• Shenfield S. On the Treshold of Disaster: The Socio-Economic Situatuin in Russia // Johnson's Russia List. 1998. July 2.
• Shenfield S. On the Treshold of Disaster; Feshbach M. Russia's Population Meltdown (Wilson Quarterly) // Johnson's Russia List. 2001. Jan. 11.
• Weir F. A Slow Descent, www.intellectualcapital.com. 1997. Sept. 25
• Weir F. On Kursk, a New Caring Kremlin // Christian Science Monitor. 2000. Nov. 2.
• Аманова Н. Россия — страна универсального взяточничества // Разбор: Приложение к «Аргументам и фактам». 1998. № 6.
• Аслунд А. Три основных источника богатства новых русских // Известия. 1996. 20 июня.
• Бахрошин Н. Кто взорвал Россию: зачем ФСБ пыталась взорвать сахар? // Версия. 2000. 22–28 фев.
• Болошин П. И вновь ФСБ — Гексоген, Рязань: история одной фальшивки // Новая газета. 2000. 21–24 сент.
• Волошин П. Человек человеку — собака Павлова // Новая газета. 1999. 4 — 10 окт.
• Глинкина С. Преступные компоненты российской экономики // Рабочий доклад № 29, Berichte des Bundesinstituts fur Ostwissenschaftliche und Internationale Studien, 1997.
• Глинкина С. Характеристики теневой экономики в России // Независимая газета — Политэкономия. 1998. № 5, март.
• Гундаров И. Демографическая катастрофа в России: причины, механизм.
• Данилкин А. Мафия — наш рулевой // Труд. 1994. 10 дек.
• Двойка по поведению? // Комсомольская правда. 1997. 18 ноября.
• Емельянов А. «Курск» не сталкивался с иностранной подлодкой // Новая газета. 2001. 18 фев.
• Жукова С. Ледяной дом // Владивосток. 2001.25 янв.
• Ибрагимов О. Массового психоза на лодке нет // Комсомольская правда. 2000. 13 авг.
• Крыштановская О. В чьих руках собственность? // Аргументы и факты. 1997. № 15.
• Литвиненко А., Фельштинский Ю. ФСБ взрывает Россию // Новая газета. 2001.27 авг.
• Лунев С. Российская организованная преступность // Jamestown Foundation Prism, 1997. 30 мая.
• Матлин В. Они уходят из жизни, даже не понимая этого // Комсомольская правда. 2000. 14 авг.
• Медведев Р. Капитализм в России? М.: Права человека, 1998.
• Политковская А. Норильск готов пойти в банк // Общая газета. 1997. 6 — 12 марта.
• Романов С. Мошенничество в России: как уберечься от аферистов. М.: Эксмо, 1998.
• Скойбеда У. Всем нам хватит воды, всем нам хватит беды // Комсомольская правда. 2000. 24 авг.
• Скойбеда У. Расследование по письму вдовы // Комсомольская правда. 2001.24 фев.
• Скуратов Ю. Интервью с Ильей Тарасовым. Pravda.ru, 2001.5 ноября.
• Соловей П. Разыскивается убийца // Труд. 1995. 13 сент. Тишина после взрывов // Московский комсомолец. 2000. 19 янв.
• Ципко А. «Семья» приобретает контроль над национальной политикой России/Jamestown Foundation Prism. 2001. Сентябрь.
Приложение
(интервью и статьи Д. Саттера)
Что случилось после свержения коммунистического режима? Криминальный режим (интервью Д. Саттера для агентства slon.ru)
— …Дэвид, у вас очень мрачный взгляд на Россию. Даже среди экспертов по России в Вашингтоне, в котором можно найти тех, кто пытается более-менее оптимистично смотреть на происходящее.
— Большинство экспертов по России, кто более оптимистичен, не провели в России столько времени, сколько провел я. Кроме того, многие из них более заинтересованы в отношениях между нашими правительствами, а интересы российского общества их впрямую не касаются.
— А вы очень мрачно оцениваете и историю, и прогнозы у вас неутешительные. Вы это признаете?
— Россия — это страна, которая по культурологическим причинам фактически обречена в данной ситуации повторить свою авторитарную историю, если не будет сдвига в отношении отсутствующего уважения к правам личности.
— То есть вы не считаете, что Россия уже авторитарное государство? Это — оптимизм!
