Сам же Ричард, который запихивал в загон для скота упрямого козла, бросил эту затею и посмотрел на меня, как на мать-благодетельницу, передал свои полномочия вертевшемуся неподалёку деду Гарину.
- Хорошо, леди! Позвольте, я буду вас сопровождать – с облегчением улыбнулся охранник.
Я в очередной раз поразилась, какая у него открытая и замечательная улыбка, и снова позавидовала его жене. Про своего «жениха» как-то и не вспомнила, кстати…
Хьюго привёл мне осёдланную Злую Буку, и мы поехали «на лесоповал». Не так давно староста деревни Нейтон, Ларкин, максимально прозрачно намекнул о том, что деревенские жители хотели бы приобрести лес-кругляк, более того, он даже сообщил, какое количество брёвен им необходимо. Вот для этого я и отправилась на вырубки. А наши заключённые, кстати, работать не торопились, хоть и очень просили отвезти их в тюрьму. В данный момент они отдыхали от честного труда, столпившись возле брёвен. При виде нас с Ричардом наши невольные работники как-то нездорово взволновались и принялись усиленно работать. Ричард, видя это, небрежно хмыкнул.
- Ну, что тут скажешь? – я внимательно осмотрела готовые брёвна – Леса-кругляка у нас вполне достаточно, во всяком случае, для крестьян будет вполне достаточно. Только вот… не мешало бы мне поближе познакомиться с владельцами лесопилки.
- Так чего же проще? – удивился Ричард – Насколько я знаю, молодой хозяин делами поместья не слишком интересуется, выставил его на продажу, да и лесопилку заодно. Сам-то он в Гемптоне живёт постоянно, так что продолжать родительское дело не намерен.
- Вот как? – небрежно сказала я, думая о том, когда это Ричард всё успевает – и мне помогать, и заботится об охране поместья, ну, и ещё слушать то, что без устали вещает дед Гарин – В таком случае, ничто не мешает нам съездить в Гемптон. И рыбу для хозяина паба отвезём, и с соседом познакомимся. Ну, и от этих вот… работников избавимся…
Порешав так, я засобиралась домой. Ричард, за неимением тумбы, помог мне взгромоздиться на Злую Буку, приподняв и посадив в седло.
- Прошу простить меня, леди Елена! – пробурчал он, осторожно расправляя подол платья – Думаю, что наперёд вам стоит брать с собой Оливию для соблюдения приличий.
- Не переживай! – с сожалением вздохнула я – Жениться на мне не заставлю!
- И не сможете! – тихо сказал он – Насколько я помню, у вас есть жених.
- А, точно!
***
Едва только эта чокнутая леди уехала, о чём-то разговаривая со своим мужиком, как разбойники снова побросали топоры и пилы, и снова сгрудились возле тех же бревен, где и застала их эта странная парочка.
- Слыхали, что баба сказала? – спросил Киря таким тоном, словно все остальные разом поглухели.
- Как не слышать! – сплюнул через губу Толмач – Она сказала, что пришла пора от нас избавляться. А зря мы ей поверили, когда она сказали, что отвезёт нас в город и отправит на каторгу после того, как мы отработаем «моральный ущерб»!
Толмач кривился, когда выговаривал незнакомые слова. Что они означают точно, он, конечно, не знал, но справедливо полагал, что не бывает хороших слов, в которых присутствует «ущерб».
Трое подельников со значением переглянулись и воззрились на четвёртого своего «соратника по опасному бизнесу», как называла их та же леди. Стражник стоял поодаль, не решаясь вступать в беседу, пока к нему не обратятся. А всё дело в том, что разбойники почему-то винили стражника за то, что их замысел на то, чтобы «пощипать» беззащитных лендеров не удался. Мол, по его вине они сейчас находятся в столь затруднительном положении. Не то, чтобы стражник вообще не признавал вины… но поколотили его они зря… впрочем, он ещё припомнит свои обиды, но сейчас для этого не время и не место.
- Чего стоишь столбом, как сирота? – спросил третий участник собрания, картавый мужик по кличке Свистун – Ты на нас не обизайся, Стразник! Я слыхал от того музика, что с леди таскается, сто на обизенных воду возят!
Стражник упрямо кивнул, но не приблизился.
- Ну, и пёс с тобой! – отрезал Толмач – Нам нужно решить, как выбираться станем. Ждать, покуда эта стерва прикажет от нас избавиться, я точно не намерен!
Подельники согласно загудели, перебирая варианты. Тот, в котором они бьют по голове охранника, который приедет за ними вечером, садятся на лошадь и едут в закат, был отметён на корню по разным причинам. В основном, поскольку лошадь была всего одна.
- Можно добраться до самого поместья, там наверняка лошади найдутся – задумчиво предложил Киря.
- Ну, да, и тосьно! – не поверил Свистун – Пока мы песком доплетёмся, в доме кипишь поднимется. Нузно выяснить, где они собрались нас прикончить. Тогда уж и ресать что-то.
- Так тебе и сказали! – не поверил Толмач.
- Это, смотря как спрасивать! – огрызнулся Свистун.
Шум веток подсказал подельникам, что приехал охранник для того, чтобы проводить их обратно, в тот чулан, где они ночевали.
- Слушай, Ральф! – начал Киря – Знаешь что-то о том, когда от нас… когда мы леди больше не понадобимся?
Ральф равнодушно пожал плечами, наблюдая, пока его подопечные выстроятся в шеренгу по одному.
- Не знаю… леди Елена что-то говорила, вы ей и не нужны-то особо… да и съедаете вы больше, чем пользы от вас. Думаю, вас довезут до города, и уж не обессудьте.
- В городе сложнее будет от нас избавиться, чем тут – прошептал Киря – тут и прикопать можно в соседнем овражке.
- Выходит, и копать не хотят – выдвинул идею молчавший всё это время стражник – в Гемптоне можно и кинуть где возле стены. Одними больше, одними меньше, никто и не удивится. А тут - вроде как своя земля, да и возиться не хочется.
- Твоя правда, музик! – сказал Свистун – Но до ворот они дотянут, а там уж увидим кого из знакомых, глядишь, они Кривому весточку кинут. Не оставит он нас в беде, не может он так поступить!
Глава 21
- В шеренгу по одному! – сурово прикрикнул на «лесорубов» Ральф.
Он совсем недавно услышал эту фразу у леди Елены и искал случая применить незнакомые слова. Впрочем, разбойникам повторять не было необходимости, и они дисциплинированно выстроились перед его лошадью в кривую колбасу, собираясь в путь. Они по-прежнему проживали в кладовой под домом, так что заметили некую нездоровую суету в тот момент, когда Ральф проводил их вниз. Но не придали ей особого значения. Напрасно, наверное…
Утро началось, как водится, слишком рано. Во всяком случае, разбойники не привыкли вставать с петухами, поскольку их «рабочий день» бывал, как правило, допоздна. Но с Ральфом на тему ранней побудки не подискутируешь, так что разбойники со страшным кряхтением поднялись со своих топчанов и угрюмо принялись за ранний завтрак.
- Что там? Снова каша, печёная картошка и рыба? – недовольно сказал Киря, пододвигая к себе свою порцию – Нет, от этой пищи и загнуться недолго! Ей, там! Портера дайте, горло промочить!
- Да ладно, эти звери и лагера-то кислого не поставят! – с сожалением пробормотал Толмач, протирая свою ложку о поношенные штаны.
- Который час? – вступил в разговор стражник – Сдаётся мне, что мы просыпаемся всё раньше.
- Жрите, и на выход! – отрезал вошедший Ральф.
Два раза повторять не пришлось, и вскоре разбойники уныло поднимались по лестнице наверх. На лестнице было по обыкновению темно, хоть глаз коли.
- Факелов у них нет, что ли? – сказал Киря, поднимавшийся последним, и почувствовал резкий рывок, словно его выдернули, как репу из грядки.
Далее молча скрутили, затолкали в рот кляп, кинули в карету и захлопнули дверь.
- Можем ехать! – раздался голос того мужика, который вечно таскался с леди.
Карета дёрнулась, и медленно поехала куда-то. А Киря тихо лежал, смотрел в потолок и думал о том, что если он выживет в этой передряге, то в кои-то веки непременно зайдёт в храм Великого! С детства там не был!
***
Я проснулась, едва забрезжил рассвет, ночь из просто чёрной стала какой-то грязно-серой, спустила ноги с постели на привычно холодный пол и невольно поёжилась. Пожалуй, скоро придётся топить камины на ночь для того, чтобы утром не околевать от холода по утрам. Лето закончилось как-то быстро, и так, не слишком-то радуя солнечными днями, а тут ещё и это!
