Девушка обошла мою кровать и встала с левой стороны, в руках она держала планшет. Белый халат, копна черных волос, красивые очертания лица — не перестаю удивляться, как такие женщины могут попасть в такое место?
— Давайте сначала познакомимся? — спросил я.
— Меня зовут Ирина Владимировна, — произнесла девушка. — Я дежурный врач.
— Анатолий, — встрял в разговор напарник. — Боюсь, нас не успели познакомить, я его коллега, вызвавший скорую помощь.
— Кто вас пустил в палату? — строго спросила Ирина.
— Простите, не видел запрещающих вход знаков, — виновато улыбнулся напарник.
— Что вы как маленький? — продолжила врач. — Или, по вашему, в больнице можно спокойно разгуливать кому не попадя? Есть же часы приема!
— Так ведь я по служебной необходимости, — сказал Анатолий и начал судорожно искать что-то в заднем кармане джинсов. — Вот, смотрите!
— Служебная необходимость говоришь? — сказала Ирина, взглянув на удостоверение полицейского. — Улицы иди патрулируй, детектив недоделанный!
— Зачем так грубо? — в тоне напарника была явно слышно поддельная обида.
— Да потому! — начала было врач, но тут резко сменила тон. — Простите, выдался трудный день… Думаю, что ничего страшного, если вы останетесь. Но ради всего святого, оденьте хотя бы бахилы!
— Точно, совсем забыл! — напарник стукнул себя ладонью по лбу и направился к выходу из палаты. — Сейчас вернусь.
— Он бывает надоедливым, — сказал я Ирине, как только Анатолий скрылся из вида. — Мне хватило меньше суток знакомства, чтобы понять это.
— Он… молодец, — ответила врач, улыбнувшись. — Хороший у вас друг.
— Знаю.
Мне в голову пришла мысль — как бы поступил я в такой ситуации, когда едва знакомый человек падает в обморок и не приходит в себя? Вызвал бы «скорую», это понятно, но дальше что? Вряд ли бы я поехал вместе с ним в больницу, не смотря на целый день знакомства… Не могу понять одного — зачем это понадобилось Анатолию? Хочет показать, каким он может быть хорошим другом? Что слово «напарник» для него не пустой звук? И почему мысль о том, что он просто хороший человек пришла мне последней?
— Марк, я ни как не могу понять, что с вами происходит, — сменила тему Ирина. — Все показатели в норме, болезней не обнаружено. Завтра с утра сдадите еще несколько анализов, может тогда все станет ясно.
— Я знаю и так что мной, доктор. Не надо никаких анализов.
— Какое то наследственное заболевание?
— Точно, — я улыбнулся. — Передали по «наследству».
— Может, тогда расскажите? Закажем вам необходимые лекарства, начнем курс лечения.
— Лечения? Вы серьезно? — тут я уже не выдержал и расхохотался. — Может, есть какие-нибудь «святые» таблетки?
— Вы находите это смешным? Поймите, если вы скажите мне, что с вами такое, то я смогу оперативно начать вас лечить, проведя конкретные анализы!
— Ирина, я вам очень благодарен за все, но давайте сделаем вид, что меня доставили к вам с алкогольным отравлением и вы отпустили меня домой, как провели необходимые процедуры, — ответил я и попытался встать с кровати.
— Никуда я вас не отпущу! — сказала врач и с силой надавила мне рукой на грудь, не давая тем самым мне занять сидячее положение. — Я доктор, пока в моих силах что-то изменить — я буду стараться сделать это!
— Всем бы такое рвение, как вам, — мягко сказал я. — Как вы оказались здесь?
— Извините, но это не ваше дело!
— Знаете что? Давайте поступим следующим образом, я расскажу вам, что со мной, только если вы расскажите мне как сюда попали.
— Шантажист! — грозно заявила она. — Я ему пытаюсь помочь, а он условия еще ставит!
— Как знаете, — я резко встал, чтобы она не успела придержать меня руками. — Где моя одежда?
— Черт с вами! — в сердцах сказала она. — Лягте только обратно.
— Сразу бы так, — улыбнувшись, я занял прежнее положение. — Так как вы сюда попали?
