нет! – Опять звонко смеется. Ее зачастую несвоевременный смех всерьез начинает меня раздражать. – Погляди на него! Я из него все соки выжала, вон бледненький какой. Ах-ха-ха!!! – Бесстыдно отбрасывает волосы. – Жить будет, не переживай! – Прижалась к нему и стала шептать что-то на ухо, давая понять, что мне пора и я здесь явно лишняя.
Поводов оставаться у меня действительно больше не было. Серхио, пусть и аморальны подобные отношения между участниками одной группы, веселится. И это явно не мое дело, к чему могут привести их забавы. Поэтому со словами: «Развлекайтесь!» – я закрыла дверь и вернулась в гостиную.
Признаться, я уже устала и домой хочу. Но нельзя же просто бросить друзей, чтобы они сами убирали весь этот погром.
Густав стоял у кушетки с Кэт, в раздумьях подпирая подбородок. Толя сидел за кухонным островком с кружкой, судя по запаху, кофе.
– Как думаешь, проснется, если перенести ее на кровать? – увидев меня, сразу спросил Густав.
– А зачем ее вообще трогать? Поспит, сколько сможет в условиях кушетки, и поедет домой отсыпаться. Ну или сама переляжет, если захочет. Укрой, и достаточно.
– Верно говоришь, – согласился со мной он и, выдернув плед из-под спящих на диване товарищей, укрыл Кэт. – Ты тоже дуй домой уже. Сон тебе необходим сейчас, вон лицо как опухло.
– Надо помочь тебе убраться…
– Брось! Кто сейчас убираться будет? Я точно нет! Вечером со всем разберусь. Иди домой! – бескомпромиссно пресек он мои хилые попытки помочь.
– Спасибо тебе за все, братец! Обожаю! – призналась я и на прощание обняла друга.
– Э-эй, это я тебя обожаю! – крепко прижал меня Густав. – Иди уже!
– Точно – пошла я, – улыбнулась в ответ.
– Я тебя провожу! – Толик уже обувался у порога. Кто бы сомневался!
– Да я же здесь живу, – попыталась отделаться я. – На два этажа ниже.
– Вот и прогуляемся!
Ай, ну и пусть идет, сил уже никаких нет от него отбиваться. К тому же лучше наедине отошью, чтобы не ставить его в неловкое положение перед Густавом. И, не в первый раз забыв сумку с гитарой у Густава, попрощалась с ним и со всеми спящими, пусть они и не слышали.
Спустившись по лестнице на свой этаж, я остановилась, не доходя до двери, чтобы попрощаться с уже надоевшим Толиком. И дать ему возможность вернуться, если захочет в квартиру к Густаву, не блуждая по этажам.
– Спасибо, что проводил, дальше я сама, – я специально отошла от него на несколько шагов и глупо помахала рукой в надежде на его понимание.
Не тут-то было. Он все равно сокращает расстояние между нами. На этот раз чмок в щеку не поможет. Ладно, рубить – так сплеча!
– Толя! Оставь ты уже эту затею. Серьезно! Я уезжаю на днях.
– И?
– Что «и»?
– Сейчас-то ты здесь!
– И что даст тебе поцелуй этот? – Шаг за шагом я пыталась отстраниться от его наступления.
– Блаженство… – с наигранным придыханием произнес он, все приближаясь и приближаясь.
Уф-ф…
– Слушай, не обижайся, ты классный парень. Но мне неинтересен бессмысленный обмен бактериями…
– М-м-м… – На мгновенье он отвел взгляд в сторону и вернул на меня, глядя по-новому, исподлобья, без былого восхищения. – Достала! – неожиданно выпалил он. – Как целка, ломаешься!
Зажав меня в углу, Толик смачно впился мокрыми губами в мой плотно закрытый рот. На мои попытки оттолкнуть его не реагировал, а только все настойчивей стискивал.
Сложно передать, как больно и противно получить подобную атаку от человека, которого считала другом и которому доверяла.
Уроки самообороны, взятые мной прошлым летом по настоянию Кэт, до этого момента я считала зря потраченным временем и ненужным навыком. И сейчас навряд ли прием, который замыслила, такая уж необходимая мера. Но мне так обидно – хочу, чтобы и он ощутил насколько!
Я прекратила сопротивляться, сбивая его с толку и заставляя расслабиться. Обхватила одной рукой за затылок, второй – за руку в районе плеча. Толик, как я и предположила, принял мои прикосновения за свою победу и прекратил насильно прижимать меня к себе. Отводя нас от стены, я сделала пару маленьких шагов вперед, чем освободила себе пространство для выпада. Прогнувшись назад, немного отстранилась от Толика. Он с довольным видом уставился мне в глаза, видимо расценив момент как романтичный. Резко отступила левой ногой назад, сгруппировала мышцы пресса, округлила спину и нанесла удар верхней частью лба ровно по переносице, рывком подтянув его лицо за затылок к себе.
Результат превзошел мои ожидания. Нападавший вдруг стал потерпевшим. Схватившись за нос, он нагнулся вперед, выплевывая в мой адрес ругательства. Здесь, конечно, можно было бы и добить его ударом с колена. Но это точно стало бы лишним. Оттолкнув его, я бросила ему заслуженное оскорбление: «Дрянь!» – и бегом скрылась за углом.
Захлопнув за собой входную дверь, я оперлась на нее спиной и сползла на пол. Прислушалась. Сомневаюсь, что Толик попробует найти квартиру и попытается проникнуть, чтобы нанести мне ответный удар, но все же. Подождав несколько минут, я выдохнула.
Дома уже никого. Я прошла в свою комнату и упала на кровать. Мысли закрутились в голове диким вихрем. Кстати, о моей голове. На тренировках мне не приходилось испытывать удар на живом лице, противником всегда выступала боксерская лапа. И честно признаться, я сомневалась, что в случае с человеком попаду правильно, а не расшибу свой же череп. К счастью, опасения не оправдались и вышло очень даже круто. Надеюсь, его нос не сломан. Хотя о чем это я?! Даже если сломан, и поделом ему, отличное останется напоминание.
С этой мыслью перевернулась на живот и ощутила банку в кармане шорт, о которой уже успела забыть. Я извлекла емкость на свет и, теперь без спешки, еще раз пристально посмотрела на горе-презент.
Банка ничем не примечательна, разве что формой. Что насчет надписи? Выполнена от руки, подобного стиля шрифта в кириллице мне не доводилось встречать. В девятом классе я немного увлекалась графологией, узнала всего ничего, но и того хватает, чтобы распознать исключительно уверенный почерк, быть может даже небрежный, но потрясающе красивый. И если первое впечатление от всей этой композиции было, очень мягко говоря, неприятным, то теперь выходило – довольно своеобразная штуковина. Намекающая в первую очередь на внимательность отправителя, во вторую – на заботу и нестандартный подход.
Оценив емкость и предположив намерения, я решила – а почему бы и нет! Вперед, мазаться болотной жижей с говенным запахом! Хуже-то точно не будет?
Субстанция оказалась не такой противной, как выглядела. Масса напоминала крем из
