о том, что происходит, как воздух вокруг моих ладоней засветился, заколол кожу и через секунду угас, оставив после себя два тонких, изящных золотых браслета с россыпью бриллиантов на каждом.
Миниатюрные украшения нестерпимой тяжестью тянули вниз.
Лишь только после этого Агвид осторожно, почти нежно надел на безымянный палец моей правой руки золотой ободок. Своё кольцо он на себя тоже сам нацепил.
Я уж думала, на этом всё, но последовали новые слова на языке, понять которого я не могла. Торжественная речь. Не такая долгая, но заставившая нервничать ещё сильнее.
Агвид вдруг молча опустился на одно колено. Ещё десяток непонятных слов, прозвеневших на весь храм, и на голову Йоргена опустился массивный, по-мужски грубый золотой венец.
Свидетели ахнули!
– Самопровозгласился! – расслышала я отчётливое.
Но дальше вновь стало тихо, всем было просто банально страшно что-либо говорить в присутствии этого жуткого нечеловека.
Одним пугающе плавным движение теперь уже король поднялся на ноги, с высоты своего роста посмотрел в мои глаза и без лишних слов протянул руку.
Догадаться о том, что будет дальше, оказалось не сложно.
Моя предательски дрогнувшая ледяная ладонь в его – широкой, уверенной, тут же крепко сжавшей. Словно в капкан угодила. Хотя его рука – объективно меньшая из проблем, а вот браслеты нервировали, и сильно.
Подражая Агвиду, я опустилась на одно колено, но мужчина незаметно для других сжал пальцы сильнее. Пришлось встать на оба, забрать ладонь, сжать подрагивающие кулаки, направить взгляд вперёд… Впереди был пояс мага, а смотреть туда я не нанималась. Приковав взгляд к полу перед собой, даже не вздрогнула, когда король подошёл и с осторожностью водрузил мне на голову королевский венец.
Ещё один десяток непонятных слов. Ощущение, словно взвалила себе на плечи целое государство.
Протянув ладонь, Йорген помог подняться.
А после, не дослушав завершающие слова священника, ухватил одной рукой за талию, прижимая к себе, второй за затылок, не позволяя отвернуться или отстраниться, и накрыл мои губы поцелуем. Жарким, жадным, обжигающе-болезненным.
Оторвался столь же стремительно, тут же отпустил, сжал в руке мою ладонь и потащил на выход. Величественно, гордо, демонстративно.
Уход новоиспечённых монархов сопровождался гробовой тишиной.
Как на похоронах.
Глава 9
– У меня для тебя подарок, – шепнул самопровозглашённый король, выводя свою супругу из портала на холм где-то на окраине города.
Холм был небольшим, но высоким, и явно пользовался популярностью у народа. У кривоватого старого дерева поставили крепкую деревянную скамейку, от неё тянулась протоптанная тропинка в сторону и вниз, растущие в траве цветы оказались заметно прорежены, что могло означать, что их частенько срывали. То ли для букетов, то ли ещё для чего.
И, оглядевшись, я мигом поняла, что сделало это место таким популярным. Вид отсюда открывался невероятный. Внизу раскинулся чистый город, я его так близко впервые видела, справа и подальше, на величественном возвышении, покоился королевский дворец. На него со стороны я тоже взглянула впервые.
Песочно-серого цвета, длинный, в три этажа, украшенный колоннами, фронтонами, карнизами, дворец производил впечатление гордой, но не очень далёкой от простого народа резиденции власти.
– Смотри, – именно ко дворцу меня Агвид и развернул.
– О, нет, – мне это всё сразу не понравилось.
– Что «нет»? – насмешливо переспросил… супруг, продолжая стоять за моей спиной в непозволительной… хотя, по его мнению, наверняка очень даже позволительной близости.
– Только ничего не ломайте, – попросила нервно.
По-хозяйски покоящаяся на моём животе ладонь рывком сильнее прижала меня к мужскому телу, заставив невольно испуганно ойкнуть, и висок опалило жарким:
– Я предупреждал, чтобы ты мне не выкала, желанная моя.
И прежде, чем я нашла в себе силы и мысли для ответа, земля вздрогнула. Раз, затем ещё раз, сильнее. Со стороны города послышались испуганные крики, замелькали человеческие тела, но Агвид оставался неумолим.
Третий толчок оказался самым сильным, настолько, что я пошатнулась и едва не рухнула. Упала бы, не удерживай меня король. А вот дворцу повезло меньше, его никто не держал.