Не понимаю, что на меня нашло, но мне очень хотелось узнать ее историю. Если честно, я бы и так рассказал ей что со мной, опуская «некоторые» подробности. Как знать, может именно Ирина найдет способ лечения от «перенасыщения» чужими грехами, тем самым спася многие «жизни». Конечно, если таковой способ вообще существует в этом мире.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ирина села на стул, положив планшет себе на колени.
— Косвенное убийство, — после этих слов ее глаза слегка намокли, невооруженным глазом это «слегка» очень трудно заметить.
— Насколько я понимаю, косвенное убийство заполняет деление всего процентов на пятнадцать, не могло же оно быть причиной пересечения черты.
— В совокупности с остальными грехами? Очень даже, — врач отвернулась от меня, пытаясь незаметно вытереть слезы. — Мой… Пациент… Я проводила операцию на сердце… рука дрогнула, задев скальпелем вену…
— Простите, — теперь я чувствовал за собой вину, что затронул настолько деликатную для Ирины тему. Сколько раз жизнь меня учила — если человек не хочет о чем-то говорить, то не стоит даже пытаться начать разговор, он неизвестно к чему может привести. В данном случае мы пришли к истерике.
— Зачем вы спросили меня об этом?!
— Я не хотел вас обидеть или задеть, — угрызения совести все нарастали. Поразительная способность женщин — пару слезинок, обиженный тон и мужчина чувствует себя последней сволочью. Только обычно этот прием применяется у людей в отношениях.
— Пытаясь спасти жизнь человеку, я потеряла смысл своей, — всхлипнув, произнесла врач. — Разве это справедливо?
— Многие из реалий не справедливы, приходится приспосабливаться.
— Это точно, — Ирина глубоко вздохнула. — Я рассказала о себе, теперь ваша очередь.
— Могу сказать так, что мое состояние здоровья прямо связано с причиной приезда в Новогреховск.
— Такое бывает?
— Моя черная кожа вам ни о чем не говорит? — вопросом на вопрос ответил я.
— Скорее всего, вы кого-то «обнулили», — Ирина на секунду замолчала, но потом продолжила. — Далеко ни одного человека.
— Правильно, их было больше десяти, — врач ахнула после моих слов. — Насильственное «обнуление» подарило мне черный «индикатор» и билет в Новогреховск. В виду этого, у меня возникли проблемы со здоровьем.
— Насколько серьезные проблемы? — казалось, что врач начала бледнеть.
— Ощущение, будто меня постоянно что-то разрывает изнутри, — я потер рукой область груди. — Назовем это «перенасыщением грехами».
— Поэтому вы падаете в обмороки?
— Думаю, что это прямая причина.
— Сколько раз уже это с вами происходило?
— Сегодня был второй, — я попытался отвести взгляд от нее, но не получилось. — Думаю, еще несколько и я предстану перед Вратами.
— Господи, — она зажала рот рукой.
— Не зови Его, все равно не услышит, — интересно, а помогло бы это, если бы Отец не ушел?
— Я могу помочь хоть чем-то? — она взяла мою руку в свою.
— Можете попробовать разобраться в моей болезни, — я сжал ее ладонь. — Я пройду все необходимые тесты, может в дальнейшем это исследование спасет ни одну жизнь. Как знать, влияет ли «перенасыщение» на физиологию?
— Вы готовы остаться здесь под моим наблюдением? — с надеждой в голосе спросила она.
— Вы меня немного неправильно поняли, — я улыбнулся и одернул руку. — Возьмите мою кровь и все, что потребуется, и изучайте.
— Я вас никуда не пущу! — она встала. — Будем пытаться найти лекарство, вместе!
— Ирина, не вам решать, пустить меня или нет, — я наконец-то увидел свою сложенную на стуле в другом конце палаты одежду и поднялся с кровати. Врач преградила мне путь.
— Пожалуйста, вы не можете так просто взять и уйти!
— Могу, — я улыбнулся, положил свои руки ей на плечи и немного отодвинул Ирину, высвобождая себе место для прохода. — Спасибо за помощь, но сейчас наши пути расходятся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Как я понимаю, вас мне не остановить, — произнесла врач, смотря, как я одеваюсь. — Ответьте хотя бы, что вы будите делать дальше?
— Буду просто жить, — надев свитер, я подошел к Ирине. — Что вам понадобится для исследований?
