— Может, и не перевелись на этом свете мужчины, — хмыкнула собеседница, не появляясь в поле видимости. — Дитя, подойди ко мне.
— Нет. Можно нет? — жалобно взглянув на меня, попросила девочка.
— Что она для тебя? Бездомная зверушка? Лишившаяся родителей сирота? А может, сломанная игрушка, которую ты хочешь настроить для своих нужд?
— Человек, которому нужна помощь, — ответил я. — За которого я несу ответственность.
— Как интересно. Давненько в наших краях не было такого индивида. Сколько? Нет, даже не возьмусь сказать. Пожалуй, вы стоите того, чтобы познакомиться с вами поближе, — в тумане раздался чавкающий звук, быстро сменившийся шипением. Серия щелчков и сдавленный вздох, в котором я едва услышал отголоски боли и сожаления.
С тихим цоканьем каблучков на нас вышла женщина. Совершенно обнаженная, идеально скроенная. Налитые соком торчащие груди. Широкие бедра и узкая талия. Правильные черты лица. Большие глаза и длинные, до пояса, волосы. Такой она была когда-то. Возможно. А может, и никогда не была. Даже не жди меня любимая, я бы на нее не купился.
Я видел швы, скрывающие ее настоящую. Под слоями неотличимого от кожи пластика. Не было сомнений — искусственная кожа могла потеть, а на ощупь совершенно не отличалась от настоящей. Щеки могли розоветь. Становиться горячее. Но это все равно была подделка. А вот что осталось от человека?
— Хм, а ты не из робкого десятка. Раз так откровенно пялишься на мои прелести, — с улыбкой сказала Клубничка.
— Меня куда больше интересует то, что внутри, а не снаружи, — ответил я, глядя на ее мимику. — Кости, мышцы… что осталось?
— И ты не даешь себе труда выбирать слова, — поморщилась женщина. Один взмах пальцев — и ее тело покрылось голографической одеждой. — Это совершенно не твое дело.
— Если голос настоящий — он мне нравится, — искренне сказал я. — Остальное не так важно. Я сюда не за сексом пришел.
— Зря, очень зря, — улыбнулась Клубничка, проводя острым ногтем по моему подбородку. — Поверь, это неповторимые ощущения. Запоминающиеся на всю жизнь.
— Хватит, — сказал я, чувствуя, как начинаю закипать от ее игр. Меня ждали дома. Хотя остальные этого знать не должны. — Нам нужна помощь. Ей нужна помощь. Она совершенно не понимает, что нормально, а что нет. Я нашел ее в рабстве у одного жирдяя. Пользовавшего девочку. Он сказал, что купил ее на черном рынке из пустошей. Никаких документов. Даже УИНа. Естественно, никакого гражданства.
— Я слышала о подобном. И даже пару раз сталкивалась. Знаю, где можно найти торговцев. Но вам же не месть нужна? — улыбнулась искусственными губами мадам. — Ты думаешь, что спас ее. А на самом деле? Возможно, ты просто чудовище, которое выдернуло ее из привычного мира. Отобрало смысл жизни.
— Это не жизнь.
— А она другой не знала, — возразила Клубничка. Присев напротив девочки, она подняла ее за подбородок. Долго всматривалась в глаза. — Хорошо. Ты не вещь. Не ты это решила. Тебя заставляют желать. Вместо того чтобы учить.
— Что это значит?
— Ей лет восемнадцать. Ее психика полностью сформирована. Но… я знаю, что можно сделать. Это будет тяжело. Долго, — Клубничка замолчала, отходя в туман. — И дорого. Мое время всегда дорого. Никаких скидок. Никакой рассрочки. Но раз вы показали желание замараться, я готова рассмотреть возможность бартера.
— Вот. Это уже другой разговор, — воодушевился Терьер, не находивший себе места. Все это время он елозил на диване. — Что нужно сделать?
— Погоди. Возможно, проще будет отдать деньгами, — остановил я напарника. — Мы сами выбираем, какие дела берем.
— Это не дело. Это бег. И, судя по тебе… — женщина провела острым ногтем по своим губам, и на них появилась крошечная капелька крови. Губы — были настоящими. — Да. Ты возьмешься.
