и охотник Хаоса безошибочно увидел метку, находившуюся от него совсем близко, едва ли дальше дня пути. Кто-то сразил хаосита, и на него объявлена персональная охота.
Охотник приподнялся со стула, повесил на плечо рюкзак и покопавшись в карманах положил на барную стойку одну замызганную монету непонятной чеканки.
— Пусть Хаос упокоит твою душу Ханви, Брок помнит насколько было приличным твоё заведение. — прохрипел человек.
Он уже собирался уходить, как в помещение скользя и радуясь новой добыче вломилась крупная тучка, а следом за ней еще несколько.
Пальцы охотника безошибочно выдернули револьвер, вторая рука легла на курок помогая ему взводиться.
Первый выстрел получился от бедра и, не надеясь на точность Брок отшагнул назад. Однако тучка получившая пулю в самый её центр уже не бежала, она на подкошенных лапках скользила по инерции к ногам стрелявшего. Выстрел повторился еще пять раз, в таверне запахло порохом, всё наполнилось белым дымом. Сквозь звон в ушах охотник Хаоса преломил револьвер извлекая барабан в отдельный подсумок, меняя его на новый, он смотрел в дверной проём, ожидая, что кто-то еще пожелает зайти и потревожить его, но дверь мирно качалась на петлях не предвещая ничего неожиданного.
Взгляд сквозь Хаос снова показал Броку его цель, будто охотник опасался, что она куда-то денется. Цель не двигалась с места, а вот Брок уже был в пути. Забрав монеты упавшие после тучек и выйдя на улицу, он не спеша осмотрел пространство вокруг, зная что за целью охотится не только он один.
Тем лучше, больше будет награда от Хаоса! — кивнул своим мыслям попаданец.
Могильная плита дрогнула и поползла в сторону, старый погост при храме пустовал. И дело было даже не во времени суток, это место не посещали близкие усопших просто потому, что не осталось близких тем, кто покоился под древними камнями. Зато каменные плиты хорошо защищали от блуждающих в окрестных местах тварей, а недобрые слухи ограждали от зевак.
Первым появилась рука, это была худощавая кисть с воспаленными узлами мелких суставов, однако женская ладонь появилась не одна, она захватила с собой большой, ржавый гвоздь для казней, какими удобнее всего прибивать провинившихся к чему-нибудь деревянному. Следом за рукой показалась косматая черноволосая голова и узкие чёрные глазки, широко сидящие на округлом женском лице.
Возможно это личико было бы даже красивым, если бы можно было смыть с него слои грязи и запекшейся крови, оно появилось из под земли уже недовольным. Резко дёрнувшись куда-то в сторону, черноокие глаза охотницы Хаоса на мгновение затуманились, лишь для того, чтобы понять направление "заказа", цель как всегда подсвечивалась ярким пучком молний бьющих из земли до самых небес, видимые только охотникам они станут необъятно большими при приближении к цели и будут только мешать вблизи, но тогда они будут уже не нужны и можно будет охотится смотря привычным зрением.
На четвереньках девушка выползла из чужой могилы, повернувшись она вытащила грязную и поношенную походную сумку через плечо, пустой колчан и короткий лук. Стрелы ждали её не далеко, они пучком были воткнуты в гниющую тушку какого-то зверька, в паре шагов, под кустом. Одеяние Ваки-дзи больше всего напоминало бесформенные лохмотья, в таком проще прятаться от других охотников в таком проще выцеливать жертв. Ржавый гвоздь был спрятан от за пазуху, а грязные пальцы уже выдергивали отравленные трупным ядом стрелы, чтобы положить их в колчан. Последним приготовлением девушка проверила наличие небольшой динамитной шашки, понюхав не отсырела ли прошлая награда от Хаоса после завершения контракта, Вакки-дзи удовлетворившись убрала её обратно в сумку.
Новая цель казалось большой, за неё хаос даст много пороха, а может даже гладкоствольное оружие, сама Вакки больше любила луки, но пистоль в землях Безумного Бога ценился на вес мешка с золотом, его можно было бы обменять на что угодно, на него можно было бы даже купить свой собственный склеп, с живыми слугами, которые будут вместо неё смазывать стрелы ядом гниющих тел.
Её мысли путались, но одно она знала точно, если пожрать мозг только что убитого, можно стать умнее. Два мозга - дважды умнее, в плоском животе не знающим и жиринки заурчало. На секунду ей показалось, что за ней кто-то следит, и ловкие руки в мгновение вскинули лук с натянутой стрелой в сторону предполагаемого наблюдателя. Она замерла в низкой, неестественной стойке, словно статуя, пока Вакки не убедилась, что на дереве никого нет и ей просто почудилось.
Затрещав, тетива вернулась в исходное положение, а стрела убралась в колчан.
***
Говорят, что птицы не потеют и уж тем более по ним не могут пробежать мурашки, но старый дух Тени прикрылся крылом вовремя, пряча свой взгляд от той, что вылезала из могилы на очень далеком расстоянии.
"Фух, — выдохнул птиц, думая про себя, — Чуть не заметила."
Сидя на ветке дерева под которым мирно спал юный аристократ ворон деловито спорхнул и встал напротив Влада и лежащих вокруг него дриад. Посмотрев на выбранного им представителя родной стихии, дух Тени в несколько прыжков достиг Яблонсокго и замерев, думая с какой силы нужно клюнуть в лоб, чтобы уж точно передать увиденное, решил, что больше - не меньше и надо клевать от души.
— Кар! — птиц издал боевой клич и, взлетев, с силой клюнул человека в переносицу, тут же воспаряя в воздух, чтобы не быть зашибленным нервозно дёргающимися руками разбуженного аристократа.
***
— Анатолий! — вопили со стороны восходящего солнца и терзали мою "афганку" за плечо.
