Поразмыслив, Александр Юрьевич отложил карабин в сторону, прислонив оружие к стволу. Когда вся свистопляска закончится, заберет. Не нужен он ему, только движения будет стеснять. И вообще, с карабином наперевес в атаку на каких-то непонятных гопников – чистый вестерн, право слово, а оно ему надо? Была б нормальная «трещотка», хоть калашниковский «укорот» или «АКС» – тогда да, тогда конечно. Но чего нет, того нет. Значит, работаем чем есть, благо не впервой, разумеется…
Вытянув пистолет из кобуры, Кулькин беззвучно передернул затвор, досылая патрон. Ухоженный механизм сработал идеально, безо всяких там киношных «кланц» и прочей пошлости. Секунду поразмыслив, спустил курок и поставил на предохранитель. Если придется махаться, пусть лучше так, а то еще пальнет сдуру – «макарыч» такая штука, особенно когда на взведенном курке. Переправив пистолет в карман ветровки, генерал прикинул маршрут: ну да, выйти, прикрываясь родным «УАЗом», застать врасплох, начать разговор – а дальше как кривая вывезет. Главное, этих ребятишек во всех подробностях рассмотреть, а уж там… жизненный опыт подскажет. Или тихо разойтись, или по мордасам надавать, или валить все, что движется. Последнего очень не хочется, очень, да и Ершов не одобрит… Короче, все, хватит сопли размазывать и комплексами маяться, скоро совсем стемнеет и все определенно усложнится. Погнали, в общем.
Глубоко вздохнув, Александр Юрьевич обогнул выворотень и, прикрываясь корпусом автомобиля, преодолел последний десяток метров. И просто вышагнул на открытое пространство:
– Добрый вечер, уважаемые. Чем занимаемся?
Пока незваные гости боролись с первым шоком от его неожиданного появления, Кулькин наконец-то рассмотрел их как следует. Трое, лет под тридцать, может, чуть больше. Одеты… да обычно, в общем-то, одеты для недолгой таежной прогулки. Двое в застиранном армейском камуфляже, третий в спортивных штанах и брезентовой ветровке. Тощие рюкзаки с притороченными кориматами, прислоненные к бревну-сидушке. Вполне могут оказаться небогатыми и очень такими дикими «туристами выходного дня», выбравшимися в тайгу попить водочки. Вот только определенным диссонансом выглядели лопаты, топорики, парочка недлинных ломиков да охотничий карабин образца 1944 года вполне боеспособного вида. Старенький, но вполне ухоженный, ага. И еще какая-то стоящая особняком зачехленная хрень, достаточно длинная. Нет, явно не охотники и скорее всего не туристы. Кто ж вы тогда такие, а, гости недорогие?..
– А ты кто таков, чтоб спрашивать? – первым очухался «правый», как его мысленно окрестил Кулькин. Окрестил исключительно дабы хоть как-то их разделить на тот случай, если придется работать. Он – ближе всего к оружию, значит, и валить его придется тоже первым.
– Да вот, мимо проходил, – Александр Юрьевич равнодушно пожал плечами. – Пошел в кустики по большой нужде, покакать то бишь, вернулся, а тут вы. Причем, что характерно, на уже занятом мною месте.
Оглядев притихших «гостей», продолжил, добавив в голос напора:
– Короче, мужики. Разойдемся по-тихому – и все. Душевно вас прошу, идите, куда шли. Не мешайте военному пенсионеру культурно отдыхать на лоне природы, мать ее, понимаете ли…
– Во мля… – пьяно растягивая слова на блатной манер, сообщил «левый». – А с чего это все твое? Мало ли кто тут шляется? Вот и мы тоже того… мимо проходили. Смотрим, машинка стоит, палатка, и все ничье, все вокруг колхозное, значит, мое. Мужик, иди на …й. Мы тебя тоже душевно просим. – Он пьяненько заржал, переглянувшись с товарищами. – Нас все-таки трое, а ты, старпер, один, как буй в лунную ночь. А вокруг, сам видишь, тайга-матушка…
«Нарывается, – угрюмо подумал Кулькин. – Причем довольно-таки примитивно. В духе сельской дискотеки, на которую заявились городские студенты, вывезенные «на картошку». Фу, как пошло… Похоже, придется все-таки морды бить, быстро и качественно. Одно хорошо, ребятки явно не криминал, не тот типаж, не та манера поведения, но вот кто они? Вопрос, ага…»
– Мужики, ступайте своей дорогой, а? В сторонке переночуете, а тут мое место. Дайте порыбачить нормально, а?
– Чо, дурак, что ль? Или замполитом в армии был? Городской? Какая тут, нах… рыбалка? Давай, вали отсюда, пока кости целые, – явно распаляя себя, сообщил «левый».
– А сам не могешь, так подможем, чо! – Пьяные «хрен-пойми-кто-такие» снова заржали, все трое. Правда, к оружию так и не потянулись, что радует. Не видят в нем угрозы, идиоты, хотя на драку очень даже явно нарываются. Определенно, пора кончать этот фарс. Старый друг Ершов не одобрил бы столь долгой прелюдии, не секс с любимой женщиной, чай! Ясно ведь, что добром ребятки расходиться не желают, не видя в седовласом короткостриженом мужике достойного противника. Хотят немного порезвиться, вот и все. Убивать, конечно, не станут, ясный хрен. Просто «поучить» хотят, козлы. Значит, и ему их мочить не в тему…
– Не, мужики, замполитом не сподобился. – Партитура была ясна, как дважды два, и Кулькин незаметно убрал назад опорную ногу, поерзав подошвой и убедившись, что грунт держит надежно для первого рывка. – А городской – то да. Так уж вышло…
– Да что ты с ним базлаешь? – нервно вскрикнул номер третий, обозванный генералом «брезентовым». – Этот козел нашу баню спалил, этот, зуб даю! Помнишь, Колян говорил за хмыря, что на «УАЗе» катается? Он и есть…
– Какую еще баню?! – совершенно искренне обалдел Александр Юрьевич. – Баня-то тут каким боком?!
– Какую, какую! Ту, что в бывшем поселке, какую ж еще. Там, блин, такие ништяки под половицами были! Три копейки двадцать четвертого года, они же медные! Расплавились небось! Пустите меня, кореша, я ему бубен начищу!
«Твою ж мать! – мысленно застонал Кулькин. – Так вот вы кто, ребятки. Ну да, точно, все совпадает, пришли пошерстить заброшенный поселок, а тут я. Они ж меня за конкурента-кладоискателя приняли, блин! А та хреновина в чехле – наверняка металлодетектор или нечто подобное. Вот же ситуация…».
Последние слова худющий «нумизмат» выкрикнул, хотя его никто и не собирался держать. «По малолетке явно сидел», – брезгливо подумал генерал, искоса наблюдая за «правым», возле руки которого лежал карабин.
– И нам теперь в углях ковыряться, а вдруг там копейка с шестнадцатью флагами была?
– Ты еще крестик нательный золотой вспомни, в сельской-то бане, – буркнул Александр Юрьевич, с ленцой продолжив: – Баню вашу я целой не видел и уж тем более не поджигал. Так что ошибочка вышла. Так что мое предложение в силе – идите отсюда подобру-поздорову…
– Вот сам и иди, а мы поедем, – удивительно трезвым голосом сказал «правый» и демонстративно опустил руку на оружие. – Зря мы, что ль, ноги ломали? Вадик, дай ему раза два и ключи забери, что от машины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
