Верлов первым пришел в себя.
– Стойте! Что за трусость! – воскликнул он, выхватывая из кармана револьвер и смело повертываясь назад.
Его голос подбодрил остальных.
Вынув в свою очередь револьверы, все повернули назад и снова осторожно спустились вниз, направив свет трех фонарей на неведомое чудовище.
И вдруг веселый хохот Верлова раскатился по подземелью.
– Ха-ха-ха! Ха-ха-ха! – хохотал он. – Смотрите-ка: чего мы испугались! Да ведь это идол! От люка были протянуты две проволоки – одна к гонгу, другая к голове идола, которая может качаться, так как укреплена на шарнире. Понимаете, в чем тут дело! Когда мы потянули вверх люк, то молоток ударил по гонгу, а другая проволока привела в движение голову!
И действительно, то, что говорил Верлов, была правда.
Посреди грота, ближе к задней стене, на солидном каменном пьедестале восседал огромный безобразный идол с блестящими открытыми глазами, мерно кивавший головой. У его подножия валялась оборванная проволока.
При ближайшем осмотре становился понятным необыкновенный блеск его глаз. Попросту они блестели оттого, что вместо зрачков у идола были вставлены довольно крупные бриллианты, ярко и огнисто отражавшие свет фонарей.
Подробно осмотрев идола, Верлов, Бромберг и Суравин стали осматривать грот.
Но он был совершенно пуст.
Стены были выложены, как и пол, большими каменными плитами, и ничто не указывало на существование какого-нибудь потайного хода или скрытых хранилищ.
Сколько ни бились друзья, сколько ни шарили, они не могли ничего добиться.
Не зная, что предпринять, Верлов послал за Чи-Най-Чангом.
Вскоре он пришел, хотя и успокоенный в значительной степени Суравиным, но все еще не оправившийся окончательно от страха.
При виде идола, все еще покачивавшего, хотя и медленно, головой, он снова хотел было дать тягу, но Верлов остановил его за рукав.
– Слушай, Чи-Най-Чанг, не надо быть таким глупым! Посмотри, ведь эта кукла качает головой только оттого, что ее мы дернули за проволоку.
Наконец, китаец окончательно успокоился.
Он с любопытством осмотрел весь грот, ощупал стены, оглядел пол и серьезно покачал головой.
– Где, по твоему мнению, может находиться клад? – спросил его Бромберг.
– Под богом, – ответил Чи-Най-Чанг, не задумываясь.
– То есть как это под богом? – удивился Верлов.
– Когда бонзы наши хотят спрятать что-нибудь очень дорогое, они кладут ящик и ставят на него бога, – ответил китаец. – Надо поднять бога, если только ты знаешь хорошее заклинание, и посмотреть под ним.
– Дельный совет! – сказал Верлов. – Ну-ка, господа, подсуньте ломы под идола! Авось он сдвинется и без заклятия!
Подсунув ломы под идола, они без особенного усилия сдвинули его с места и отставили в сторону.
Но на пьедестале не было видно ничего, равно как ничего не было заметно и в самом идоле, пустом изнутри.
Чи-Най-Чанг подумал и посоветовал снять несколько пластов кирпича с пьедестала.
Совет был принят.
Кирпичи с шумом полетели в сторону, и вдруг, ко всеобщей радости, под вторым рядом блеснула металлическая крышка ящика.
– Ага! – радостно воскликнул Верлов. – Ну-ка, давайте освободим его совсем от кирпичей. По виду, ящик вместительный, там можно будет хорошо поживиться.
Еще четверть часа проработали друзья, и наконец большой, почти кубический металлический ящик, запертый висячим замком, был совершенно освобожден от кирпичей.
Двумя ударами лома замок был сбит, и Верлов при торжественном, напряженном молчании друзей медленно поднял тяжелую, блестящую крышку.
И общий крик восторга пронесся под сумрачными сводами старинного грота.
Да и было от чего прийти в восторг.
Блеск золота и всевозможных драгоценных камней так ударил в глаза друзьям, никогда не видавшим в своей жизни ничего подобного.
Большие и маленькие бриллианты, перемешанные с роскошными изумрудами, сапфирами, рубинами и смарагдами, целой грудой насыпанные в ящике, искрились и сверкали всеми цветами радуги, а среди них томно и скромно белели крупные жемчужины.
Масса старинных золотых кубков, браслетов и уборов тончайшей работы, изукрашенные драгоценными камнями, окружали эту кучу камней со всех сторон, и сверкающая груда камней казалась волшебной водой, заключенной в колодец с драгоценными стенами.
– Какое сказочное богатство! – воскликнул Верлов. – Как счастлив я, что на свою долю могу купить теперь изобретение Бромберга и дать ему возможность продолжать дальше!
У Суравина положительно разбежались глаза, и он медленно, с наслаждением пересыпал камни из одной ладони в другую.
Но… что это?!
Откуда-то снаружи донесся громкий женский крик, и вслед за тем Вера Николаевна быстро вбежала в подземелье.
– Что случилось? – с тревогой спросил ее Суравин.
Девушка казалась слишком взволнованной.
– Право, не знаю, случилось ли даже, – заговорила она быстро. – Мы с Нянь-Си сначала сидели дома, но потом нам сделалось скучно, и мы решили забраться с ней на гору, чтобы оттуда посмотреть на окрестности. Ну и полезли. Оказалось – с этой горы видно даже море, хотя, по-видимому, оно от нас не ближе десяти верст. Взобрались это мы на вершину, сели и сидим. Вдруг Нянь-Си и говорит: а вон корабль идет! Посмотрела я и, действительно, вижу, идет корабль к нашему берегу. Хотя он и далеко, и я не знаю, куда он идет, но все же сочла нужным поскорее предупредить вас.
– И прекрасно сделали! – быстро произнес Верлов. – Даю голову на отсечение, что это японская погоня за нами! Ну да не видать им нас, как ушей своих!
С этими словами он захлопнул крышку ящика и приказал:
– Скорее несите это в каюту! А я тем временем освобожу этого идола от зрачков. Камни в них слишком хороши для того, чтобы оставлять их врагам.
Бромберг, Суравин и Чи-Най-Чанг не заставили повторять приказ.
Схвативши ящик, они с трудом потащили его к выходу, в то время как Верлов, вооружившись стамеской, принялся за драгоценные глаза идола.
Работа оказалась не из особенно трудных.
После нескольких минут работы драгоценные зрачки идола очутились в кармане Верлова, и он побежал догонять своих товарищей, изнывавших над тяжелой ношей.
Ящик с драгоценностями был настолько тяжел, что трое мужчин едва-едва двигались с ним.
Помощь, оказанная Верловым, была тоже не особенно чувствительной, и компания рисковала провозиться с ношей до самого прибытия врагов.
– Черт возьми, так у нас ничего не выйдет! – воскликнул Верлов. – Лучше разделить ношу на два рейса. Набирайте, господа, драгоценности в карманы, в шапки, за пазуху, даже в пригоршни, и – гайда бегом к кораблю! Там все это ссыпем и возвратимся снова!
– К чему все это? – пожал плечами Бромберг. – Не проще ли мне пробежать к кораблю одному и подлететь к вам!
– Ну конечно же, правда! – рассмеялся Верлов. – Кстати, я думаю, у вас еще будет времени, чтобы подняться немного повыше и осмотреть окрестности.
Кивнув головой, инженер побежал к кораблю.
Верлов
