температура шпарит. Может, врача вызвать?
– Какого врача? Дай мне жаропонижающее, и я пойду на тренировку.
– С ума сошла! Да у тебя, наверное, под сорок!
– Я пойду! Все равно! Я не могу пропускать занятия.
– Катя, не глупи. Я сама позвоню твоему тренеру и все объясню.
Я пытаюсь встать с кровати. И почти сразу понимаю: мама права. В таком состоянии никакой тренировки у меня не получится. Слёзы от обиды на глаза наворачиваются. Я с пятого класса не болела! И что теперь произошло со мной?
– Катя, ложись, тренеру позвонила, она сказала восстанавливаться, – возвращается мама из коридора.
– И она не ругалась?
– Нет, конечно, она что, не человек?
– Она ненавидит, когда болеют.
Мама укладывает меня обратно.
– Если будешь меня слушаться, то быстро восстановишься… Это, наверное, от стресса. Прости. Я не подумала вчера, какой это для тебя удар. Ещё и тот мальчик, с которым ты встречалась… чуть твоим братом не оказался, ужасное совпадение, но кто бы знал, что все так выйдет! – мама как будто сглатывает слёзы.
Она приносит мне лекарства, ставит рядом с тумбочкой. Дает выпить одно и уходит на работу. А я остаюсь наедине со своими тяжелыми мыслями…
Глава 34
Катя
Я в первый раз за долгое время остаюсь дома одна. Лежу и смотрю в потолок. Сплю, потом снова просыпаюсь и снова смотрю в потолок. Под вечер мне становится лучше. Я встаю, иду на кухню и съедаю «запрещённую» еду – бутерброд с колбасой. Если учитывать, что я весь день ничего не ела, это не должно сразу отразиться на моем весе. Но угрызения совести я чувствую. Не надо было есть, я дала себе слабину! Лучше бы банан съела или салат! Полезнее было бы.
Беру телефон и возвращаюсь в постель. У меня много пропущенных звонков и сообщений от Амелии. Подруга переживает, спрашивает, что случилось. Строчу ей ответ, объясняю, что заболела.
Откладываю телефон в сторону и опять смотрю в потолок. Странно, но теперь произошедшее вчера мне уже не кажется таким ужасным. Все выстраивается в логичную цепочку. Милана, может, не просто так всегда ко мне цеплялась? Может, каким-то шестым чувством поняла, что у нас с ней есть общая кровь… и не смогла простить, что я лучше. Потом вот и брата своего привлекла…
А теперь ее отец (который, оказывается, и мой!) собирается жениться на моей матери. Да уж, ситуация – хуже не придумаешь.
Никогда не смогу поверить, что мы с Миланой родственники…
Мама возвращается с работы, разогревает мне ужин. Много раз спрашивает про мое самочувствие – видно, что волнуется. Я с улыбкой смотрю на неё. Мама – это святое для меня. Она всегда будет на моей стороне… Ну, хочет она выйти замуж за Константина, хочет второй раз наступить на те же грабли – я почему-то уверена, что ничего хорошего из этого не выйдет, – ну неужели я оставлю ее одну? Брошу ее на произвол судьбы?
Нет, я спортсменка, а спортсменки так легко не сдаются.
– Мам, я пойду с тобой в гости. Ну, на это дурацкое знакомство…
– Спасибо, родная! – мама сияет от радости, и мне тоже становится лучше.
Ничего страшного не случится. Так думаю я.
Макс
Милана заходит в мою комнату – как всегда, без стука. Черт, надоела.
Кричит:
– Макс! Что это? Куда ты чемодан собираешь? Ты же обещал!
– У нас был уговор на месяц. Теперь в этом доме станет тесно, папа притащит свою новую жену…
– Ага, значит, я тоже могу опять начать доставать Катю? Уговор был – ты живёшь здесь, я не трогаю ее, так?
– Милана, перестань.
– Хорошо, перестану. Возьми меня с собой.
– Не могу! Ты в своём уме? Я тебе не нянька!
– Все вы предатели! Мама улетела в Италию заниматься карьерой, папа женится, ты теперь уезжаешь, а мне что делать? – глаза Миланы мгновенно наполняются слезами.
Блядь, хотел, называется, по-тихому из дома свалить!
Подхожу к сестре, обнимаю её. И за что мне это наказание? Такое чувство, что ребёнка на шею повесили. Почему родители не могут за неё отвечать? Я никому ничего не должен. А приходится нести ответственность. Даже свалить из дома нормально не могу.
– Милана, ты знаешь, я теперь отцу неродной. Я ему только мешаюсь!
– Неправда! Он же сказал, что так не считает. Я слышала ваш разговор!
Отстраняюсь и смотрю на мелкую заразу. Подслушивала?
– Что ты слышала? – спрашиваю я строго.
– Что он все равно считает тебя своим сыном. И что наследства лишать не будет! Зря ты ему наплёл, что тебя новый отец всем обеспечивает, это же неправда! Это было ужасно – так сказать папе.
– Не надо! Было! Подслушивать!
– Пожалуйста, Макс. Не оставляй меня одну в этом доме… хотя бы до моего восемнадцатилетия, потом я тоже смогу уехать.
– Чего ты боишься? Почему не хочешь остаться?
– Его новой жены… Я не смогу с ней без тебя справиться, я убегу!
Хмыкаю и толкаю чемодан к стене:
– Ладно, пока останусь.
– Пойдёшь со мной на ужин? Пойдёшь ведь?
– Пойду.
Милана вешается мне на шею, чуть не душит. Я снова не могу ответить на вопрос: почему позволяю сестре вить из меня верёвки?
К назначенному времени мы с Миланой спускаемся в столовую, готовые полтора часа играть примерную семью. Нет, на самом деле мне на его новую пассию даже посмотреть интересно: с чего это отец собрался жениться? Я думал, после моей мамы он ненавидит брак и выбирает свободные отношения. Не верю, что он изменился. Наверное, просто какая-то малолетка вскружила ему голову и теперь хочет подобраться к его деньгам. Если так… то я выведу ее на чистую воду, покажу отцу ее истинное лицо.
Садимся за стол. В дверь звонят, и отец, счастливый, идёт открывать дверь, хотя у нас для этого есть домработница. Встреча ещё не началась, а мне уже неистово хочется закатить глаза и свалить.
Милана сидит, как бедная родственница, опустив глаза вниз. В последнее время она часто выглядит так, как будто ее побили… Неудивительно, что я потакаю ее желаниям. Удивительно, что наши родители не замечают перемен в сестре.
Но да, им же некогда: одна отдыхает в Италии, другой надумал жениться.
В гостиную заходит женщина, и я тут же удивляюсь: на вид она ровесница моего отца… Я почему-то был уверен, что это будет малолетка. А следом за ней появляется… Катя.
Мы с сестрой переглядываемся, у нас обоих глаза из орбит лезут – мы как