— Да, авторитарное государство, но — мягкое, хотя для тех, кто был убит, как Анна Политковская, не такое уж и мягкое. Фактически — да, авторитарное. Но вернемся к вопросу о пессимизме в отношении России. Он будет не оправдан только тогда, когда русское общество поймет, что нельзя обосновать демократию и справедливость, используя человека как расходный материал, а это — в русской традиции. Если кто-то, зная эти факты, не будет пессимистом, это значит одно, он — дурак.
Если не будет в России понимания, что человек обладает определенными правами, что его личность имеет ценность, если идея, что можно просто использовать людей для разных идиотских политических целей (что, между прочим, делали и младореформаторы), то нельзя ожидать в России демократии. Единственный вариант — более или менее жестокий авторитарный режим.
Другое дело, что значит пессимист? В данной ситуации это не означает враг России или враг русского народа. Наоборот. Россия не сможет выйти из этой ситуации, сказав себе, что все хорошо. Что случилось после свержения коммунистического режима? Криминальный режим. Можно себя спросить — все эти усилия противостояния тоталитарному советскому режиму были для того, чтобы создать тот режим и общество, что существуют в России сейчас? Может, лучше было создать режим, который, наконец, уважал человека, общество, где люди имеют защиту в законе?
И кто сейчас враг? Во время бесланских событий 2004 года кто-то дал приказ открыть огонь из огнеметов, гранатометов по спортзалу, где были сотни заложников. Они сгорели заживо. Кто враг? Кто мог дать такой варварский приказ? Ни одна цивилизованная страна на это не пошла бы. Сказать после этого, что вы — пессимист по поводу будущего России… А какой другой выход здесь возможен? Никакой.
Ельцин дал приказ или кто-то другой дал приказ — бомбить Грозный в 95-м году, естественно, без разбору, в русском стиле. И там, по разным оценкам, 20 000 человек были убиты, умерли под бомбами. Это продолжалось пять недель. Большинство тех, кто был в центре Грозного, были этническими русскими, большинство чеченцев бежали в горы, к своим семьям. Что мы можем сказать о такой стране? Враги — это те, кто так использует жизни сограждан и обогащается. А те, кто украл миллиарды и спрятал на Западе? Вот это — настоящие враги.
— Вы ведь «список Магнитского» поддерживаете?
— Естественно. Это — минимум, что нужно делать.
— Зачем это делать, если Госдеп, посольство могут и так запретить въезд?
— Все должно быть публично, ясно и без исключений. Не должно быть тихо, по бюрократическим причинам…
— А то, что последуют ответные меры, вас не смущает?
— Я не очень в это верю, но даже если они будут… Когда я впервые приехал в Россию, тогда — в Советский Союз, меня спросили — вы не боитесь писать против них, потому что ведь будут ответные меры? И я сразу понял, что если я все время буду думать об ответных мерах, я ничего не смогу написать. Решил раз и навсегда об этом не думать.
— Вы ждете ужесточения сейчас в России?
Справедливости ради нужно сказать, что хотя я думаю, что путинский режим способен на большие преступления и совершил большие преступления, он на фоне русской традиции — относительно мягкий. Людей, которые у власти, больше интересует накопление награбленного, они считают (и правильно считают), что если люди будут только говорить и ничего не делать, то им ничто не угрожает. Сейчас в России новый этап — люди организуются, особенно в Москве, что наиболее опасно. Но в этом плане ситуация похожа на Советский Союз — когда назрел кризис, в правящих кругах не было защитников, которые хотели бы умереть или бороться за этот режим. И в случае путинского режима — тем более. Что мы видим в русских криминальных бандах? Когда они вместе награбят, они — братья по жизни, любят друг друга безмерно, но когда нужно делиться — начинаются конфликты, начинают убивать друг друга. И на многих кладбищах России вы увидите, что на одной стороне похоронена одна группа, на другой — другая, а раньше они все были большими друзьями. И я думаю, что эта психология в правящих руках России тоже существует. Люди все жадные, нет правил, нет этики, нет нравственных ограничений. Все это должно довольно серьезно вызывать напряжение, если кризис власти будет развиваться. И мне кажется, так и будет. Ужас, да? Вы не можете это слышать.
Если хотите оптимистический, розовый взгляд, таких у нас много. Но что важно сказать — ситуация не безнадежна. Путь из этой ситуации есть. Люди должны осознать, что сейчас, наконец, должно быть твердое намерение говорить правду обо всем, все секреты, и постсоветского периода, должны быть раскрыты. Абсурд говорить, что все это началось с Путина. То, что существовало при Ельцине, не лучше того, что существует сейчас.
