, выносившей ворох белья, она покраснела.
Она вспомнила, как ворвалась в комнату в самый горячий момент. Страстная парочка, оккупировавшая ее кровать, даже не заметила ее внезапного появления. Вид обнаженных, страстно сплетающихся тел еще долго будоражил ее воображение. И в душе, когда она смывала с себя зловонную жижу, и затем во время чувственной мелодрамы, которую она случайно включила по ти-ви. Ее сердечко замирало каждый раз, когда она видела фигуру высокого мужчины, так щедро отданного ей в женихи. Его каждый случайный взгляд, брошенный на нее, заставлял в животе порхать бабочек. А нечаянные прикосновения обжигали кожу до самых косточек.
Вот только на него ее чары, похоже, не действовали. Нельзя привязывать к себе кого-либо против воли. Так что, нужно признать, все ее жалкие попытки очаровать красавца были тщетны.
Она сегодня же сообщит ему о том, что ее амнезия давным — давно уже прошла. И освободит его от навязанной ему связи. А Велма поможет ей в этом.
Глава 26. Прощание
Приняв душ, Тасся открыла шкаф и с сожалением посмотрела на висевшую на вешалках и аккуратно сложенную на полочках одежду. На многих из вещей еще были этикетки и ей, вероятно придется отказаться от них. Она так и не успела отработать их стоимость. А ее очень кратковременное пребывание на работе закончилось полным провалом. Решив, что сегодня не повод излишне шиковать или наряжаться, Тасся выбрала так полюбившиеся ей джинсовые шортики и простую белую блузку. Блуза была слишком простой и широкой на нее, и скромно украшена лишь тоненькой полосочкой нежного кружева. Ну, и конечно, ее любимое кружевное бельишко.
Настроения мудрить с внешностью не было, поэтому золотистые волосы заплела в простую косу-колосок. И все. Внимательно посмотрела на себя в зеркало и решила, что получилось скромненько и совсем не вызывающе.
Ножки впорхнули в кожаные сандалии, и Тасся вышла из пока еще своей комнаты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Медленно она шла по дому к выходу на терассу, останавливаясь и рассматривая предметы интерьера так, словно именно в этот момент это было очень важно для нее.
Таким образом, она добралась и до журнального столика, на котором стоял красочный бумажный пакет. Ее одолело любопытство и, не удержавшись, она заглянула вовнутрь. Большая бутылка сока, нежное пирожное и записка. Прочитала, и даже прослезилась от нахлынувших чувств.
Вероятно после сегодняшнего ее решения, ее новоприобретенная подружка не захочет с ней общаться. Еще накануне, весело болтая, Милли поделилась с Тассей рецептом ее любимого напитка — апельсинового сока с шампанским. И пообещала угостить. И вот оно, прощальное угощение.
Чтобы приободрить себя, и набраться храбрости перед объяснением с, чего уж таить, мужчиной ее мечты, открутив крышку у бутылки, Тасся сделала аккуратный глоток. Так и есть — сок с шампанским. М-м-м-м, вкусненько. Как раз то, что ей и нужно было — шампусик с соком на голодный желудок слегка поднял ей настроение и очень даже расслабил.
Такой и увидел ее Аркх, отпускавший в тот момент домой последнего из слуг.
Она стояла на высоком пороге — маленькая, юная и очень трогательная. Нежный румянец покрывал высокие скулы. Тасся забавно пыталась откусить кусочек пирожного так, чтобы не зацепить вишенку на самой верхушке крема. Так пыталась, на ходу спускаясь со ступенек, что, естественно, оступилась. Неловко подвернув ногу, она все-таки устояла на ногах, а вот носик был потешно испачкан кремом.
— Замри! — услышала девушка и подняла голову.
Ей и не нужно было давать такую команду. Вид медленно приближавшегося к ней мужчины и без того заставил ее замереть. Высокий, широкий в плечах и узкий в бедрах, он был опасен. Опасен, словно дикий зверь. Особенно опасен для ее сердечка, которое вот-вот готово было выпрыгнуть из груди. И наверняка разобьется после того, как она своими же руками оттолкнет его.
Его черные глаза не отпускали ее. В них светилась синими искрами улыбка и что-то еще. Почему же тогда ей так хотелось плакать? Терпкий пряный запах кедра окутал ее, стоило мужчине подойти поближе. Он был намного выше девушки, так что взгляд ее уперся в темный волосок, выглядывавший из расстегнутой светлой рубашки.
Он наклонился. Тасся уже чувствовала его теплое дыхание и закрыла глаза. Поцелует. Последний разок… Что-то тронуло ее за нос и сердечко пропустило один удар.
А где же поцелуй?! Тасся открыла глаза и возмущенно посмотрела на него. Пальцем он смахнул крем с ее носа и в этот самый момент кончиком языка слизнул его.
— М-м-м-м, сладенькая.
Конечно же он видел, как действует на нее. И это не могло не потешить его. И не просто потешило, а сделало его просто счастливым.
— Замри, — еще раз бархатно приказал он и легко подхватил девушку на руки, не спуская с нее взгляда.
— Слуги увидят, — прошептала Тасся.
— Я их прогнал.
— Родня увидит, — еще тише сказала она.
— Никого нет. Мы одни.
И, сопровождаемый ее судорожным вздохом, понес ее вглубь сада.
— Я хочу тебе что-то сказать…
— Потом скажешь.
— Я все вспомнила.
— Я знаю.
— В смысле? — Тасся перешла с шепота на возмущенный вскрик.
— Коромысло… Поаккуратнее с пирожным. Ты что, пила?
Он принюхался, повел носом и с укором подтвердил:
— Пила.
— Только сок, — и покраснела.
— Ага, я так и подумал.
— Я хотела тебе сказать…
Прохлада и полумрак старого сада внезапно отступили. На самом краю огромной поляны Аркх опустил ее на землю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— … что нам нужно расстаться… Ох!
На мгновение он замер, а затем прижал ее к себе спиной, руками крепко обнимая за талию Широкая ладонь легла ей на живот и обжигая, мешала и думать, и говорить.
Не позволяя ей ни шелохнуться, ни шага ступить, продолжая обнимать, склонился к уху и таким многозначительным шепотом прошептал, что каждый волосок на ее теле встопорщился:
