class="p1">Закончив с МТС и овощехранилищем, они принялись за строительство домиков для колхозников… Их собирали буквально за день — был бы фундамент, но его-то заливали те самые добровольцы-«даровцы». После чего сам сборно-щитовой домик строился легко и быстро. Без всякой отделки, разумеется. Ей потом будут заниматься сами жители. И да, тут и впрямь не было никакого электричества… В зернохранилище и МТС его подавали от армейской дизельной электростанции, но для жителей этого было мало, а ЛЭП от крупных ГЭС или ТЭЦ будут еще не скоро. И прараллельно все это время шло строительство железной дороги — так что в какой-то момент стали и до них ходить поезда, часть из которых привозила грузы, а часть — эвакуированных с севера людей, которые и заселялись в построенные ими дома. В первую очередь, правда, семьи с детьми. Те, у кого детей не было, первое время вынуждены были обходиться все теми же армейскими палатками.
Но больше всего Михаила и многих его товарищей мучало практическое отсутствие информации… все новости приходили лишь с привозимыми с «большой земли» газетами, в которых писалось лишь то немногое, что считали самым главным. По радио и телевизору можно было узнать гораздо большее, но их тут не было. А еще от людей пошли слухи о вооруженных столкновениях с образовавшимися бандами «новых басмачей» в Средней Азии и бандеровцев на Украине… А в середине июля их вдруг собрали на экстренное собрание.
— В республике мятеж, — объявил им незнакомый полковник. — К местным баям прибилась часть дезертиров из армии, их же поддержала часть милиции. Призывают резать русских и вообще всех не местных. Бои идут буквально в сотне километров от нас — так что всем усилить бдительность.
— Мятеж? — удивленно спросил Колька Безбородов. — Но как такое может быть?
— А вот так! — огрызнулся полковник. — В трудные времена все дерьмо наружу всплывает! Вот и эти тоже…
А еще через день отражали набег на соседнее село. К счастью, у военных тут были и техника, и оружие… Так что банду конных басмачей, понадеявшуюся «на авось», покрошили из пулеметов без особых проблем. После чего несколько дней подряд ели конину — не пропадать же добру? Попавших в плен бандитов не стали даже судить — расстреляли прямо на месте.
— Но разве можно так, без суда и следствия? — ошарашенно спросила тогда Ленка Кузьменко.
— С такой сволочью только так и нужно, — отмахнулся от нее тогда вынесший решение капитан-танкист.
А потом пошли и новости об арестах партийных и советских деятелей в республике — и очень скоро они дошли аж до республиканского уровня, а затем охватили и соседние республики. Расстрелы следовали один за другим, тысячи чиновников и членов их семей отправились в лагеря, а дети — в детдома. Было изъято огромное количество припрятанных материальных ценностей, включая запасы продовольствия, пресечена деятельность целой сети контрабанды, разгромлены целые мафиозные кланы. Военная прокуратура церемониться ни с кем не собиралась…
А в начале августа вдруг грянуло постановление Совета Министров об изменении административно-территориального деления СССР. Северный Казахстан, так называемая «Целина», вошел в состав РСФСР, юг республики и все остальные среднеазиатские республики стали единой республикой с общими хозяйством и экономикой. Республиканские органы власти были полностью расформированы — в Политбюро приняли решение о необходимости ликвидировать «землячества», где нередко одни прикрывали других, пользуясь родственными или «клановыми» связями… То же самое, кстати, было сделано и в Прибалтике, которую решили объединить в единую республику, разгромив местные «своячества» и фактически назначив «наместников» из центра.
А потом как-то подошло и время возвращения… И вот уже, собрав свои немногочисленные пожитки, они грузились в поезд и ехали в обратный путь. Позади оставалось несколько построенных посреди бывших пустынь поселков, жизнь в палатках при свете керосиновых ламп, тренировки по обращению с оружием, которое так и осталось при них, помощь колхозникам. И постоянное чувство усталости! Каждый день по двенадцать часов работы, единственный выходной в неделю, когда все отсыпались без сил, не желая уже совершенно ничего… Даже с девчонкой погулять уже не хотелось! Максимум — посидеть и немного поговорить о жизни. И, особенно последний месяц, страх перед мятежниками. К счастью, не случилось хоть самого худшего — не началось Третьей Мировой войны… Хотя как сказать? Глобальной войны и впрямь не было — а вот на местах друг с другом резались только так!
В июне все же началось китайское вторжение в Корею, Индокитай и северную Индию — и хоть информации о происходившем там было немного, но бойня явно шла очень активная! Советские войска, в ответ на набеги, нанесли удары по Афганистану — применив, в том числе, химическое оружие. Неожиданно сцепились друг с другом страны бывшей Югославии — хотя там у них счетов друг к другу еще со времен Второй Мировой хватало, а потом к ним добавилась Гражданская война и развал Югославии. На фоне этого Энвер Ходжа выдвинул лозунг «жить и бороться как в окружении». В стране активно начали строить укрепления на границе, а, ввиду неурожая и мизерных запасов продовольствия, практически единственной едой албанцев стали массово вылавливаемая рыба и морепродукты. Впрочем, имея небольшое население и достаточно большой рыболовецкий флот, Албания имела все шансы пережить зиму на этом. Какое-то брожение наблюдалось и в Польше… Правительство ПНР требовало, чтобы СССР больше помогал, в ответ на что советское правительство огрызалось в стиле «и самим не хватает!»
Сообщалось и о проводящейся в эвакуации в стране… Еще в начале лета, расчистив дорогу и кое-как подлатав пути, эвакуировали по Трансполярной магистрали жителей Норильска и часть промышленного оборудования оттуда, включая котлы и турбоагрегаты ТЭЦ — электричества в стране надо было много. С помощью аэросаней и вездеходов эвакуировали людей из удаленных северных городков и поселков. К концу лета большая часть Сибири и Севера обезлюдели… Кроме того, писали в газетах и новости экономики… Переделывали в шахты многие карьеры по добыче угля и руд, наращивали объемы добычи и переработки нефти, массово строили теплицы. После зимней приостановки, когда делали лишь запчасти, было возобновлено производство грузовых автомобилей и тракторов, понемногу начали делать полноприводные легковушки. Все шинные заводы страны окончательно перешли на выпуск исключительно зимней резины, постепенно дорабатывая технологию их производства по итогам прошедших «массовых испытаний». В общем, в газетах писалось много про что… Но все оно воспринималось как нечто далекое-далекое.
Но вот они снова в родном городе, где еще на подъезде видно целые поля тепличных комплексов. Стеклянные крыши, стены из шифера с утеплением стекловатой, всюду линии электропередач, трубы котельных…
