раз все фото. На обратной стороне последних фотографий были написаны имена, мелким, небрежным почерком.
Первую девушку звали Кристина.
Вторую Саманта.
Третью, не выходившую из моей головы вот уже несколько часов, Нила.
– Нила.
Около ног лежал ещё один конверт. Он выглядел самым новым и не затертым.
Дрожащими пальцами я раскрыла плотную бумагу, на колени выпало девять фотокарточек.
Ссохшиеся губы едва раскрыты. В трещинках застыли красные полосы крови.
Белые, хрупкие запястья перетянуты ремнём до кровавых ран.
Бледные ноги перепачканы кровавыми отпечатками рук, из глубоких порезов на правой ноге стекают красные струйки.
Бессознательное обнаженное тело.
Спина, исполосованная девятью шрамами.
Серые глаза, раскрытые от ужаса.
Перепутанные темные локоны, наполовину скрывающие лицо.
Верёвка, обёрнутая вокруг шеи.
Связанная по рукам и ногам обнаженная девушка, распластанная на грязных простынях.
На обратной стороне последней фотографии я нашла ещё одну подпись.
Ава
Так меня зовут.
Это моё имя.
Ава.
Я сидела и ждала, пока слезы польются из глаз, пока всё нутро задрожит и заставит меня сложиться пополам от ужаса и звериного страха. Ждала, пока слабость возьмёт верх и заставит меня забиться в угол.
Прошло несколько долгих минут.
Остальные конверты так и остались закрытыми, я знала что увижу внутри.
Не издав ни единого звука, я убрала все драгоценности на место, аккуратно сложила конверты внутрь тайника и закрыла дверцу с глухим щелчком.
Нила продолжала смотреть на меня с сотен фотографий на полу. Счастливая, прекрасная, без страха и страданий.
Не желая больше проводить здесь ни минуты, я встала и направилась к выходу из студии.
Входная дверь выделялась в общей темноте. Она будто мерцала от собственного темного света, запертая на несколько засовов и замков.
Моё сердце отбивало ровный ритм, я с удовольствием чувствовала это новое до себя ощущение.
Раз. Раз. Раз.
Дыхание ровное, никакой дрожи, даже тени сомнений.
Я отвернулась от выхода из квартиры, даже не попробовав дернуть за ручку или поискать ключи, и вернулась обратно в спальню.
На кровати мирным и глубоким сном спал Ян.
Талантливый фотограф.
Исключительный.
Особенный.
Безумно красивый.
Я мягко опустилась рядом с ним, его руки тут же обняли меня и прижали к себе, он даже не проснулся.
Закрыв глаза, я наконец-то решила забыться сном.
Глава 18: Я буду собой
Половина моего сердца
Заражённая словом твоим
На кострище из пепла и пламени
Похоронена кем-то другим
Я открыла глаза от яркой солнечной полосы, что упала мне на лицо. Все существующее с трудом вставало на свои места, мне пришлось пару минут моргать и напрягать зрение, чтобы сфокусироваться.
«Середина ноября, откуда такое солнце?» – я вдруг вспомнила, какой сейчас месяц. Окончание осени, особенно холодное и дождливое, не походило на себя.
Я приподнялась на кровати и взглянула в окно – яркий свет заливал все вокруг оранжевыми лучами, они просачивались сквозь стекло и приятно ласкали кожу.
– Хм…
С левой стороны кровать пустовала. Опять.
Стук сердца непривычно ощущался в самом центре грудной клетки, кровь разгонялась по венам, а тёплое осеннее солнце будто помогало вернуть мою жизнь в собственное тело. Мускулы тихонько ныли, требуя движения.
«Наконец-то…»
Не в силах сдержаться, я улыбнулась. Очень непривычные ощущения.
– Ян? – оглядевшись вокруг, я не обнаружила ремней или верёвок.
– Я здесь, – расплавленный шёлк послышался снизу. – Иди ко мне, Ава.
Быстро накинув его рубашку, я спустилась вниз: пропитанная солнечным светом гостиная сияла в своей чистоте, с кухни доносился терпкий аромат кофе, а в волосах цвета слишком горького шоколада запутались солнечные зайчики. Он смотрел на меня прежним взглядом, глубоким, чарующим, словно заглядывал в самую душу.
– Привет, – улыбнулась я.
Все складывалось так, как должно было.
– Ты улыбаешься, – это было подобие укора в мою сторону. Он провёл рукой по волосам и, небрежно взлохматив их, сел за стол.
– Я хочу улыбаться, потому что…
– Хорошо выспалась? – перебил он, одним взглядом приказывая мне сесть рядом с ним.
– Рядом с тобой, да. А ты…
– Всё что было вчера, – вновь перебил он, заставляя меня подстраиваться и ловить его настроение. – Я надеюсь, что ты всё поняла.
Я кивнула, протянула руку и кончиками пальцев дотронулась до него. Разгоряченная кожа неприятно обожгла пальцы, но я не отдернула руки. Так нужно.
– Вслух.
– Я поняла, разумеется.
Ян выдохнул, опустил веки, и я заметила как напряглась его рука, до которой я до сих пор дотрагивалась кончиками пальцев.
– Ты хочешь мне что-то сказать?
Раз. Раз. Раз.
Пальцы нестерпимо горели, мне захотелось сунуть руку в морозильник.
Я вдруг вспомнила, что в совсем недавнем прошлом у меня была другая жажда, связанная с острыми предметами и сиюминутными всплесками лишь одного единственного желания, на которое я была способна.
«Бог мой, как будто прошла целая вечность…»
– Ты прав, теперь я знаю, на что ты способен, – он не поднял головы, но немного расслабил мышцы. – Я видела собственными глазами, и знаешь, – я приблизилась к нему. – Я всегда это знала. Знала к глубине души, чувствовала… это и правда судьба.
Ян неожиданно взял меня за руку и обхватил запястье, прижимая пальцы к тому месту, где обычно бьется пульс.
– Я просто хотела сказать, – этот внезапный поворот сбил меня с толку, голос немного задрожал. – Хотела сказать…
– Неужели ты хочешь уйти? – он говорил так же мягко, вкрадчиво, пугающе спокойно.
Я сделала над собой усилие, поразительно быстро взяв себя в руки.
– Нет, – голос был тверд как никогда прежде. – Ни за что.
Холодный смерил меня долгим, пронзительным взглядом, черные глаза искали подвох, брешь в предполагаемой лжи. Он сомневался, но ни в коем случае не хотел показывать своей слабости кому бы то ни было. Затем он расправил плечи, тряхнул длинными волосами и его губы растянулись в восхитительной улыбке.
Гордыня одержала победу.
– Мы похожи, – голос осмелел, но я по-прежнему говорила тихо и спокойно. – Я и мечтать не могла что когда-нибудь встречу такого человека.
– С которым можно быть собой?
Ответа не потребовалось, он и так знал что я скажу.
– Ох, крошка Ава, – Ян покачал головой, не переставая улыбаться.
Он встал, неслышно зашел мне за спину, сильные пальцы сжали плечи. Солнце начало неспешно уходить из гостиной, оставляя её и меня в руках полумрака. Сколько сейчас времени? Утро, или уже давно за полдень? Развернуться и посмотреть на часы я не рискнула, только отметила их отсутствующий раздражающий звук. Его руки переместились на спину,
