Смит удивленно поднял брови. Что за тон позволяет себе этот Кларк? Но было в характере прибывшего что-то такое, что заставляло подчиняться ему. Авторитет майора и его самоуверенность покоились на служебном положении, а не на личных качествах. Природная грубость Рэда Фокса сломала привычные майору условности, и Смит оказался перед ним бессилен. Адамс сочувствовал майору и вместе с тем презирал его.
— Быстро восстановить форт нет возможности, ведь поблизости нет леса, — ответил майор так, будто бы перед ним был начальник.
— Встреча произойдет еще не так скоро, — заверил Фокс. — Вы думаете, просто отыскать в прерии этих дакотов? Край немалый…
— Токей Ито и Ситтинг Булл… — как бы про себя проговорил Смит. — Действительно, недели нужны, чтобы найти их…
— Уразумели? Хорошо. И вот что я вам посоветую: ищите обоих в районе Блэк Хилса. Скорее всего там-то вы их и найдете!
— Да, я согласен с тобой, Фред Кларк! Значит, утром ты отправляешься, чтобы доставить эти приглашения?
— Я? Нет, я не такой дурак. Полковник Джекман поручил мне другие дела. Пошлите Тобиаса. Он знает язык дакотов.
— Краснокожего? Это рискованно. — Смит снова принялся складывать письмо. — Любопытное сочетание, — сказал он, — могущественный жрец целого племени и молодой вождь небольшого рода! Не будет ли это оскорбительно для Ситтинг Булла? Может быть, вместо этого главаря разбойничьей шайки пригласить какого-нибудь влиятельного человека… Крези Хорса или Рэда Клоуза?
— Вы слишком много возомнили о себе на этой куче пепла! — ответил Фред Кларк. — Уж не думаете ли вы, что Ситтинг Булл так к вам сюда и пожалует? Его имя — это украшение послания, оно придает ему вес. Явиться должен мой друг Гарри, вождь рода Медведицы. Нам не нужны знаменитые вожди, от которых все равно ничего не добьешься. За столом переговоров гораздо сговорчивее вожди рангом помельче. Подпои их, они и подпишут договор о передаче своих земель.
— Но ведь известно, что Гарри не пьет.
— Вам ли меня учить обращаться с краснокожими! С Гарри справлюсь я сам! Один! Можете об этом не беспокоиться.
Смит вложил письмо в конверт.
— Тогда я вручу эти послания Тобиасу.
— Вам следует содержание перевести на язык картинок. Это сумеет сделать Тобиас. Джекман приедет через несколько недель и, разумеется, лишь когда вы восстановите форт. Не собираетесь же вы испечь полковника в золе, как рыбу?
— Полковник и в самом деле сам прибудет сюда? — спросил Смит, не обращая внимания на насмешку. — Впрочем… да, в письме сказано, что полковник самолично собирается вести переговоры. Что ж, нам придется поспешить со строительством.
— Хорошо. Договорились. Я уезжаю.
Такая поспешность была странной. Удивительно было и то, что Рэд Фокс отважился здесь появиться. Он словно уверовал, что флажок парламентера спасает его от дакоты.
Рэд Фокс забрал коня и пошел с ним туда, где Адамс с Томасом и Тэо уничтожали свой скудный ужин.
— Хэлло… — приветствовал он Адамса. — Все еще в этих краях? Не хочешь ли хорошо заработать?
Адамс взглянул на Рэда Фокса, отрезал себе еще кусок совершенно затвердевшей колбасы, сунул его в рот и лишь тогда пожал плечами.
— Зачем? — только и спросил он; к чему кому-нибудь еще знать, какая буря гнева и ненависти поднялась в нем, когда он во второй раз услышал эти слова: «не хочешь ли хорошо заработать». Да, во второй раз. Адамс еще очень хорошо помнил тот вечер на форту Сент Пьер, когда впервые увидел Рэда Фокса. Адамс пытался там получить в долг денег у богатого торговца, но ничего не добился. Когда же он вечером, раздосадованный неудачей, пропустил несколько кружек виски, тут-то к нему и подсел Рэд Фокс. «Не хочешь ли хорошо заработать?»
— Зачем? — повторил за Адамсом Рэд Фокс. — Затем, что, думается, тебе бы не помешала хорошая пачка долларов!
Адамс опять пожал плечами.
— Есть тут у меня хорошенькое дельце, — где отставал Рэд Фокс, несмотря на уклончивость Адамса. — Верное дело. И нужно несколько крепких парней. Ну, что ты на это скажешь?
— Опять хочешь кого-нибудь укокошить?
Рэд Фокс усмехнулся:
— Это произвело такое впечатление на твою тонкую натуру? Нельзя быть таким чувствительным, так ты далеко не уедешь. Я думаю заняться торговлей, отличной торговлей. Идем со мной?
— Чем же ты собираешься торговать? На мехах не заработаешь. Это дело в руках Меховой компании.
— Спасибо за разъяснение. Какой рассудительный! Мне кажется, ты просто стал нерешительным. Бери-ка коня да поехали! А?
Адамс смерил Рэда Фокса взглядом.
— Нет, — сказал он.
— Ну и пропадай тут холуем при офицерах! Меня ждет кое-что получше! — Рэд Фокс вскочил на коня, рванулся галопом и исчез в сгущающихся сумерках.
Пока ужинали и назначали ночной дозор, исчез Тобиас. Никто не знал, куда он уехал. Вернулся он на следующий день к полудню. Где он пропадал, от него было не добиться.
— Этот индсмен заслужил палок, — сказал майор. — Ему не пошло на пользу, что я отменил после пожара назначенное наказание. — И майор сам ударил индейца по спине суховатой дубиной.
Тобиас не произнес ни слова, ни один мускул не дрогнул на его лице. Когда гнев майора остыл, индеец пошел к лошадям, завернулся в одеяло и, казалось, заснул.
Адамс лег, но долго не спал. Рэд Фокс не выходил у него из головы. Раз уж этот бандит появился здесь, значит, затеял крупную игру, иначе бы он не рисковал. Адамсу было ясно, что у Рэда Фокса две цели: разбогатеть и уничтожить Гарри, единственного человека, которого он боялся. По-видимому, он хочет решить сразу две задачи. Но удастся ли ему заманить молодого вождя на переговоры? И что за торговлю он затеял? Самое выгодное сейчас — незаконная продажа оружия борющимся за свои земли индейцам. Ни для кого не секрет, что индейцы стреляют из отличных ружей. Да, торгаши опять гребут деньги! Вероятно, одна сделка принесет больше, чем стоит вся ферма Адамса. Уж не пойти ли с Рэдом Фоксом?
Нет, Адамс ненавидел наглецов и насильников, этих молодчиков с тяжелыми подбородками. И снова мысли сына фермера обратились к молодому вождю. Он и сам себе не мог признаться в том, что этот индеец произвел на него особенное впечатление. Адамс девятнадцати лет оставил ферму отца, теперь ему было двадцать два. Гарри, по его подсчетам, было двадцать четыре. Вот уже два года, как он вернулся к своим и руководит теперь родом Медведицы в безнадежной борьбе. Несмотря на их храбрость, дакоты будут разгромлены. Они не умеют ни починить плуга, ни сделать ружья. Судьба их предрешена.
Так же как и Адамсу, индейцам придется рассчитаться с родителями. Их загонят в какую-нибудь резервацию и будут там муштровать. Мир создан для немногих избранных, а всем прочим дай бог отмучаться свое и спокойно умереть.
