Основательно проголодавшись, она вернулась к таверне, где насладилась свежей, только что выловленной из Луары щукой, муссом из лососины, сдобренным острым козьим сыром, и превосходным молодым местным вином.
Только мысль о том, что Анри и Эдит сейчас воркуют, омрачала ей все удовольствие. Хотя Эдит и уверяла, будто ее матушка следит за ними недреманным оком, Дороти живо представила их в объятиях друг друга, и ей стало так тошно, что даже пропал аппетит.
К счастью, магазины уже открылись, и она отправилась за подарками родителям, а на обратном пути, заметив в витрине лавки сыры, купила корзину с набором сыров для Элен Ромье.
Когда возвращались в замок, солнце близилось к закату, окрашивая небо розовой дымкой. Внезапно у Дороти стало тихо и спокойно на душе, и мысли о том, что будет, перестали ее тревожить.
Нет, чувство Анри к взбалмошной, но доброй Дотти слишком сильно: он не может ее бросить. Особенно после сегодняшнего вечера, когда она откроет ему такую Дотти, какую он еще никогда не видел.
11
Вечером Дороти спустилась в гостиную в элегантном летящем платье из шифона в пастельных тонах. Строгая прическа, минимум косметики – как говорится, почувствуйте разницу! Судя по выражению лица Анри, новая Дотти его несколько озадачила. Одарив его мягкой улыбкой, она не спеша подошла к нему и спросила:
– Скучал по мне, любимый?
– Не то слово!
По его невозмутимому взгляду она поняла, что он прекрасно владеет собой, и, обернувшись к Эдит, любезно осведомилась:
– Анри удалось еще раз затащить вас в бассейн?
– Удалось. И не один раз. Анри сделал невозможное: теперь я могу опускать голову под воду и не боюсь, что утону!
– Анри может научить кого угодно и чему угодно, – с гордостью вставила свое слово Элен. – У него прирожденный дар.
– Это точно: учитель Анри классный! Во всяком случае, он может преподать хороший урок любому, – согласилась Эдит и переглянулась с Анри.
Интересно, что это еще у них за секреты? – насторожилась Дороти.
– Дотти, хочешь выпить? – Анри не слишком учтиво схватил ее за локоть и подвел к буфету, где на серебряном подносе стояла бутылка шампанского. – У тебя все написано на лице. Что за ребячество! Ты ревнуешь меня к Эдит? Зря стараешься! Запомни: я никогда не был и не буду твоей собственностью.
– Боже упаси! Зачем мне собственность? Лишние хлопоты, только и всего!
Взяв бокал с шампанским, она повернулась к Анри спиной и села напротив Эдит и мадам Ромье. Те с воодушевлением обсуждали проблемы современной французской литературы, в частности последний роман Франсуазы Саган, – подходящая тема, особенно если учесть, что Эдит изучает филологию! Дороти смотрела на нее и все больше падала духом: она так подходит Анри, что, несмотря на страсть к Дотти, он вряд ли сможет расстаться с Эдит.
Дороти попыталась представить себе, как бы сама вела себя в аналогичной ситуации: например, доведись ей влюбиться в какого-нибудь панка. Наверняка бы противилась чувству, уговаривала бы себя, мол, все это только блажь и скоро пройдет… Кто знает, может, Анри именно этим и занимается сейчас?!
Выпрямившись, она вошла в ставший привычным образ и, щелкнув пальцами, громко позвала Анри:
– Эй! Ты забыл долить мне бокал!
– Извини.
Он подошел к ней с бутылкой шампанского и, наполняя бокал, снова переглянулся с Эдит, словно давая понять, что ей нечего опасаться этой развязной девицы, которая ровным счетом ничего для него не значит. Перехватив его взгляд, Дороти похолодела, осознав, насколько он близок с Эдит. Никогда еще она не видела Анри таким раскованным и уверенным в себе. Пытаясь побороть охватившее ее уныние, она ударилась в воспоминания, как раньше работала горничной, причем обрисовала все так живо и увлекательно, что мадам Ромье заслушалась.
– Я вам скажу без утайки: такой работенки врагу не пожелаю! – заключила Дороти свой рассказ. – Некоторые мужья за спиной у жен позволяют себе такое! – Она закатила глаза. – Черт знает что!
Анри налил себе шампанского и натянутым тоном спросил:
– Мама, не пора ли к столу?
– Пожалуй. – Элен обернулась к Дороти и с улыбкой сказала: – Дотти, еще раз большое вам спасибо за подарок! Обожаю сыры! Право, дорогая моя, это очень мило с вашей стороны!
Она говорила с такой искренностью, что Дороти готова была поклясться: в ее глазах светились доброта и симпатия. Какая из нее получится замечательная свекровь! Но неужели Дотти так и не станет ее невесткой?!
Чем больше Дороти наблюдала за Анри и Эдит, тем меньше верила в успех. Казалось, они понимают друг друга с полуслова… Может, лучше сразу отказаться от борьбы, а то потом будет еще больнее?
За ужином Дороти все больше убеждалась в том, что у нее нет шансов на победу. От расстройства у нее пропал аппетит, и Анри, глядя, как она вяло ковыряет вилкой в тарелке, спросил:
– Дотти, в чем дело? Ты почти ничего не ешь.
– Мне что-то не по себе, – солгала Дороти. – Наверное, выпила за обедом лишнего. С вашего позволения, мадам Ромье, я пойду к себе. Хочу пораньше лечь спать.
– Разумеется. Дотти, у вас в ванной в аптечке есть аспирин. Ну а если хотите что-то посильнее, я…
– Нет, спасибо. Аспирин как раз то, что нужно. – Избегая смотреть на Анри, Дороти встала из-за стола и вышла.
Она тихо поднялась по устланной ковром лестнице, не слыша шагов за спиной, и, когда подошла к двери своей комнаты и Анри оказался рядом, опешила.
– Что ты хочешь? – спросила она, взявшись за ручку двери.
– Поговорить.
– А есть о чем? По-моему, все и так яснее ясного.
Анри молча втолкнул ее в комнату.
– Уступаю грубой силе! Ну и что ты хочешь мне сказать?
– Хочу, чтобы ты знала: я. сказал матери, что мы с тобой расторгли помолвку.
– Что?! – Дороти показалось, будто ее ударили в сердце.
– Недовольна? Ведь ты сама этого хотела.
– Я?! Ну да, то есть… я хотела, чтобы ты… ты сказал матери правду. – Дороти старалась не выдать своего отчаяния. – Что все это игра. – Она перевела дыхание. – А ты сказал, что собираешься жениться на Эдит?
– Пока нет. Лучше повременить пару месяцев… – Анри сел в кресло у кровати, закинул ногу за ногу и устроился поудобнее. – Знаешь, Дотти, а наша с тобой фиктивная помолвка улучшила мои отношения с Эдит. Наконец-то она согласилась выйти за меня замуж. В конце года.
Итак, подтвердились худшие из ее опасений. Дороти еле сдерживала дрожь.
– Вот как?! Значит, я заслужила премию, – выдавила она.
– И ты ее получишь. Надеюсь, тебе понравится. – Анри подошел к ней так близко, что она ощутила его дыхание. – Дотти, у меня к тебе особое чувство, – ласково продолжал он, играя прядкой ее волос. – Ты меня все время провоцировала, дразнила, измывалась, а я все равно ничего не могу с собой поделать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