– Боже, за что? – не сдержалась… королева и, вообще-то, хозяйка этого самого дворца, от которого теперь сохранились лишь пыльные обломки. – А как же люди?
– Внутри никого нет, – сосредоточенно уведомил маг.
И заставил землю задрожать вновь, в этот раз на весьма продолжительное время, которое понадобилось для капитального ремонта.
Прижатая к Агвиду, скованная фактически, я могла лишь стоять и со слезами искренней жалости смотреть на то, как уходят под землю обломки, возвышение, сад… за сад было больнее всего. Он мне нравился. Безмерно.
На минуту воцарилась тишина. В городе продолжали кричать, убегать, звать на помощь, но земля больше не дрожала и Агвид ничего не рушил.
Размышлял. Это я поняла внезапно, но даже не сомневалась.
– Чего уж мелочиться, – ухватилась за подвернувшуюся минуту молчания, – давай, ровняй весь город с землёй.
Я была зла. Ужасно зла как от его действий, так и от собственной беспомощности.
Агвид не ответил, даже не шевельнулся. Только сердце застучало сильнее и дыхание стало чуть потяжелее. Устал, что ли, бедняга? Нет, ну если это такой энергозатратный процесс, то я не против, пусть и правда город под землю погребает, если в конце концов это будет означать его, Агвида, смерть от усталости. Я даже потом помогу горожанам дома отстраивать. Лично камни буду носить.
– Знаешь, у меня дома в таких ситуациях говорят: сила есть – ума не надо.
– А у нас говорят: меньше болтаешь – целее будешь.
И ведь наврал же, точно наврал! Слишком уж выразительно, слишком с намёком это было сказано.
Но ответить я не успела. Не знаю, о чём Йорген изволил размышлять, но доразмышлялся. В смысле, решение какое-то принял.
Подчиняясь магическому приказу, земля… традиционно уже задрожала, дома столицы затряслись, жители продолжили с криками уноситься прочь. Проводила их завистливым вздохом. Мне бы тоже очень хотелось убежать куда подальше.
А на месте, где совсем недавно возвышался королевский дворец, образовалась дыра… приличная, утянувшая не только бывший холм, но и земли вокруг, и даже жилые дома… искренне надеюсь, что в них никого не было. Нужно будет обязательно найти тех, кто в них проживал, оказать помощь, возместить хоть частичные убытки. А то что это за дела? Где это видано, что король просто по причине своего плохого настроения дома под землю утаскивает?
В общем, я стояла растерянная, расстроенная, злая и испуганная тем, что должно было случиться дальше. И за изменением вида следила скептически, ни на что хорошее не рассчитывая.
А образовавшаяся дыра, причём я даже отсюда видела, насколько она глубокая – в смысле, дна не видела! Так вот эта дыра самым невозможным образом наполнялась водой. Быстро, стремительно, решительно и явно насильственно.
Через несколько минут на окраине королевской столицы вовсю красовалось озеро. Огромное, круглое, устрашающее не столько своим видом, сколько страшным осознанием: до дна там метров двадцать, а то и больше. Утонешь раньше, чем до него доберёшься.
Едва водное полотно успокоилось, Агвид за моей спиной судорожно выдохнул и на несколько томительных минут сжал меня уже двумя руками. Обнял со спины, вдавил в себя, впрочем, не больно совсем, положил подбородок мне на макушку и замер в таком положении, успокаивая дыхание и сердцебиение.
Хотелось сказать что-нибудь язвительное, но я, закусив губы, молчала.
Полчаса спустя вся столица имела сомнительное удовольствие лицезреть видоизменившийся королевский дворец. Теперь он был темнее, выше, солиднее. С тремя башнями, прямыми гранями, лишённый даже намёка на былые украшения.
Дворец? Едва ли. Уже полноценный замок. Расположившийся на острове в центре озера, со всех сторон окружённый водой и имеющий всего один вход – длинную каменную дорогу с тремя воротами на берегу, в центре и уже непосредственно на острове. Прокрасться незамеченным попросту невозможно. Никак. Ни шанса.
Но и этого Агвиду оказалось мало, он решил добить меня невозмутимым:
– Вода экранирует магию, порталом не войти, не выйти. Все три охранительные поста жилые, стража там будет находиться круглосуточно. А если кому-то не особо умному, – с намёком так замолчал на пару секунд, чтобы все тут осознали, о ком именно говорят, – взбредёт
