кулаками по стене в бессильной злобе. Потом пойму, что не все еще потеряно, что есть же еще пересдача, и нечего было так волноваться. Потом выйдет Таня, скажет, что сдала на пять, как обычно, мы помиримся, она меня утешит, и мы отправимся домой.
Ну уж нет, – подумала я злобно. Ну уж нет. Я успею, черт меня подери! И только я еще сильнее ускорила шаг, как с ног до головы меня окатило ледяной водой вперемежку с грязью. Зажмурив глаза и открыв рот, я застыла с поднятыми плечами, с прижатой к ним головой и опущенным к груди подбородком. Снежная жижа струилась по мне, весело сбегая на землю. Капель, ну просто весенняя капель. Я бы так еще долго, наверно, стояла, если бы визг тормозов не привел меня в чувство.
– Ах. Ты. Мудак, – процедила я сквозь зубы, наблюдая, как из белой «Хонды» спешно выпрыгивает молодой мужчина, всем своим внешним видом наводящий на одно слово – бизнесмен.
Бизнесмен вряд ли бы остановился, осаживаю я себя и, наконец, начинаю отряхиваться. Мужчина быстрым шагом идет ко мне – губы поджаты, глаза виновато прищурены, на лбу собрались морщины. Успела на экзамен, думаю я одновременно. Вот сволочь. Подсобил, что будь здоров. Наушники на помойку, пальто… не знаю, что с ним теперь делать. Знаю точно, что пересдача мне теперь обеспечена. Поднимаю глаза на виновника происшествия.
– Девушка, ради Бога… – восклицает он, приблизившись и имея возможность видеть деяние рук своих. Глаза у него испуганные, расширенные, но лицо приятное. Явно не бизнесменское – уж слишком в нем мало наглости и самоуверенности.
– Шумахер хр-ренов! – выкрикиваю я ему в лицо и громко топаю ногой. Брызги от снежно-грязевой жижи разлетаются во все стороны и заляпывают квазибезнесмену дорогие брюки, но он не обращает на это внимания.
– Девушка! Так получилось! Я торопился! – оправдывается он, размахивая руками.
– А я, по-вашему, не торопилась? – я повышаю голос еще на тон, чтобы быть громче проезжающих машин. – Вы видели, как я мчалась? Да куда уж вам, скорость была слишком большая, а лужа слишком глубокая! Вы-то мчались еще быстрее! – прокричавшись, перевожу дыхание и немного беру себя в руки.
– Так, в общем, – водила хватается за виски и массирует их, – в общем, делаем так: стойте на месте, я сделаю один звонок.
– Еще чего! Вообще-то я спешу, если вы оглохли.
– И куда же вы в таком виде заявитесь? – осведомляется он. Я хочу что-то ответить, едкое, колкое и оскорбительное, но не нахожу, что, и как-то сникаю. Не чувствую уже злобы. – Я хочу загладить свою вину, понимаете? Сейчас я позвоню и отменю свое совещание. А потом мы с вами что-нибудь придумаем, – говоря это умиротворяющим тоном, каким успокаивают детей, он одновременно набирает номер. – Во сколько вам нужно быть там, куда вы спешите?
– Не надо ничего отменять, – я вздыхаю и поднимаю глаза к затянутому снежной пеленой мрачному небу. – Все равно если вернуться домой, даже если на машине, то не успею. Тем более, вы видели сами, какие пробки.
– Именно поэтому я так и мчался, девушка, – говорит он мне виноватым тоном, прикладывая телефон к уху и поднимая вверх указательный палец, – минуточку.
Пока он разговаривал в сторонке, я за ним понаблюдала. Среднего роста, приятной внешности, ухоженный (женская забота явственно видна), хорошо одет. Может быть, все же начинающий бизнесмен? Ну, там, неотесанный пока что. Поэтому такой добрячок. Больше всего хотелось взять и уйти. Но возвращаться домой пешком было долго, а я вся мокрая, да по такому морозу – точно завтра же слягу. В общественный транспорт в таком виде я не полезу. Остается только надеяться на чудо.
– Не нужно тебе знать обстоятельства, Олег, не нужно! – прикрикнул раздраженно мужчина, и только тут я поняла, что даже имени его еще не знаю. Становилось холодно. Я спохватилась и стала вытирать лицо перчатками. – Я все сказал: переносите, проводите без меня, что угодно! Все. – И он нажал отбой. – Ох, простите меня, – он подошел и стал торопливо сбрасывать с себя пальто, я смотрела на это, приподняв бровь. – Я такой идиот, снимайте же скорее мокрое!
– А вы?
– Ничего страшного, у меня есть план.
– Какой? – погружаясь в нагретое мужское пальто, поинтересовалась я. Водитель уже держал в руках мою одежду, будто бы замоченную в тазу с жидкой грязью, и не обращал на это внимания.
Не из брезгливых, подумалось мне.
– Вот так мы сделаем, э… для начала скажите мне все-таки, куда вы спешили и во сколько вам там нужно быть?
– Мне там нужно быть, – сказала я, глядя на наручные часы, – через двенадцать минут.
– На сколько вы можете опоздать?
– Ни на сколько. Меня не пустят.
– А если позвонить и предупредить?
– Все равно.
– Экзамен? – спросил он, помолчав, и задумчиво поглядел на многоэтажку через дорогу.
– Угу.
– Значит, так…
Его прервал телефонный звонок. Звонили мне, как это ни странно. И, что еще более удивительное, звонила Таня.
– Где ты, Веруш? – спросила она обеспокоенным голосом, как ни в чем не бывало. Ну ладно, подумала я, кто старое помянет, тому глаз вон.
– Танюх, да тут такая история, ты не поверишь…
– Ты мне сама не поверишь, но слушай внимательно: Комов опаздывает, это официальная инфа.
– Ч-чиво? – выдавила я. – Комов? Опаздывает? Быть того не может!
– Я тебе вот еще что скажу: шевели там своей задницей, экзамен переносят на полчаса.
Я чуть не села. Прямо в лужу. Даже слов подходящих найти не могла.
– Вера, ты слышала меня?
– Я, ну да, да. Я поняла.
– Так что у тебя там стряслось?
– Да ничего… Потом расскажу, в общем, – помолчав, я все же добавила: – Когда такое видано, а? Комов – опаздывает. Комов переносит экзамен. У вас там не групповая галлюцинация?
– Шутница. В пробке он, в про-обке застрял. Все, отбой. Торопись. Я повторять пошла с ребятами.
Частые гудки.
– Кажется, сами звезды сложились именно так, а не иначе, – заговорила я ошарашенно, убирая телефон в сумку. Эмоции переполняли меня. – Вот уж совпадение так совпадение.
– Давайте сядем в машину и там все обсудим, как вы на это смотрите? Просто прохладно, понимаете? – обратил на себя мое рассеянное внимание мужчина.
Прохладно ему. По виду так почти окоченел – мороз минус десять, а он без пальто вот уже сколько стоит. Но разве мужчина способен признаться в слабости? Уж лучше замерзнуть от холода.
– Только ключи будут у меня, – холодно сказала я.
– Зачем? – не понял он.
– А мало ли, что у вас на уме. Так мне будет спокойнее.
Водила отдал мне ключи, пожав плечами, и мы сели в машину. Он на свое место, я на переднее пассажирское.
– Итак? – сказала я.
– Как я понял, вам уже не надо торопиться.
– Надо. Но полчаса в запасе.
– Прежде всего, как вас зовут?
– Вера.
– Я Сергей.
– Вы не поняли, Сергей? Мне не до любезностей. Я все еще тороплюсь, и
