Вешая трубку, Габриэль чувствовала легкую дрожь во всем теле. С годами она привыкла относиться к предсказаниям матери с легкой долей иронии. Впрочем, бывало, что они с пугающей точностью били в десятку.
Габриэль опять обернулась к раковине, напомнив себе, что мама когда-то предсказывала воссоединение Сонни и Шep, Дональда и Айваны, Боба Дилана и Джоан Баэз. Видимо, когда речь шла о романтических связях, экстрасенсорные способности уводили Клер в сторону.
Вот и на этот раз мама что-то напутала. Габриэль не нуждалась в страстном темноволосом любовнике. Джо Шанахан был для нее твердолобым копом, и воспринимать его как-то иначе она не желала.
Однако этой ночью она впервые увидела его во сне. Ей приснилось, что он пришел к ней в спальню и посмотрел на нее пристальным взглядом своих карих глаз, приподняв уголки губ в дразнящей усмешке. На нем не было ничего, кроме облака насыщенно-красной ауры. Проснувшись утром, она долго не могла решить, что это было — самый эротичный сон в ее жизни или жуткий ночной кошмар.
Глава 8
Безусловно, это был кошмар.
Когда на другое утро Джо вошел в «Аномалию» в своих потертых джинсах и футболке с рисунком, все тело Габриэль запылало. Она нарочно надела на работу зеленое с черным кружевное платье, потому что в нем было удобно, но в тот момент, когда их глаза встретились, ее бросило в жар. Пришлось уйти в ванную и приложить к щекам холодные бумажные полотенца. Глядя на него, она невольно вспоминала свой сон: как он ее ласкал и какие слова шептал. .
Она пыталась заняться делом и прогнать мысли о Джо, но четверг, в их салоне обычно тянулся медленно, и сегодняшний день не был исключением. Она выжала в металлическую плошку несколько капель апельсинового и розового масла и зажгла под ней свечу. Как только торговый зал начал наполняться цитрусовыми и цветочными ароматами, хозяйка салона принялась разбирать витрину с хрустальными фигурками нимф и бабочек. Работая, она краем глаза следила за Джо, который шпаклевал дырки на дальней стене, оставшиеся от передвинутого вчера стеллажа. Ее взгляд поднялся по его спине к затылку, и она мысленно зарылась пальцами в его волосы. Ощущения были очень реальными, ho, разумеется, все это было просто фантазией, и она корила себя за то, что позволила глупым мыслям вывести себя из равновесия.
Словно загипнотизированный, Джо обернулся через плечо и поймал ее пристальный взгляд. Габриэль быстро отвела глаза и взялась стирать пыль с резвящейся нимфы, но щеки ее предательски зарделись.
Кевин, как обычно, почти все утро просидел в кабинете за закрытой дверью, беседуя с поставщиками, оптовыми продавцами и занимаясь прочими делами. По четвергам Мара не работала, и Габриэль со страхом сознавала, что ей придется общаться с Джо один на один. Чтобы успокоиться, она глубоко дышала и старалась не думать о долгих часах, которые ей предстояло провести в компании с детективом.
Поверх витрины с хрусталем она смотрела, как он выдавливает на шпатель шпаклевку из тюбика, и пыталась угадать, какой тип женщин привлекает такого мужчину, как Джо: красавицы атлетки с худыми жесткими телами или мягкие домохозяйки, которые пекут булочки и вяжут шарфы? Она не относилась ни к тому, ни к другому типу.
К десяти часам нервы ее более-менее успокоились. Дырки были зашпаклеваны, и ей надо было придумать для Джо другую работу. Они решили заняться полками в подсобке. Ничего сложного. Всего лишь фанера толщиной в три четверти дюйма, скрепленная тяжелыми металлическими уголками.
Посетителей не было, и она показала Джо подсобное помещение, немногим больше ванной. С потолка свисала единственная лампочка в шестьдесят ватт. Если посетитель войдет в салон через парадную дверь, в задней части зала прозвенит колокольчик, и она услышит.
Вдвоем они сдвинули в сторону упаковочные коробки и пенопласт. Джо спустил свой ремень с инструментами на самые бедра и протянул ей конец металлической рулетки. Габриэль села на корточки и. приложила его к углу.
— Можно задать тебе один личный вопрос, Джо?
Он встал на одно колено и протянул другой конец рулетки к противоположному углу, потом взглянул на Габриэль. Его глаза скользнули вверх по ее руке и задержались на груди. Габриэль посмотрела вниз, на свое платье, и увидела, что лиф спустился, явив жадным взорам Джо ложбинку на белоснежной груди и черный кружевной бюстгальтер. Она прижала лиф свободной рукой и выпрямилась.
Ничуть не смущаясь, Джо наконец-то поднял глаза к ее лицу.
— Задать можно, но это еще не значит, что я отвечу, — сказал он и написал что-то карандашом на стене.
Габриэль и раньше ловила на себе откровенные взгляды мужчин, но у тех хотя бы хватало совести устыдиться.
— Ты когда-нибудь был женат?
— Нет. Правда, однажды чуть было не женился.
— Ты был помолвлен?
— Нет, но подумывал об этом.
Ну, подумывать — не в счет, решила Габриэль.
— И что же случилось?
— Я хорошенько разглядел ее мамашу и удрал как черт от ладана. — Он опять взглянул на нее и улыбнулся, как будто и впрямь сказал что-то смешное. — Можешь отпускать. — Тонкая металлическая полоска мерной ленты просвистела вдоль стены и со щелчком смоталась в коробочку, ударив его по большому пальцу. — Черт!
— Ой!
Ты это нарочно!
— Ты ошибаешься. Я пацифистка, но, признаться, подумывала об этом. — Она встала, прислонившись плечом к стене, и скрестила руки на груди. — Готова спорить, что ты из тех разборчивых парней, которые мечтают, чтобы их жена готовила, как заправская повариха, и выглядела, как супермодель.
— Я не хочу, чтобы моя жена выглядела как супермодель. Вполне достаточно, чтобы она была в меру привлекательной. И чтобы никаких длинных ногтей! Меня пугают дамы с огромными когтями. — Он опять улыбнулся, на этот раз едва заметно. — Самое страшное зрелище — это когда такие кинжалы приближаются к гениталиям.
Габриэль не стала спрашивать, испытал ли, он нечто подобное на собственном опыте. Ей не хотелось этого знать.
— Но насчет поварихи я права, не так ли?
Он пожал плечами и растянул мерную ленту по стене до потолка.
— Это для меня важно. Я не люблю готовить. — Он помолчал, снимая измерения, и записал их рядом с первыми. — Я не люблю ходить по магазинам, стирать и убирать. Все эти вещи обычно охотно делают женщины.
— Ты серьезно? — Он казался совсем нормальным человеком, и все же в какой-то момент жизни его развитие приостановилось. — С чего ты взял, что женщины охотно стирают и убирают? Ты, наверное, удивишься, узнав, что мы не рождаемся с биологической предрасположенностью к тому, чтобы стирать носки и драить туалеты.