Вы рассказали о своем деле. Будет честно, если я обговорю детали своего. Болотники. Бродяги. Жители страны, курсирующие между полисами. Скрывающиеся от сканеров в мелких деревнях и лесах. Именно они торгуют детьми… и не только. Несколько дней назад один из их караванов появился рядом с Эдемом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Больше двадцати машин. Грузовики, набитые товарами с той стороны. Ворованное и конфискат. Все, что плохо лежало или должно было исчезнуть. Ну и, конечно, люди. Вывезенные из других стран. Из мелких деревень на окраинах. Говорят, в некоторых из них до сих пор даже Сети нет.
— Что тебе от них нужно? — сжимая до белизны костяшек кулак, спросил я. Терпение кончалось. Накопившийся адреналин требовал выхода.
— Прямо к делу, да? Хорошо, — кивнула, исчезая в тумане, матрона. — Мне плевать, что будет с ними всеми. Но, говорят, они поймали и вывезли с территории Уральской республики последнего барса. Я хочу, чтобы ты его привел ко мне.
— Барса? Серьезно? — раздосадованно спросил Терьер. — Это же хищник. Да и вымерли они не просто так — климат-то изменился! На кой черт он тебе?
— Это уже не вашего ума дело, — со смешком сказала Клубничка. — Выполните задание — я возьмусь за реабилитацию девочки. Об остальном договоримся позже.
— Ясно, — сказал я, поднимаясь. Девочка вскочила следом за мной. — Разберемся.
— Здоровяк. Прежде чем ты уйдешь… Один совет я могу дать тебе бесплатно, — произнесла мадам, и я услышал, как раскрывается ее тело. — Учись расслабляться. Найди, что тебе приносит удовольствие, и делай это.
— Разберемся, — ответил я. Что мне нравится? Черт его знает. Я знаю, что позволяет успокоиться, выместить злость. Но столько мудаков на моем пути не встречалось. А теперь вот — пожалуйста. Целый караван из болот приграничья. Возможно, это судьба.
— Клубничка дала на вас добро, — с улыбкой встретила нас Майя. — Теперь ваши деньги еще более желанны в нашем заведении. Хотите найти девушку? Мальчика? Или вам нужно что-то более экзотическое? Промежуточный вариант?
— Вы уже и таким начали промышлять? — удивленно спросил Терьер. — Я думал, мадам подбирает на улице только котят и щеночков с поломанными или отрубленными лапками. Которые потом вырастают в тех еще…
— Цыц! — возмутилась девушка. — Или тебе давно по яйцам не давали?
— Спасибо. Ты. Недавно, — напомнил Терьер. — Больше что-то не хочется. А вот чтобы расслабиться, полежать в горячей ванне… Можно даже не одному. Как ты сегодня, свободна? Хочу вспомнить, как оно было.
— Ну уж нет. Больше я с тобой сексом заниматься не буду! — сказала путана, а затем уточнила: — Бесплатно. В обычном режиме — пожалуйста. Ценник ты знаешь.
— Нам и правда стоит помыться. Почистить протезы, — сказал я, показав на ногу. — Не мог не заметить, что тут у всех импланты. Значит, и мастерская должна быть.
— Да, одна из лучших в городе, — не стала отпираться Майя. — Хозяйке нужна дорогущая техника, так что и нам иногда перепадает. Хирурги, техники, инженеры. Ну и оборудование. Если нужны импланты, включая боевые — можешь спрашивать.
— Военные образцы? Гранатомет? Автоматическое оружие? Разделяющиеся ракеты-ищейки? Катюша? — сразу уточнил я.
— Ну, не все… Тяжелого у нас нет. Так что, если хочешь вместо ноги ракетную установку, это не к нам. А вот поставить беговой вариант — легко. Или прыжковый. Даже с двигателем можем, но не советую, — ответила Майя. — Летать прикольно только пару минут, а потом энергия кончается. Ну и падать может быть высоко.
— А если я хочу не протез, а именно импланты? Встроенные в мои конечности.
— Легко. У нас богатый выбор, — гордо улыбнулась девушка, уперев руки в бока. Точно так же, как пару часов назад это делал Терьер.
— У вас одинаковая мимика, — заметил я. — И язык жестов. Вы не только встречались, но и жили вместе? Вас воспитывал один человек?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну… можно сказать, что мы брат и сестра, — взъерошив волосы на затылке, сказал напарник. — Очень сильно сводные. И приемные. Оба. Как я и говорил — мадам любит подбирать щеночков с поломанными лапками. Вроде меня или Майи.
— Ты бы видел, каков он был в платье! Особенно в том, что в горошек, — рассмеялась, прикрыв рот ладошкой, девушка.
