такое интересное — я толком и не знал, как и Светка. Не до того нам было.
В общем, вывалив кучу рассказов о Сталедаре и его истории, перешёл Сруль непосредственно к делу.
А именно, пустовал стадион пустовал, а потом в нём завелись жильцы. Совершенно свинские жильцы, хряки наглые! И выходила с ними такая картина: в относительной безопасности, за защитными линиями Сталедара, жирует довольно внушительная популяция, которую так и хочется назвать “бандой”, хряков. Причём, не только их! Эти свиноты устроили из Дворца Спорта натуральных скотный двор, потому что в зданиях рядом поселились местные лютые куры. В окрестностях еще закопались подземные коровы. Но этих пернатых и рогатых скотов прореживали, в отличие от наглых свинот, которые вели себя совершенно свински!
А именно, паразитировали-бандитствовали на Мутантском Районе и огородах, совершая наглые и свинские набеги.
При этом, несколько десятков карательных экспедиций, направляемых из Сталедара, закончилось куриным бульоном и говяжьей тушёнкой. Подлые свиноты КАЖДЫЙ раз, когда к Дворцу выдвигались внушительные силы, сваливали в неизвестном направлении. А после отхода сил возвращались. Через какое-то время контрабандой приводили новых коров и кур, которым явно не очень-то и хорошо жилось в диких условиях — и всё продолжалось по-старому.
При этом, хряки свинские, конечно, были проблемой. Но не настолько большой, чтобы всем городом с ними воевать. Более того, даже бандитствуя на мутантах, до ручки их эти свиноты не доводили, оставаясь пакостью, с которой проще смириться, чем тратить весьма немаленькие ресурсы и время с сомнительным результатом. Свиньи, в общем, как они есть.
А одиночки и малые группы, направлявшиеся к Дворцу Спорта, либо вообще не возвращались, либо уползали, изгвазданные, избитые, с разломанной техникой… В общем, самым свинским образом поверженные. А жетоны подготовки в этом мире с неба не сыплются, человек обычно богат тем оружием и снаряжением, что на себе и таскает.
И вот, на фоне всего этого кромешья, ресторану “Таки Покушать” этот самый Дворец Свинского Спорта был важен и нужен. Неплохой человек Сруль готовил то, что называлось по современным временам “дичь”. Свинину, говядину и курятину. Вот, кстати, на последнее я ухмыльнулся — едал я эту курицу, бульон неплох, но твёрдая, как подмётка.
— А вы попробуйте, Георгий! — буквально подлетел ко мне Сруль, размахивая устрашающего размера лопаткой (хорошо, что не атомной!), на которой примостился кусок чего-то одуряюще вкусно пахнущего. — Таки попробуйте и скажите, а не кривитесь, как сейчас! А потом-таки не говорите, что не пробовали у дяди Сруля! И не говорите за то, что Шнипперсон не умеет приготовить простую курицу по-человечески! Потому что это будет совсем неправда, Георгий!
Попробовал — и впрямь замечательная, вкусная, свежая, сочная и мягкая курятина! И соус — объедение!
— И вы попробуйте, Светочка!
И Светочка попробовала. Заслуженно высказав на два голоса похвалу кулинарному искусству Шниперсона — ну реально: объеденье, как вкусно! — мы попросили вернуться к делу.
И, вернувшись одновременно к готовке, продолжил этот замечательный повар свой изобилующий отступлениями рассказ.
Например, выяснилось, что отсутствующая часть Шнипперсона — это последствие давнего похода за дичью. Ну и вообще, выходила картина, что свежее мясо ему нужно всегда и сильно. Иначе выйдет “рыбный ресторан, а не “Таки Покушать”, молодые люди!”
При этом, несмотря на весьма впечатляющий ценник за дичь (хотя, припомнив расценки в столовых и размеры порций — я, в общем, понял экономическую обоснованность высокой цены), наёмники за добычу вкусных животин берутся крайне неохотно. Проблема в свинстве свинот, поломке запредельно дорогого оружия и оборудования… В общем, с добытчиками дичи дефицит. С дичью — тоже, несмотря на то, что за хряка Шниперсон готов платить пятьдесят жоп, не торгуясь, а уж если поторговаться — наверное, намного больше.
Собственно, это и была работа, которую нашла Света. Так-то Шнипперсон свинятину или там курятину с говядиной и сам бы купил. Но Светка его “раскачала” на подробный рассказ. Хотя, учитывая, как прорвало шлюзы его красноречия… Как бы он наценку за свежие уши Светке не предложил.
В общем, из “Таки Покушать” я выбирался хоть довольный, но информационно перегруженный. С тяжёлой головой наперевес, иначе не скажешь.
— Ну и как тебе этот Шнипперсон? — полюбопытствовала веселящаяся Светка.
— Не колобок — Колобочище! — честно ответил я. — Вообще — очень занятный такой дядька. А главное — есть заработок. Но свиньи… хотя — тут скорее плюс.
— Жорочка, только не говори, что ты боишься свиней.
— Свет, не боюсь, а опасаюсь! Вот ты их врасплох заставала, а ты знаешь, какие они свинские сволочи, когда несколько рыл?! И жрут, и портят, и хрюкают пренагло…
— Хорошо, убедил. Подготовимся, — с усмешкой, но уже не столь наплевательски относясь к Свинской Угрозе, выдала Светка.
Вернулись мы к Автобусу и принялись готовиться. У нас, вообще-то, есть несколько замечательных преимуществ перед прочими охотниками на дичь. А главное — нам не на глупости всякие, а на ДЕЛО жопы нужны! Ну и свинот на гуляш пустить — идеологически верно. Практически комсомольский долг!
Так что прихватили мы “гады” и побольше патронов. Ну, карабины, да ещё и переделанные под крупный калибр — не самое разумное оружие для свинской охоты, да ещё если наглые пятаки во Дворце забаррикадируются. Там переходы, небось, и вообще — нам надо мобильность и скорострельность, а не убойную мощь.
Сетку нейлонобелковую прихватил, на всякий. А Светка, хоть и с ухмылкой, Ловчего. На что я серьёзно кивнул — не помешает, если что.
И потопали мы ко Дворцу Спорта, готовые ко встрече с гнусной свининой. Идём, значит, солнышко светит, репа с дальних полей ботвой приветливо машет. Ветерок приятный обдувает — не от виднеющегося уже неподалеку Дворца дует, к счастью. Оттуда запахи только противные и свинские могут быть!
Идём, себе, я уже готовлюсь, и тут, с расположенного неподалёку холма, раздаётся пронзительный, очень грозный визг! Еле увернуться успели, блин! По склону, с этим действующим на нервы визгом, на скорости в сотню, не меньше километров, катилось… колесо. Натуральное такое дутое колесо, хотя явно не для уашки — не те габариты. Три пули из “гада” — просто бессмысленны оказались. А когда оно мимо нас прокатывалось, я с искренним изумлением (хотя и предполагал что-то подобное, свинское!) заметил свиноту с противным выражением на пятаке, держащуюся копытами за обод, и, по сути, едущую внутри колеса!
Причём, свинота была какая-то… ну неправильная, в общем. Чёрная, причём ладно бы лаково-чёрная, нет, асфальтово-графитовая, пятнами, в тон покрышке, в которой ехала.
И пуля, выпущенная в свинотину в короткий миг, когда она проносилась мимо нас,
