знают.
Было странно видеть, как двум полицейским, один из которых долбаный капитан, приходится ходить на цыпочках вокруг коррупции в их собственном участке.
— Можете идти. — Ашерат отмахнулся от них. — Время уходит.
Как только они покинули участок, Мера повернулась к Басту: — Твой капитан довольно крутой.
— Крутой — неподходящее слово. — Он усмехнулся. — Скорее ему подойдет слово «безжалостный». Фэллон — один из немногих, кому я доверяю. — Баст засунул руки в карманы и уставился на землю. — Я удивлен, что такой честный фейри как он продержался так долго.
— А я не удивлена. Он находчивый. — Мера нежно положила руку ему на плечо. — К тому же умный. Я верю, что твой капитан надолго сохранит свою должность.
Баст одарил ее натянутой улыбкой. — Надеюсь, ты права.
Мера посмотрела на широкую улицу, по которой сновали сидхе. Они передвигались либо с помощью магии, либо благодаря своим крыльям.
На некоторых красочные платья, которые словно принадлежали музею, на других современная и практичная одежда, такая как джинсы и джемперы. Некоторые носили боевые кожаные доспехи, и очень многие щеголяли в магических тканях, которые шуршали, как листья, и были прозрачными, как вода.
«Нам тоже нужно такое платье», — пробормотала ее сирена.
«Оно же прозрачное!»
«Вот именно».
Деревянный автобус, битком набитый троллями, пикси и банши, медленно ехал через улицу. Сидхе летали вокруг и над ним, поскольку крылья намного быстрее транспортного средства, но Мера едва успевала все рассмотреть. Фейри двигались, как падающие звезды и жужжащие пчелы.
Она указала на автобус: — Ты знал, что Клиффтаун и Ликанни работают над машиной, которая может летать? Я слышала, у нее есть крылья.
Баст с шумом выдохнул. — Да ладно тебе, котенок.
— Я серьезно!
Он закатил глаза, но, казалось, задумался. — Учитывая, чего достигли ваши технологии на данный момент, я не сомневаюсь, что такое возможно. Может, вы достаточно скоро присоединитесь к нам в небе.
Непонятное и теплое чувство наполнило ее грудь. Люди, возможно, и не были народом Меры, но приняли ее как свою. Она гордилась их достижениями, как если бы они были ее собственными.
— Это случится, Баст. Вот увидишь.
Мера всегда думала, что полет похож на плавание в океане, в который, к сожалению, она вряд ли когда-нибудь возвратится. Возможно, она не могла вернуться в воду, но небо над головой ждало ее. — Как только эта машина будет готова, я первая отправлюсь летать.
Он нахмурился. — Но ты уже летала.
— Если не забыл, то когда ты нес меня к Стелле, я была без сознания.
— Ты права. — Он лениво, искоса улыбнулся ей. — Хотя удивлен. Воздух — не совсем твоя стихия.
Она жаждала не воздуха, а течения.
— Неужели? — Она скрестила руки на груди. — И какая моя стихия?
Он ухмыльнулся, но ничего не ответил.
У нее душа ушла в пятки.
— Тогда ладно. — Могучие серые крылья Баста возникли из ниоткуда и захлопали. Он завис в нескольких дюймах над землей, предлагая ей руку. — Если ты настаиваешь.
Мера ахнула, внутри нее закружилось радостное возбуждение. — Серьезно?
Вместо ответа он подхватил ее под руки и взмахнул крыльями, поднимаясь все выше и выше.
Мера закричала громче, чем ребенок, который впервые оказался на американских горках. Ее ноги повисли в воздухе, а улицы и здания уменьшались внизу. В крови бурлил адреналин, но ей это нравилось.
Они поднимались все быстрее и выше, Баст петлял в воздухе, и у Меры становилось так легко на душе.
Она чувствовала себя свободной, какой не была с тех пор, как покинула океан. Полет, в конце концов, не сильно отличался от плавания.
«Я могла бы привыкнуть к этому», — подала голос ее сирена.
Мера радостно закричала и засмеялась, когда Баст унесся с ней в темно-синее небо.
— Это потрясающе! — прокричала она совершенно беззаботно.
— Конечно! — с улыбкой ответил Баст сквозь вой ветра.
Возможно, они летали несколько часов, но Мере показалось, что прошли минуты, пока Баст не высадил их на крыше здания.
Он хрипло дышал, словно пытаясь скрыть усталость.
У Меры закружилась голова. Она попыталась удержаться на ногах, но в итоге оперлась на Баста, чтобы не упасть.
Она подняла на него глаза, растерянно наблюдая за прядями волос, выбившимися из его пучка. Казалось, будто его ударило электрошоком.
— Ты тоже сильно растрепалась. — Он указал на ее волосы, его крылья исчезли у него за спиной.
Но Мере было все равно. Ей нравилось летать. И растрепанные волосы стоили того.
Закат окутал все вокруг мягким, теплым сиянием, из-за чего Баст выглядел как видение. Оранжевый свет солнца отразился в его глазах.
— Спасибо, — хрипло произнесла она. — Мне понравилось.
Баст коснулся рукой ее талии, в его глазах читалось любопытство и ожидание. — Правда? — Наклонившись вперед, он коснулся её носа своим. — А что еще тебе понравилось?
— Я…
Он прижал ее к себе крепче. — Тебе это нравится?
Посейдон в канаве, она чувствовала, как его грудь вздымается и опускается, тепло его кожи и твердость мускулов. Она была словно под гипнозом. Как будто Баст — сирена, а Мера — моряк, заблудившийся в море.
— Да, — прошептала она. — Мне это нравится.
Он убрал выбившуюся прядь волос с ее виска, затем обхватил ладонями ее щеки. — Мера, я…
Его уши дернулись, а глаза расширились. Он оттолкнул ее и отскочил назад. Серебряный кинжал просвистел мимо того места, где только что стоял Баст.
Глава 14
На них смотрел фейри дикими желтыми глазами, которые на фоне заката светились янтарем. Он был одет в черные кожаные доспехи, поперек груди и на поясе висели кинжалы, ножи и обсидиановые звездочки с острыми краями.
Еще один убийца.
Баст хрустнул шеей и сказал: — Мера, спрячься.
Вместо этого она вытащила пистолет и прицелилась в фейри. — Черта с два я это сделаю.
Противник одарил жестокой усмешкой и выхватил из-за пояса длинный меч. Полностью игнорируя Меру, он направил меч на Баста, хотя именно она использовала его голову в качестве мишени для стрельбы.
— Брат теней, сегодня ты должен умереть, — провозгласил он.
По крайней мере, он любезно говорил по-английски.
Его кожа была цвета древесной коры, а фиолетовые короткие волосы торчали во все стороны, хотя он, казалось, принадлежал к Ночному двору. Длинный белый шрам тянулся от левой брови до подбородка.
Баст пожал плечами: — Это уже говорил последний убийца, малахай.
Мера выучила это слово во время игры в стаканчики из-под пива в колледже. По сути, оно означало «ублюдок», просто на языке фейри звучало красивее.
— В отличии от меня, ведьма была слабой. — Фиолетовое пламя вырвалось из руки охотника за головами и
