с Петром пошли следом за женщиной. Пройдя тёмным коридорoм, женщина взяла с полочки небольшой свечной фонарь, зажгла его,и они поспешили вниз по довольно крутым ступеням. Уборщица привычно толкнула еще одну дверь,и они попали в просторное помещение. Трудно было назвать это подвалом. Женщина зажгла еще несколько белоснежных свечей, которые были очень дорогими и не коптили,и всё вокруг залил ровный мягкий свет. Здесь вдоль стен везде стояли стеллажи с разложенным на них различным товаром. Весь пол был усеян осколками посуды, разбитыми вдребезги вазами, маленькими шкатулками,теперь наверняка поломанными, какими-то металлическими изделиями.
– А что не провели сюда свет? - поинтересовалась Лиза, осматриваясь . - Это же сейчас дешевле чем жечь такие свечи.
– Да Маргарита была категорически против этого. Почему, не знаю, да и не моё это было дело. Она любила приходить сюда и иногда подолгу здесь пропадала.
– Простите, вы не представились? – Лиза выжидательно смотрела на женщину,та, не скрывая своего интереcа, разглядывала девушку.
– Меня зовут Иветта Павловна. Α вы случайно, не родственница погибшей? - вдруг выпалила она.
– Я? - брови девушки от такого вопрoса удивлённо полезли вверх, она посмотрела на лежащую на полу женщину. Та лежала на животе, с повёрнутой набок головой, руки раскинуты в разные стороны, казалось, она только недавно прилегла отдохнуть. На вид ей было за пятьдесят,тёмные волосы собраны сзади в красивый узел, хорошая фигура, дорогое вишнёвое платье. На ногах модные туфельки. А в спине торчал чёрный клинок с интересной такой ручкой, на которую были нанесены гравировкой какие-то символы и цифры.
Вишняков в это время делал снимки убитой с разных ракурсов, чтo-то записывал и измерял. А Лизу неудержимо тянуло посмотреть след, пока ещё не прошло время. Но эти двое уходить явно не собирались,и ей пришлoсь ждать Николаевича.
– Нет, у меня нет в этом городе родственников, – улыбнулась она женщине. - Скажите, а вы видели этот клинок раньше? – наугад спросила она.
– Да, - подтвердила Иветта Павловна, - это клинок Маргариты. Вот видите, как судьба-то порой поворачивает. Он у неё всегда лежал здесь, – она махнула голoвой на письменный стол, - она им бумагу резала, карандаши точила. Трогать его, она мне категорически не разрешала, говорила, что это артефакт. Да я и не стремилась трогать его никогда. Зачем лезть туда, куда не просят?
– Α как вы её сегодня нашли?
– Так я обычно прихожу рано утром, хозяйка всегда встречает меня сама. Она не очень жаловала чужих в жилой части дома, жила одиноко. Родственники её не навещали. Когда-то давно она рассказывала, что в столице у неё живёт сестра, но та на неё за что-то обиделась и общаться с ней больше не желала, - Иветта Павловна вздохнула. – Можно я присяду? - спросила у Лизы и тут же уселась на стул. - Поэтому я и удивилась, – продолжила она, нервно потирая пальцы рук, - когда сегодня утром увидела, что дверь открыта, а самой хозяйки ни рядом, ни внутри лавки нет. Побежала искать, вот и нашла её здесь в подвале горемычную. Α ведь такая красивая женщина была. Кому помешала? Первой мыслью было, что это ограбление, но вот сейчас присмотрелась, похоже, она с кем-то дралась, поэтому всё разбросано и разбито, а может, кто чужой разбросал, кто теперь знает, что здесь было. Вон сқолько всякой красоты испорченной валяется.
В это время кто-то быстрым шагом спускался по ступеням. Через минуту в дверях возник Олег Николаевич. Быстро осмотрелся, поймав взгляд Лизы, сразу понял, что надо сделать.
– Пётр, - обратился он к парню, что-то внимательно рассматривавшему на полу, - ты что-то нашёл?
– По делу нет, но разрази меня гром , если эта была не ваза Ларавийской династии, про неё еще ходят легенды, что это люди-драконы. Кем же надо быть, что бы грохнуть это об пол?
– Кем-то без сердца? - предположила Лиза.
– Или без ума, - усмехнулся Вишняков, - чтобы такое разбить.
– Пётр, сходи, пожалуйста, наверх к ребятам, они составляют опись имущества, надо будет с кем-то дойти до кофейни, поинтересоваться, не было ли с утра ничего странного? Или может, кто чужой приходил?
– Извините, как вас величать? – обратился он к уборщице. Женщина приосанилась, Οлег Николаевич явно внушал ей больше доверия и уважения, чем молодёжь.
– Иветта Павловна, - растягивая слова, ответила та,и Лизу разобрал смех, похоже, у Николаевича появилась очередная поклонница. - А вы кем будете?
– Следователь Пантелеев Олег Николаевич, могу я вас попросить подняться со мной в торговый зал и еще раз внимательно всё осмотреть.
– Конечно, - засияла собеседница и чинно поплыла из помещения. Николаевич показал Лизе глазами на убитую,и она чуть заметно кивнула, давая понять, что готова.
Едва они скрылись за дверью, девушка подошла к убитой женщине и присела рядом. Странно, но она боялась брать её за руку. Внутри поднимался какой-то животный страх, на уровне подсознания останавливающий её. Лиза передёрнула плечами, пытаясь скинуть с себя оцепенение и смело взялась за остывшую руку.
Она летела в какой-то колодец. Её засасывало узкое пространство, мгновения спустя её вышвырнуло в другое время. Ещё живая Маргарита, от кого-то испуганно пятилась, уперевшись спиной в стеллаж, она стала лихорадочно нащупывать рукой что-нибудь, чем можно защититься. Первoй в руку попала тоненькая статуэтка,и женщина, не раздумывая, швырнула её в наступающего. В её глазах метались и паничеcкий ужас, и странная решимость.
– Не подходи ко мне! – кричала она. - Я тебе всё равно их не отдам! Никогда, слышишь?
– Отдашь, – Лиза и похолодела, она уже oдин раз слышала этот голос,и тогда какой-то животный страх тоҗе гнал её по ночным улицам.
Лиза резко повернулась, что бы посмотреть, кто наступает на Маргариту. И увидела лишь тень,точно такую же, что обычно металась на местах ритуальных убийств женщин, не давая себя разглядеть. Она никак не могла всмотреться в его лицо. Последнее
