— Кажется, вы привыкли помогать людям. — Дейв прищурился.
Лиззи с улыбкой пожала плечами, — она вспомнила о своем злосчастном письме, посылая которое тоже хотела помочь живущим рядом с ней людям, но вместо этого причинила племяннику леди Стратмор душевную боль.
— Знаете, — призналась она, — ваша тетушка каким-то образом догадалась о моем письме, и мне пришлось открыть ей все, так что вы можете откровенно поговорить с ней.
— Вы во всем признались? — удивленно переспросил Дейв.
— Ну да. Она прямо спросила меня, и я не смогла солгать.
— Понятно. — Дейв хмыкнул и почесал затылок. — Августа тоже спрашивала меня об этом, но я сказал, что не было никакого письма.
— Вы солгали тетушке? — Лиззи с ужасом посмотрела на виконта.
— Мне не хотелось, чтобы вы потеряли работу.
— Ах, вот оно что…
Поймав на себе жгучий взгляд Дейва, Лиззи покраснела и потупила взор. Ей вдруг стало слегка не по себе.
— Как ни странно, но у нас с вами много общего — мы оба одиноки в этом мире, — неуверенно проговорила она.
Подняв глаза, Лиззи замерла. Дейв с такой нежностью смотрел на нее.
Протянув руку, Девлин погладил ее по щеке, и от его прикосновения по телу Лиззи пробежала дрожь. Потом он положил ладонь ей на затылок и приблизил к себе ее лицо.
Лиззи почувствовала его жаркое дыхание на своей щеке, а затем их губы слились в нежном поцелуе. У нее закружилась голова от новых острых ощущений, и она крепче обняла Дейва, он стал осыпать ее лицо и шею страстными поцелуями, от которых девушку бросило в жар. Улыбнувшись, она запрокинула голову и разомкнула губы. Этот человек сводил ее с ума.
Когда Дейв снова припал к ее губам, Лиззи подумала, что ее сердце вот-вот выскочит из груди.
Дерзкий язык Дейва глубоко проник ей в рот, и он застонал от наслаждения, крепче сжимая ее в объятиях. Лиззи слышала о французских поцелуях — жадных, влажных, глубоких, эротических, но не знала, что они способны вызвать в ее душе такое смятение. Она невольно стала отвечать Дейву, и его возбуждение возросло: слегка приподняв, он посадил ее себе на колени. Его ладони исступленно гладили спину Лиззи. В порыве страсти Дейв прикусил ее губу, но она даже не заметила этого. Их ласки становились все более неистовыми.
Почувствовав, что теряет голову, Лиззи сделала над собой неимоверное усилие и прервала поцелуй.
— О Боже, хватит, — задыхаясь, пробормотала она.
— Подождите…
— Нет, Девлин, нам пора остановиться.
Виконт был явно разочарован ее поведением, но не стал спорить и разомкнул объятия, позволив Лиззи встать.
— Я сделал что-то не так? — прошептал он.
— О нет, все в порядке! Просто уже поздно, и мне пора спать. Я встаю рано, так как у меня много дел.
Дейв усмехнулся:
— Ну, тогда вы просто молодец, образец для подражания!
— Да, но с вами мне трудно вести себя так, как положено, — призналась Лиззи.
Дейв протянул ей руку.
— Спокойной ночи, Лиззи, — тихо сказал он.
— Спокойной ночи, Девлин. Надеюсь, мы утром увидимся?
Лиззи явно не хотелось, чтобы он уезжал, и Дейв на минуту задумался.
— Хорошо, я останусь, — наконец решил он.
Довольная его решением, Лиззи направилась к двери, но на пороге остановилась и, обернувшись, бросила взгляд на виконта: освещенный красноватым племенем камина, он был прекрасен, как античный бог. Ей было очень трудно противостоять искушению, ведь стоило только намекнуть — и этот мужчина принадлежал бы ей уже сегодня ночью.
Лиззи с улыбкой покачала головой и поспешно вышла из библиотеки.
В течение нескольких следующих дней леди Стратмор всеми силами старалась разжечь пламя страсти из искры, пробежавшей между ее племянником и компаньонкой. Она предоставила им прекрасную возможность провести время вместе, попросив сопровождать ее в Бат. Лиззи и Дейв попробовали минеральную воду в Насосном зале, где Августа представила племянника своим друзьям. Затем она увлеклась разговором, а молодые люди вместе с другими посетителями подошли к большому окну, чтобы посмотреть, как группа купальщиков будет погружаться в целебную воду.
Затем, покинув источник, все трое поехали в лавку Салли Ланн и купили целую корзинку знаменитых батских пирожков — Дейв захотел угостить ими всех слуг в доме тетушки и особенно миссис Роуленд в знак благодарности за ее чудесный «Плавучий остров».
Вечером молодые люди играли в шахматы, пикируясь и подтрунивая друг над другом, что немало позабавило Августу. Лиззи играла прекрасно, но Дейв, которого научил играть в шахматы отец еще в раннем детстве, не уступал ей в мастерстве.
На следующий день после обеда пошел сильный снег. Августа подкатила свое кресло к окну гостиной и, выглянув на улицу, рассмеялась. Молодые люди слепили под окном снеговика, похожего на Наполеона, маленького, толстенького, с треуголкой на голове, и ловко обстреливали его снежками.
Вечером за кружкой горячего глинтвейна все трое разгадывали шарады; при этом виконт блистал остроумием, и обе дамы до слез смеялись его шуткам. В светском обществе Дейв никогда не вел себя так непринужденно и раскованно, но сейчас он казался Лиззи молодым сильным львом, вышедшим из темных опасных джунглей и резвящимся в густой шелковистой траве на залитой солнцем поляне, где ему ничто не угрожало. Лиззи и Августа беззлобно поддразнивали его, и им нравилось, что Дейв не считал ниже своего достоинства веселить их своими дурачествами.
На следующий день ветер разогнал облака и небо прояснилось. Обрадовавшись хорошей погоде, Дейв предложил дамам покататься в коляске — перед отъездом ему хотелось сделать Августе приятное. Виконтесса очень сожалела о том, что племянник покидает ее, однако она не стала просить его задержаться.
Все трое сели в открытую коляску и проехались по окрестностям под звон серебряных колокольчиков, висевших на упряжи лошадей. Земля была припорошена снегом, и вид окрестностей вызывал невольное умиротворение в их душах.
Проехав по деревне, они вернулись домой. Виконт помог тетушке пересесть в инвалидное кресло, а Лиззи вкатила его в дом.
Когда она снова вышла на крыльцо, Дейв предложил научить ее править упряжкой.
— Это, конечно, очень заманчиво, но боюсь… — призналась Лиззи.
— Какие глупости! Пойдемте, — настаивал Дейв.
— Ваша коляска такая огромная! Я как-то правила двуколкой, запряженной одной лошадью.
— В таком случае вам ничего не стоит справиться и с четверкой лошадей. — Не обращая внимания на то, что на улице уже начало смеркаться, он взял ее за руку и подвел к коляске.
Конюхи, пряча ухмылки, наблюдали за тем, как Девлин усадил Лиззи на козлы, а затем, устроившись рядом с ней, передал ей кнут и стал показывать, как обращаться с вожжами.
