безработная.
– Так-так-та-а-ак! – протягивает Стас, снимая с себя обувь и, проходя внутрь квартиры, подталкивает меня в сторону кухни. – Кто не оценил по достоинству мою кошечку? И нечего лить слёзы из-за такой ерунды! Найдёшь другую!
– Это уже не важно. – Стараюсь как можно быстрее сменить эту тему, чтобы вновь не разрыдаться при нём. Тогда он точно поймёт, что дело вовсе не в работе.
Ставлю чайник и достаю из холодильника то, что осталось от картофельной запеканки.
– Голодный наверно с дороги, – больше утверждаю, чем спрашиваю я.
Он нежно обнимает меня сзади, уткнувшись в мою шею носом. Я невольно вспоминаю вчерашнюю сцену, сжимаясь в нервный комок. Но когда Стас просовывает обе руки под мою футболку и тихонько массирует подушечками пальцев мои соски, я таю. По телу пробегает электрический разряд и концентрируется в области живота. Моя голова запрокидывается назад, глаза прикрываются от удовольствия. Оказывается, я скучала по его ласкам всё это время.
– Сначала в душ схожу, – выдыхает он, а я всхлипываю от обиды, что всё заканчивается, не успев начаться. – Обещаю, я быстро. И я действительно голоден. Съем тебя на десерт.
После того, как он принимает душ, мы ужинаем, предварительно откупорив бутылку вина и болтая о всякой ерунде. Стас больше не поднимает тему о моей работе, чему я очень благодарна.
– Нам нужно поговорить, Лера, – вдруг, между делом, произносит он.
Его печальный взгляд не предвещает ничего хорошего.
– Ты больше не приедешь, правда? – догадываюсь я. Я уже не маленькая, чтобы не понимать банальные вещи.
– Мы закончили строительство объекта. – На этих словах он опускает глаза вниз, будто извиняясь. – Я приехал на его сдачу, ещё пара недель максимум.
– Можешь мне ответить Стас? Только честно! – Почему-то в этот момент мне важно это знать. – У тебя в каждом городе, в которых ты работаешь, есть по любовнице?
Я отпиваю из бокала, стараясь сохранить безразличное выражение лица.
– Лера, зачем мы обсуждаем это сейчас? Я не хочу ссориться и выяснять отношения…
– Между нами отношения? – удивлённо вскидываю я бровь. – Брось, Стас! Мы просто трахались всё это время! И нас обоих это устраивало. Мне просто стало интересно и только. Никаких ссор, разочарований и слёз. Мне с тобой хорошо, правда, и жаль терять тебя, как любовника. Придётся теперь искать нового.
Его взгляд остаётся серьёзным, в то время, как я улыбаюсь, как дура. Почему-то мне хочется хохотать, глядя на его выражение лица. И я хохочу. Это, как раз то, что мне нужно – просто смех без повода. В какой-то момент он не выдерживает и хохочет вместе со мной.
– Сумасшедшая! – произносит он, продолжая заразительно смеяться. После того, как мы немного успокаиваемся, вытирая навернувшиеся от смеха слёзы, он говорит уже серьёзно: – Ты была единственной, моя кошечка. И я буду очень сильно скучать по тебе.
– Я тоже, Стас, – отвечаю я, и беру его руку в свою ладонь, сильно сжимая. Он сжимает в ответ.
Весь вечер, пока мы со Стасом болтаем, я задаю себе одни и те же вопросы: почему мы с Дэном не можем разговаривать так же легко? Почему вечно стараемся задеть друг друга, больно уколоть? Почему между нами оборвалась та ниточка, которая связывала нас двоих? В какое время наша история осталась в прошлом и почему мы не попытались сохранить хотя бы дружбу между нами?
После того, как бутылка вина подходит к концу, мы вспоминаем, что совсем забыли о десерте. Стас на руках несёт меня в спальню, чтобы получить то, зачем он, собственно, и приезжал всё это время. Если сразу расставлять чёткие границы отношений, то никаких претензий быть уже не может. Мы отдаёмся друг другу, как в последний раз и, лёжа в его объятиях после бурного секса, я понимаю, что это единственный человек, не считая Дэна, с которым мне действительно очень жаль расставаться.
Глава 18
Денис
Очередное субботнее утро не сулит ничего хорошего…
Ненавижу выходные. Они постоянно напоминают мне о моём одиночестве. На работе я хотя бы отвлекаюсь, общаюсь с людьми, вокруг меня бурлит жизнь. А когда там появилась ещё и Лера, я буквально летел в офис на крыльях, и неважно, что мы с ней особо не разговаривали, я просто был рад тому, что она где-то рядом. Пусть не со мной, но она есть: живая, улыбающаяся, осязаемая, такая родная, напоминающая мне о беззаботных школьных днях, о том времени, когда мама была ещё жива. А сейчас я потерял и её – ниточку, соединяющую меня между двумя мирами: миром, где я был счастлив, и настоящим – пустым и одиноким.
Когда она ушла, я обнаружил в папке с отчётами её заявление. Она приняла решение ещё до того, как застукала нас с Викторией, но это нисколько меня не успокаивало. Я ещё надеялся, что она одумается, переспит с этими мыслями ночь и вернётся на рабочее место. Но на следующий день она не вернулась.
– Денис Анатольевич, Денисова не явилась на работу! – произнёс Евгений, встретив меня в коридоре в начале рабочего дня.
От звука её фамилии моё сердце сжалось. Наши одноклассники всегда ставили акцент на том, что Лера специально нашла себе парня с именем, созвучным её фамилии. Её так и называли: Денискина Лера.
– Она взяла отгулы по семейным обстоятельствам, – сухо ответил я.
– Почему она меня не предупредила? – спросил он удивлённо.
– Она предупредила меня, а я забыл вам об этом сообщить. Так что вина моя, Евгений Александрович, – пожал я плечами, и стал удаляться от него неспешным шагом. Я не хотел больше обсуждать с ним этот вопрос. Руководитель здесь я, а не он.
Вика весь день крутилась в моём кабинете, надеясь на продолжение того, что мы не закончили накануне. Почему-то за сутки она перестала быть зажатой и стреляла в меня своим томным взглядом, а улыбка не сходила с её лица. Ещё одна жертва моего бестактного поведения. Мне было жаль её – я подал надежду девушке, думая в тот момент только тем, что стояло у меня в штанах. Хотя, она, наверно, не прочь была отдаться мне без всяких умыслов и условностей.
– Виктория
