желала показываться. Думаю, она боялась мужчин, признавала в них хищников или чувствовала опасные «супериор» гены. Выманивать монстра на себя я категорически отказалась. В итоге мы с Лендером затаились в темноте, сидя на полу у двери, как два заговорщика.
Спустя полчаса ожиданий мышь выглянула из укрытия и тревожно принюхалась к воздуху.
— Вон она, — я толкнула успевшего задремать товарища. — Ты её убьёшь?
— А ты хочешь выпустить красотку на улицу?
— Стреляй, пока не ушла!
Одинокий выстрел разнёсся по лаборатории, чудище сдохло моментально. Подойдя к нему, Ленд поднял его за один из хвостов и внимательно оглядел.
— Хорошо попал, шкурка почти не пострадала. Чего скажешь, крошка, хочешь моднявый воротник к пальто?
Если бы я обладала супериором заморозки, он бы покрылся инеем.
— Понял, зарою к остальным. — Проходя мимо, Ленд вручил мне один из револьверов. — В следующий раз сама это сделаешь.
В следующий раз буду брать на дело фонарик, а не мышей! Но кивнула.
Когда он ушёл, я ткнула пушкой в клетку с притихшими свидетелями свершившегося зверства и предупредила, что так будет с каждой, кто меня укусит. Да-да, Королева, к тебе обращаюсь.
Тайну «кладовки» я до сих пор не разгадала, как и то, что случилось с Паник. Папка с её именем в столе Юлиуса оказалась пустой.
С тех пор как мы приступили к испытаниям на мышах, работа поглотила меня без остатка. Даже поездки в Стоград на лекции в НИИ с доктором Алерайо вызывали досаду, ведь тогда приходилось бросать все дела. Если сперва Лазерная ДНК-установка напоминала какой-то орган в чреве инопланетного техногенного создания, то теперь, в собранном виде, я бы могла назвать её гранатомётом. Что, в общем, и делала про себя.
Добровольцем в первопроходцы назначили Королеву. Специальным маркером я написала на её спинке название образца «Э-1» и пожелала удачи. Она ей пригодится. Юлиус закрепил зверушку на стенде и подсоединил к ней кучу датчиков. Бедняжка, почуявшая неладное, верещала так, словно её пытают самым мерзким способом. Понадеюсь, что эксперимент пройдёт удачно, и она не сдохнет.
Оптимальное расстояние для ядерного луча жёстко ограничено десятью метрами. Миллиметр к миллиметру, ни больше ни меньше. Или эффекта не будет. Для точной регулировки мы приделали импульсный лазерный дальномер.
Юлиус собирался телепортировать подопытной собственные гены. По прогнозам, если мышь выживет, она приобретёт свойства генерации электричества или же мощное поле, подавляющее работу техники... Или вообще ничего.
— Ники, запомни этот день, величайший в истории, после открытия электричества!
— Запомню, босс! Ставлю образец «Э-1».
Поместила в Установку маркированное предметное стекло с одним единственным набором нуклеотидов и выставила высчитанные Юлиусом параметры. Они включали рост, вес, биологический вид реципиента и прочие премудрости.
«Гранатомёту» понадобилась доля секунды на телепортацию.
Писк Королевы резко смолк, тело обмякло.
— И только?
Всё произошло неправдоподобно быстро. Никакого шума, искр, спецэффектов.
— Как и должно быть, — ответил Юлиус. — Сама суть квантовой телепортации подразумевает мгновенное перемещение. Знаешь, что означает слово «мгновенное»? Оно означает «быстрее твоей самой быстрой мысли».
Он подходил к мыши так, словно она могла взорваться. Двухвостая коротко дёрнула лапкой. Дыхание частое и поверхностное, линия сердечного ритма на экране пульсировала всё реже.
— Сейчас остановится.
Отодвинув Юлиуса с дороги, я подскочила к Королеве с реанимационным ящичком. Очень осторожно освободила её от проводов и переложила на полотенце. Беспомощная, страдающая мышка вызвала бы сочувствие даже у камня.
— Милая, не умирай. Тебе выпала невероятная честь стать живым воплощением моего гения. — Доктор предусмотрительно не лез под руку.
— Всё в порядке, мы её вытащим. Должны вытащить.
Ещё во время компьютерных симуляций мы создали список возможных проблем со стороны реципиента. Он получился весьма внушительным; в него входили как краткосрочные негативные последствия, так и весьма отдалённые.
Пока я спасала Королеве жизнь, Юлиус взял у неё кровь на анализы и отправился изучать её.
— У бедняги есть шансы?
— Происхождение гена «супериор» не изучено. Быть может, одного его недостаточно для проявления способностей. Вполне вероятно, организм в пару к гену синтезирует «супериор»-аминокислоту, о которой мы ничего не знаем.
— Я про выживание, а не о появлении сил.
Доктор на секунду замялся.
— Посмотрим. В конце концов, у нас есть ещё девяносто девять подопытных...
Минут через двадцать мне удалось более менее стабилизировать Королеву.
Через день её состояние всё так же оставалось критическим, но зато были готовы результаты анализов, и мы могли начать действовать направленно.
Ядерный луч не выдал заметных повреждений, доза радиации в организме мыши в пределах нормы. Проблемы возникли на уровне ДНК. Либо скопированные нуклеотиды не способны прижиться в новой нити, либо начинённая нить «псевдо-супериор» вошла в конфликт с двумя родными нитями ДНК, либо организм отторгает всю цепочку ДНК, либо свойства новых генов несовместимы с нормальным функционированием, либо ещё с десяток других причин.
ДНК потеряла способность к репликации, то есть к возможности воспроизведения, когда из одной молекулы образуются две. Это непременное условие сохранения и передачи генетической информации в процессе деления клеток. Учитывая, что срок жизни ДНК равен времени жизни клетки, в которой она находится, то с её смертью придёт конец скопированным генам.
Чтобы стабилизирующие препараты подействовали, нам пришлось исключить цитостатические добавки из питания Королевы, в результате чего она заметно подросла.
Конечно же, ни о каких супериор-свойствах речи пока не шло. Кого будут интересовать способности подопечного, если он умрёт?
В один из вечеров, когда мы с Юлиусом занимались перерасчётами, в лабораторию вошёл Лендер.
— Включи «Четвёртый» канал, док.
— Не шуми ты так, Королева только уснула.
— Просто включи.
— Мне сейчас не до новостей. Я делаю важный перерасчёт для Установки.
— Там Марина.
— И что с того? Она уже пять лет в телевизоре, не насмотрелся?
Не став продолжать дискуссию, Лендер сам подошёл к экранам над рабочим столом Юлиуса и переключил несколько тумблеров. Через секунду на нас смотрело лицо знаменитой журналистки. Платиновая блондинка с выразительными серо-голубыми глазами куда-то бежала, постоянно оборачиваясь на камеру:
<<— Сейчас мы попробуем получить официальные разъяснения у начальника тюрьмы. Господин Алфейсо, вы не могли бы ответить на наши вопросы?
— Кто пустил сюда журналистов?! — с недюжинной силой взревел юркий усатый мужчина; камера в руках оператора заметно дрогнула.
